WWW.PDF.KNIGI-X.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Разные материалы
 

Pages:   || 2 | 3 | 4 |

«Российская академия наук Музей антропологии и этнографии имени Петра Великого (Кунсткамера) МАТЕРИАЛЫ ПОЛЕВЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ МАЭ РАН Выпуск 9 Санкт-Петербург ...»

-- [ Страница 1 ] --

Российская академия наук

Музей антропологии и этнографии

имени Петра Великого (Кунсткамера)

МАТЕРИАЛЫ ПОЛЕВЫХ

ИССЛЕДОВАНИЙ

МАЭ РАН

Выпуск 9

Санкт-Петербург

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН

http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/

© МАЭ РАН

УДК 303.425.5

ББК 63.5

М34

Утверждено к печати Ученым советом МАЭ РАН Рецензенты: В.А. Козьмин, Н.В. Ермолова Материалы полевых исследований МАЭ РАН. Вып. 9 / Отв.

ред. Е.Г. Федорова. СПб.: МАЭ РАН, 2009. 232 с.

М34 ISBN 978-5-88431-155-8 Сборник состоит из статей, подготовленных сотрудниками МАЭ РАН по материалам этнографических и археологических экспедиций на территории России, ближнего и дальнего зарубежья, проводившихся в последние десятилетия, а также статей по методике полевых исследований и истории экспедиций.

Сборник предназначен для этнографов, археологов, историков, краеведов.

УДК 303.425.5 ББК 63.5 ISBN 978-5-88431-155-8 © МАЭ РАН, 2009 Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН

ОТ РЕДАКТОРА

Настоящий сборник — девятый выпуск периодического издания результатов полевых исследований сотрудников Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН. В него включены статьи, написанные сотрудниками МАЭ РАН по материалам экспедиций, проводившихся в основном в последние годы.



Полевая работа — это не просто сбор информации. Она имеет множество нюансов, которые далеко не всегда удается отразить в строго научных публикациях. Многое остается за их границами. И тем интереснее и важнее статьи, в которых как бы присутствуют наши информанты.

Это нужно и нам, и тем, кто помогает нам в поле.

Сборник открывают статьи, написанные по материалам этнографических экспедиций последних лет к народам, проживающим на территории России. Одна из них — в Южную Карелию — проводилась в рамках проекта «Экспедиции продолжаются» и проходила по следам экспедиции фотографа М.А. Круковского, который сотрудничал с МАЭ в начале ХХ в. Участники экспедиции повторили часть его маршрута по Олонецкому краю. В их задачи входило сравнение современных реалий с тем, что зафиксировал М.А. Круковский более 100 лет назад у карельского населения Олонецкой губернии. О том, что им удалось увидеть, написала в своей статье Л.С. Лаврентьева.

Фрагмент одной из экспедиционных поездок к некрещеным чувашам очень ярко и образно дан в статье А.К. Салмина. В ней не просто описаны детали традиционных чувашских праздников и обрядов — они представлены через восприятие информантов. Хорошо видно, как взаимоотношения с носителями традиций важны для самого исследователя.

О.Б. Степанова публикует материалы по традиционному стойбищу северных селькупов, собранные в трех экспедициях. В ее статье детально характеризуются различные жилые и хозяйственные сооружения — обязательная составляющая современного стойбища. Нужно отметить, что оно рассматривается в общекультурном контексте, с исторической преамбулой.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН Важные вопросы о самоидентификации, формировании новой религиозной идентичности, взаимодействии различных культурных традиций ставит Д.В. Арзютов в интерпретации записанного им во время экспедиции к алтайцам и публикуемого в настоящем сборнике диалога между алтайкой, которая считает себя человеком, придерживающимся алтайских традиций, и русской — прихожанкой протестантской организации, функционирующей в Горно-Алтайске.

Последняя статья первого раздела посвящена похоронно-поминальной обрядности. Она написана М.С.-Г. Албогачиевой на материалах, собранных во время экспедиции 2008 г. в Республику Ингушетия.

В ней дается детальное описание действий, которые в настоящее время совершаются во время похорон и поминок у ингушей, в качестве сравнительного приводится материал, полученный автором во время более ранних экспедиций, а также почерпнутый из публикаций других исследователей. Важно отметить, что М.С.-Г. Албогачиева выявляет особенности, присущие погребально-поминальной обрядности представителей разных религиозных направлений.

Второй раздел сборника содержит статьи, написанные на материалах экспедиций в ближнее и дальнее зарубежье. Его открывает работа А.А. Новика, в которой дается этнографическая характеристика группы македонцев-мусульман, проживающих на северо-востоке Албании.

В статье Н.Г. Голант представлены материалы по зимним праздникам населения одного из районов Румынии. Южноазиатской диаспоре в Нидерландах посвящена статья И.Ю. Котина. В ней подробно рассматривается история возникновения этой диаспоры, характеризуется ее современное состояние, ставится вопрос о межэтнических взаимоотношениях.

Совместная статья Д.С. Ермолина и А.А. Новика посвящена культуре кладбищ и построена на материалах обследования захоронений одного из селений албанцев Приазовья, которое, по мнению авторов, относится к числу наиболее показательных. Акцент в статье делается на типологии крестов, благодаря чему авторам удалось выявить несколько секторов кладбища, связываемых с разными хронологическими периодами, укладывающимися в несколько десятилетий (1870– 1900-е годы).

Работа Р.Р. Рахимова является еще одним этапом его исследований мест поклонения мусульман Республики Таджикистан. Как и в предыдущих публикациях, автор много внимания уделяет собственно обстановке, сопутствующей сбору материала, подчеркивает роль информантов — носителей культуры — в процессе экспедиционных исследований.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН В статье М.А. Янес анализируются результаты анкетирования арабского населения одного из кишлаков Республики Узбекистан, проведенного ею во время экспедиции 2007 г. с целью выявления устойчивых этнических маркеров в области материальной культуры и социальной жизни. Собранные материалы указывают на сохранение национального самосознания арабов, их представлений о традиционном жизненном укладе предков, что, по мнению автора, наряду с отдаленным географическим положением кишлака является «неким стабилизирующим фактором в быстро меняющейся окружающей этносоциальной среде».

Акцент на духовную составляющую национальной культуры на примере афробразильского населения делается в статье А.Ю. Сиим, построенной преимущественно на материалах ее экспедиции в Бразилию.

Своего рода преамбулой к этому исследованию было знакомство с музейными экспозициями по традиционному искусству Африки, Северной и Южной Америки и Океании.

Раздел, посвященный археологическим исследованиям, содержит статью В.А. Киселя, в которой представлены главным образом результаты спасательных раскопок одного из курганов на территории Республики Тыва. Полученные материалы дают возможность ставить вопрос об изменении датировки изучаемого памятника.

Традиционный для данного издания раздел по методике полевых исследований включает статью Н.В. Ушакова, продолжающего разработки в области фиксации полевого материала, а именно иллюстративного, в данном случае — собранного во время работы Карельской фотоэкспедиции МАЭ РАН, о которой здесь уже шла речь.

Завершает сборник статья С.А. Корсуна. Она также подготовлена в рамках основных научных интересов автора, который уже много лет занимается изучением в разных аспектах вопросов формирования музейных коллекций, истории взаимодействия между отечественными и зарубежными учеными, в данном случае — по вопросам этногенеза эскимосов.

Неотъемлемая часть экспедиционных исследований — фотофиксация изучаемых объектов. И практически все статьи, представленные в настоящем сборнике, снабжены иллюстративным материалом.

–  –  –

В 2008 г. лаборатория аудиовизуальной антропологии (ЛАВА) МАЭ РАН провела вторую экспедицию. В этот раз был выбран один из районов Южной Карелии. Карельская фотоэкспедиция вписывалась в проект, предложенный заместителем директора по науке д.и.н. Е.А. Резваном «Экспедиции продолжаются».

В конце ХIХ — начале ХХ в. среди собирателей коллекций музея был известный фотограф, автор научно-популярных очерков и альбомов по этнографии народов России Михаил Антонович Круковский, который объездил многие области, подбирая материал для своих путевых очерков и альбомов. Путешествуя по Уфимской, Оренбургской, Вятской, Пермской и Олонецкой губерниям, он систематически снабжал своими фотоработами многие музеи и библиотеки Санкт-Петербурга и Москвы.

Фотографиями иллюстрированы и его собственные публикации. Фотографии М.А. Круковского или рисунки с его фотографий, выполненные разными художниками, мы можем увидеть во многих известных изданиях, например в «Живописной России».

Значительное количество фотографий попало и в Музей антропологии и этнографии им. Петра Великого. Коллекция № 1363 насчитывает 283 снимка по Олонецкой губернии, в коллекции № 1919 зарегистрировано 382 фотографии по народам, населявшим Южный Урал. В коллекции № 2354 насчитывается 284 снимка. М.А. Круковский не только оставил в МАЭ свои превосходные фотографии, но и собрал для Музея уникальную коллекцию предметов (106 экспонатов), которые характеризуют почти все стороны жизни карельского и русского населения Олонецкого края. И если фотографии М.А. Круковского можно обнаружить в библиотеках и других музеях России, а возможно, и в Западной Европе, то коллекционные вещи есть только в МАЭ. Коллекции, которые он Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН Рис. 1. Карта Олонецкой губернии. Маршрут путешествия М.А. Круковского собирал для своего музея в городе Камень-на-Оби, к сожалению, время не сохранило [Зенухина 2005: 173–181; Лаврентьева 2007: 273–279].

Связи М.А. Круковского с Музеем, вероятно, начались еще в конце ХIХ в., когда он вместе с женой (С.К. Круковской, в девичестве Бурэ) приехал в Петербург в 1899 г.

В одном из писем на Историко-филологическое отделение Императорской Академии наук от 6 апреля 1899 г. В.В. Радлов, директор Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого, просит для фотографа-любителя Михаила Антоновича Круковского, исполнявшего фотографические работы по заказу музея и ныне отправляющегося в Олонецкую и Пермскую губернии для составления альбомов видов и типов населения этих губерний с мая по сентябрь, заготовить свидетельства, или открытые листы [СПФА РАН. Ф. 142, оп. 1, № 53, л. 99–100 об.].

Прошло более 100 лет после того, как Михаил Антонович Круковский совершил поездку в Олонецкий край. Ее результатом стала монография «Олонецкий край. Путевые очерки» [Круковский 1904], а также Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН богатейшие коллекции предметов (МАЭ, колл. № 504, 106 ед.хр.) и фотографий (МАЭ, колл. № 1363, 283 ед.хр.).

Свое путешествие М.А. Круковский подробно описал в монографии.

Книгу, которая вышла небольшим тиражом, но с большим количеством иллюстраций, можно отнести к жанру путеводителя. Даже ее формат продуман. Она небольшая и достаточно компактная. Здесь описаны не только местные красоты, достопримечательности, жители, с которыми ему довелось встречаться и беседовать, но и то, каким образом, на каком транспорте добраться до того или другого места.

Фотоколлекция, коллекция предметов, монография М.А.Круковского и стали тем отправным материалом, который позволил организовать экспедицию спустя 100 лет.

Из большого маршрута М.А. Круковского по Олонецкому краю (рис. 1) (Санкт-Петербург, Ладожское озеро, река Свирь, Лодейное Поле, Александро-Свирский монастырь, Олонец, Видлица, Петрозаводск, Шуя, Повенец, Кижи, Пудож, Подпорожье) были выбраны только два района — Видлицкий и Олонецкий, а также Александро-Свирский монастырь. И каково же было наше удивление, когда выяснилось, что именно эти районы давно не посещались ни этнографами, ни фольклористами.

Местом для базирования экспедиции было выбрано сельское поселение Видлицы. Когда М.А. Круковский путешествовал по Видлице, это поселение имело статус деревни. М.А. Круковский писал: «Деревня Видлица стоит на реке Видлице. Она чрезвычайно живописна. На островке стоит церковь за каменной стеной, вблизи школа, а по берегу реки расположились громадные дома карел. Есть здесь и волостное правление, и доктор, несколько лавок. Видлица — большое селение, заброшенное в страшной глуши» [Круковский 1904: 61]. Сегодня Видлица (рис. 2) — центр Видлицкого района, но мало чем отличается от селения, описанного М.А. Круковским.

Рис. 2. Сельское поселение Видлица. 2008 г. Фото С. Шапиро Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН С замечанием М.А. Круковского по поводу карельского языка: карел, «который, несмотря на вековое соседство русских, несмотря на отсутствие литературы и своей грамоты, не утратил своих племенных особенностей, даже языка и не столько сам смешивался с другими, сколько претворял в себе других» [Там же: 38], тоже можно согласиться.

Видлицкий район все же больше карельский, чем русский.

Православие и давние контакты карел со славянским населением оказали влияние на широкое распространения двуязычия. Массовые контакты славянского населения на территории Карелии были, можно сказать, постоянными. Последние крупные миграции пришлись на 50– 60-е годы прошлого века, когда сюда приехало значительное количество белорусов, украинцев и русских. Так, на территории Видлицкого поселения на берегу Ладожского озера в устье реки Видлицы обосновалось некарельское население. Выделение Усть-Видлицы на территории Видлицкого сельского поселения отразилось и в неофициальном делении местного кладбища на две части, в одной из которых хоронят карел, а в другой — людей прочих национальностей. Если говорить о карельском языке, то мы его слышали чаще, чем ожидали. Старшее поколение свободно владеет и финским языком.

М.А. Круковский писал: «Но православными они (карелы) считаются лишь номинально: громадное большинство их придерживается “старой веры”. … Признаки суеверия карел можно найти на кладбищах, в лесах, на озерах, везде» [Там же: 40].

В этом мы убедились, побывав в первый же день нашей экспедиции на кладбище Видлицкого сельского поселения. Оно расположилось буквально в километре от поселка, в сосновом лесу. И если бы не было оград и крестов, мы бы увидели типичный ландшафт карельского леса.

Могилы напоминали заросшие брусничником и мхом валуны. На многих старых могилах были еще заметны доски, которыми обшивали могильные холмики. Следуя своей древней традиции, карелы на могилы до сих пор кладут доску с именем умершего, датой рождения и смерти.

Анатолий Николаевич Степанов — глава Видлицкого сельского поселения — показал нам и святой камень, и поклонный крест, и могилу сказительницы Екатерины Георгиевны Гавриловой, родившейся в 1888 г. и умершей в 1968 г. в деревне Гавриловка, что находится всего лишь в нескольких километрах от Видлицкого сельского поселения, где мы, конечно, тоже побывали.

Никто уже не помнит, когда появился на территории кладбища этот небольшой камень, кем и когда он был освящен (рис. 3). Только до сих пор к святому камню приносят щепотки земли с могил видливцев, поЭлектронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН Рис. 3. Поклонный камень. Видлица. Кладбище. 2008 г. Фото С. Шапиро

Рис. 4. Лесное озеро (ламбушка). 2008 г. Фото С. Шапиро

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН хороненных в разных уголках России. Непременно посещают это место родственники или знакомые в дни рождения умерших, в дни кончин, в календарные поминальные дни и праздники. Когда-то святой камень был огорожен деревянной оградой, а рядом стоял металлический крест.

Недавно усилиями Анатолия Николаевича это место было благоустроено и установлен деревянный поклонный крест.

И еще один объект, «самый настоящий языческий уголок» [Там же:

89] — ламбушка, так ласково карелы называют небольшие лесные озера. Озеро, которое посетил М.А. Круковский, находится в нескольких километрах от деревни Большие Горы.

«Перейдя лесную дорожку, мы очутились в глухом лесу. Пробираясь тропинкой меж кустов, мы вошли в топкую ложбину. Перед нами лежало другое озеро, маленькое, но такое мрачное, что просто становилось жутко и неприятно. … Эта ламбушка, по верованию корел, — заколдованная. Она обладает чудодейственной силой. Если в семье болеет ребенок, корелка несет его сюда и, как он есть, в одежде, погружает его с головкой в воду несколько раз. При этом она шепчет заклинания.

Затем она раздевает его донага и надевает новое, принесенное с собой платье, старое же — с болезнью, с немочью — оставляет здесь злым духам озер» [Там же: 87–88].

Нам было любопытно узнать, сохранились ли в памяти сегодняшнего населения деревни сведения о волшебном озере. Интересно, что на наши вопросы, есть ли такое озеро, мы сначала получали отрицательный ответ, но при дальнейшем уточнении жители старшего и даже среднего поколения вспоминали, что такое озеро есть (рис. 4).

Интересно, что само озеро, вода которого должна забрать болезни, имеет определенный набор признаков: топкие берега, к воде не подойти, у озера нет дна. Озеро трудно найти, к нему идет узкая тропинка, само место мрачное, жуткое и неприятное. Это еще раз говорит о том, что человек в состоянии болезни находится между мирами — «миром мертвых» и «миром живых». Лечение должно проводиться именно на этой границе.

У карел в прошлом были широко распространены добыча руды и как следствие — кузнечное ремесло. В XIX в.

карельские кузнецы из руды изготавливали различные предметы, необходимые для хозяйства:

земледельческие орудия (сошники, косы, топоры, заступы), коровьи колокола, подковы для лошадей и т.д. В Видлицкой волости карельские кузнецы в основном занимались выделкой коровьих колоколов. Один такой колокольчик был подарен нам Галиной Викторовной Ковалевич (главный специалист Видлицкого поселения). Она нашла его в хлеву Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН дома Евдокии Пекиной, в деревне Симон Наволок Видлицкого сельского поселения.

Свою историю имеет и Видлицкий сталелитейный завод. Его посетил и М.А. Круковский. Краеведу Анатолию Александровичу Сапожникову с помощью местных жителей удалось обозначить территорию завода, а в устье реки Видлицы обнаружить берег, где сгружали шлак, куда подходили баржи с углем (уходили они с чугунными заготовками), где буксировались пароходы с лесом. На высоком берегу реки Видлицы А.А. Сапожников показал места крепления леса у берега и места печей для выжигания угля. Эти угодья сегодня особенно любят огородники.

Земля там плодородная, и если взять ее на ладонь, то можно найти вкрапления угля.

«Видлицкий сталелитейный завод стоит на самом берегу Ладожского озера. Длинная дамба выдается прямо в озеро, тут стоят пароходы. В больших заводях по обеим сторонам дамбы стоит масса леса.

На берегу груды шлака, руды, ярусы чугунных свинок, печи для выжигания угля, заводские строения, и посреди главный корпус завода с возвышающейся трубой» [Там же: 63–64].

В те времена руду завод получал в основном из Финляндии, дрова сплавляли по рекам Видлице, Тулоксе и Олонке.

В первом десятилетии ХХ в. в Карелии была введена пошлина на дрова, выделка железа не стала себя оправдывать, кузнечное мастерство начало падать [Тароева 1965: 55].

Многочисленные реки и озера Карелии и самое главное озеро — Ладожское — все еще богаты ценными промысловыми рыбами. Когда-то на берегу Ладожского озера находился филиал Сортаваловского рыбного завода. Сюда рыболовецкие артели привозили рыбу из самых отдаленных уголков Карелии. Сейчас пойманную рыбу сразу же увозят в Санкт-Петербург.

Именно рыба с древнейших времен занимала одно из первых мест в питании карел. Рыбу употребляли в самых разнообразных видах: свежую, соленую, сушеную и т.п. Повсеместно заготавливали впрок сушеную рыбу (сущик), которой хватало на весь год. И сегодня почти в каждом карельском доме мы видели большие стеклянные банки с заготовленным сухим мальком. Считают, что крепкая уха из сущика является прекрасным лекарством при желудочных заболеваниях.

«Малек этот ловится весной и сушится тут же, где выловлен, на песке или на крыше рыбачьего шалаша» [Круковский 1904: 44] (рис. 5).

Сегодня малька на песке уже не сушат — это делают в печах. Мелкую плотву и окуней продолжают вялить на открытом воздухе, нанизывая

–  –  –

Рис. 6. Шалаш рыбаков. 2008 г. Фото Н. Ушакова Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН на веревку и подвешивая под крышей дома или амбара. На живописном лесном берегу Ладожского озера мы обнаружили рыбачью избушку, осмотрели и сфотографировали ее (рис. 6).

Застав лов корюшки, мы попробовали рыбу, приготовленную в молоке с репчатым луком. Жарить, по карельским обычаям, рыбу не принято.

Во многих карельских деревнях еще сохранились часовни. Местные жители (обычно это пожилые женщины) ухаживают за постройками и проводят службы. В деревне Гавриловка есть небольшая часовенка «Утоли мои печали», где мы были на службе во время праздника Вознесения (рис. 7).

Конечно же, побывали мы и в деревне Большие Горы, о которой так подробно рассказал М.А. Круковский в своей книге «Олонецкий край».

«Эта деревня живописно раскинулась на высокой горе. Вокруг вид на десятки верст, всюду лесные дали. Вот она — лесная страна» [Там же:

83]. Так описал М.А. Круковский деревню Большая Гора.

Удивительно приветливо встретила нас Антонина Михайловна Гошкиева, которая рассказала нам и о церкви, которую видел и сфотографировал М.А. Круковский, и о часовне, в которой она и еще несколько пожилых женщин проводят службу по праздничным и воскресным дням.

Именно в одном из домов этой деревни нам удалось собрать предметы традиционного карельского быта (более 40 единиц). Многие из этих веРис. 7. Часовня в д. Гавриловка. 2008 г. Фото С. Шапиро Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН щей буквально дублируют предметы из коллекции М.А. Круковского.

В карельской избе преобладала деревянная утварь. Новые берестяные короба, корзины из дранки имеются и сегодня в каждом доме. С одними ходят в лес по грибы и ягоды, другие используют при переноске дров или уборке картофеля. Когда-то каждый карел умел плести кошели, корзины, солонки и т.п. Сегодня имена мастеров, которые специализируются на плетении корзин, хорошо известны, и без заказов они не остаются.

Всегда в хозяйстве карельского дома были и бондарные изделия:

ушаты, лохани, квашни, ведра, кадушки, подойники, бочки. Правда, эта утварь сегодня встречается редко, а то, что сохранилось от старых времен, используется не по своему прямому назначению. Найти ее можно в сараях, куда попадают старые вещи. Интересно, что назначение, т.е.

функции той или другой утвари, менялось в период ее бытования.

Во время экспедиции было услышано и записано много песен: на карельском, русском и финском языках. В Видлицах есть два фольклорных коллектива, участники которых поддерживают отношения с исполнителями старшего поколения. Конечно, мы не услышали старинных эпических песен, но зато записали много лирических песен и городских романсов.

Рис. 8. Город Олонец. Фото М.А. Круковского. МАЭ. Колл. № 1363–36 Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН Следующим местом, которое планировалось посетить, был город Олонец и его окрестности. Свое знакомство с городом (рис. 8) мы начали с краеведческого музея карел-ливвиков. Вся экспозиция, разместившаяся в нескольких залах, позволила нам познакомиться с историей возникновения первого поселения на слиянии двух рек, с интерьером карельского дома и городским бытом. В музее насчитывается более 200 тыс. экспонатов. С 1959 г. фонды музея постоянно пополняются новыми предметами, в основном за счет дарений. В этом году музей должен переехать в новое отреставрированное здание в центре города.

На обратной дороге мы заехали в Александро-Свирский монастырь и еще раз убедились в том, что, отъехав на 200–300 км от Петербурга, можно увидеть архаику, о которой никто и не подозревал.

Библиография

Зенухина Т.Н. Круковский и Каменский краеведческий музей // Краеведческие записки. Барнаул, 2005. Вып. 5. С. 173–181.

Круковский М.А. Олонецкий край. Путевые очерки. СПб., 1904.

Лаврентьева Л.С. Иллюстративные коллекции М.А. Круковского // Радловский сборник. СПб., 2007. С. 273–279.

Тароева Р.Ф. Материальная культура карел. М.; Л., 1965.

–  –  –

ОНИ ХРАНЯТ ТРАДИЦИИ

1990 год. Июнь. Шенталинский район Куйбышевской области. Минуя село Салейкино, направляюсь в сторону деревни Старое Афонькино. Это не простая деревня. Она знаменита тем, что здесь живут некрещеные чуваши. Деревня большая, живет здесь народ дружный и трудолюбивый. По пути знакомлюсь с жительницей этой деревни. Она оказалась человеком очень отзывчивым и понимающим. Она же познакомила меня с двумя пожилыми сестрами. Те в свою очередь очень тепло приняли меня, будто я у них самый близкий родственник. К тому же сестры Ульдяковы — Савнитей аппа и Сервери аппа — в один голос торопились сообщить мне, что на днях деревня проводит большое моление. Дружно посоветовали пойти мне к Ульяна аппа и попросить ее познакомить с деревней, а также с кладбищем.

И вот беседую с Ульяна аппа. Она ждет сына, который живет в городе и очень часто посещает родной дом вместе со своей женой. Ульяна аппа то и дело смотрит в окно и вспоминает, как ее сын в детстве чуть не ослеп. Знахарка посоветовала ей использовать куриную кровь. Помогло.

Теперь она рада, что сын здоров и любит маму. Говорим о великих праздниках моего народа.

— Конечно, мункун у нас самый великий праздник. Он начинается у нас в среду перед Пасхой. В мункун родня собирается в коренной дом, т.е. в тот дом, откуда выделились в отдельные семьи повзрослевшие сыновья. Режем курицу у столба ворот. А летом — имк. Его мы тоже очень ждем. Ходим на кладбище. Ведь там наши предки родные. Это их деревня. Скоро и мы там будем. Накануне праздника имк убираемся на кладбище. Удаляем слишком высокие травы, красим намогильные столбы юпа, слегка поправляем могилку. имк был в прошлый четверг.

А сегодня суббота. В этот день на кладбище ходят крещеные. Осенью будет кр сри. Это тоже великий праздник. Также готовим угощения.

Поминаем умерших родных. А вот в следующий четверг у нас будет

–  –  –

общесельское моление Учук. Его будем проводить в поле у реки Черемшан. Вся деревня выйдет. Председатель колхоза уже пообещал выделить жертвенного быка. Я буду деньги собирать на крупу и масло. Кто сколько даст. А вот твои знакомые сестры Ульдяковы дадут барашка, его будем жертвовать верховному божеству Тур. Все будет согласно традициям, заведенным нашими дедами. А молельщица Мислике и знахарка Хртилет (рис. 1) будут подсказывать нам и вести моление. Надо еще котлы приготовить. Сказали, что в этом году будем варить в шести пивных котлах. Уже десять лет минуло от прошлого Учука. Знахарка Хртилет сказала, что в этом году в первый четверг июня надо обязательно провести. Если не сможем провести в следующий четверг моление, то придется отложить еще на четыре года. Так сказала Хртилет.

Она знает порядки.

Моя собеседница улыбается. Значит, все будет в порядке. По традиции. И сын приедет с женой в этот день.

— Многие из города приедут, — продолжает Ульяна аппа. — Они уже знают. Будут и из соседних деревень. Те, кто вышли замуж в ближайшие деревни. Придут на моление и крещеные. Они тоже когда-то были некрещеными и теперь продолжают уважать традиции своих роЭлектронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН дителей. Правда, может явиться в деревню батюшка и стыдить народ.

Но он нас знает. Поговорит и уйдет.

Беседуем. Мой верный старый магнитофон поскрипывает, но не подводит. Дальше говорим о божествах Валем хуа, Киремет и Йрх. Зная, что здесь под Йрх имеют в виду то, что в Чувашской республике называют Киремет, пытаюсь запутать бабулю.

Спрашиваю:

— А вот в поле по дороге из Салейкино у вас растут два отдельных дерева. Они — Киремет?

— Нет, это Йрх. А куклы, которые оставляют под деревом, называются Йрх пукани, — объясняет собеседница.

Да, это правда. С таким фактом я уже столкнулся два года назад в Саратовской области. При этом представление о дереве-Йрх стадиально более раннее, чем о дереве-Киремет.

Время летит. Начинает вечереть. До наступления темноты надо успеть побывать на кладбище. Отложить нельзя, ибо мои родненькие сестры Савнитей аппа и Сервери аппа обещали мне завтра познакомить со знахаркой Хртилет аппа. Она соседка Ульдяковых. Я планирую посвятить ей целый день. В то же время так хочется поскорее побывать и на кладбище некрещеных чувашей. Ведь там на могилах не кресты, а столбы юпа. Стемнеет — тогда невозможно будет сфотографировать. Да и не принято ходить ночью на кладбище.

Идем. По пути останавливаемся у мостика через овраг. Овраг носит название Хупраххан. В переводе — «место, куда бросают лубья». Имеются в виду лубья, на которых моют умершего дома. Через овраг на узком месте брошены деревяшки, расколотые пополам. Это и есть мост, через него проходит душа, прощающаяся с деревней навсегда. Здесь же валяются символические стол и стул, использованные в прошлом обряде юпа. Само кладбище расположено на возвышенном месте, на развилке реки Черемшан и оврага, впадающего в реку. По пути Ульяна аппа рассказывает мне подробности про мункун, про трещотку, используемую в срен, об обрядах очищения. А я продолжаю задавать свои вопросы и получаю чудесные толкования обрядов ларма, улах и сурхури.

Возвращаемся с кладбища. Останавливаемся у дома, где на бревнах сидят пожилые сельчане. В деревне уже знают, что к ним из Москвы прилетел чуваш и интересуется их старинным бытом. На лицах улыбки.

Все дружно просят авторитетного местного знатока старинных порядков Михай пичче рассказать гостю что-либо интересное. Он доволен доверием. Начинает говорить про Учук. Да, это у них самый значительный праздник в деревне. Он является благодарственным жертвоприноЭлектронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН шением за выращенный в поле урожай (рис. 2, 3). Что может быть выше хлеба! Люди приносят божеству Тур живность — овцу, утку, гуся и т.д.

Все жертвенные животные отдаются верующими в надежде на то, что Природа их отблагодарит сторицей. Далее рассказ переходит на молодежный хоровод Уяв. Лица стариков светлеют, они вспоминают молодость, свою первую любовь и первое свидание.

Савнитей аппа и Сервери аппа уже заждались меня. Пришли к ним и родственники. Садимся за стол. Но больше говорим, чем кушаем. Гости уходят. Мы опять разматываем нити этнографии. Говорим про Старый Новый год. И я вспоминаю этот праздник. Говорю, что все парни в эту ночь набивали карманы пресными жареными шариками йвача и ели их на улице, угощали своих возлюбленных. Тут мои хозяйки совсем оживляются и начинают месить тесто. И вскоре из затопленной печи они вынимают целую сковородку этих мелких румяных колобков. Фотографируем экспонат и дружно его съедаем.

Именно в этой деревне я записал самый полный вариант рассказа о родовом празднике, посвященном завершению сбора урожая. Называется он чклеме. В исконном виде сохранились здесь представления о таких обрядах, как «жертвенный сноп», закрывание скота на откорм, «молозиво». Знают не понаслышке о божествах Пиршти, Пихампар, Хртсурт и Плх. Как нигде больше, люди здесь носят чувашские имена. Они звучат поразительно красиво, и каждое обязательно означает что-либо. Например: Пинеслу, Ултеслу, Хртилет, Хрпике, Теверни, Севретей, Савнитей, Илерни, Тутреви, Савнепи, Савтилет, Пейментей, Мулентей, Исментей, Тементей, Ементет, Урлук, Сирук, Ситриван… Сразу бросается в глаза — в этом перечне очень часты имена на корень Сав-. А это значит «обожать, восхищаться, любить». Действительно достойные имена. У такого народа не может быть в душе злобы и враждебности. У такого народа понятия «любовь» и «восхищение» всегда на первом месте. Люди эти чувства носят в себе, в своем имени.

Интересной собеседницей оказалась и Северслу аппа. Ей тогда было почти 90 лет. Мои хозяйки попросили меня пересказать беседу с ней.

Пришлось дать им прослушать магнитофонную запись. Они подтвердили, что Северслу аппа знает лучше всех про общесельское моление Апраин клли.

Не успели дослушать магнитофонную запись, как к нам пришли две девочки и сказали, что гостя из Москвы ждет Мишша тете, т.е. дядя Михаил. И это срочно, ибо Мишша тете собирается ехать в районный центр. Он работает агентом соцстраха и должен быть там с отчетом.

Вхожу в званый дом. Приветствую по обычаю. Из другой комнаты разЭлектронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН Рис. 2. Общесельское моление Учук: последние приготовления перед молением Рис. 3. Общесельское моление Учук: автору объясняют значение жертвенной лепешки с «носами» и «пупком»

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН дается голос хозяина, он просит пройти к столу. «Я мигом, вот сложу папку», — говорит Мишша тете. Вот и он. Невысокий, худой. Но глаза живые, даже властные. Я и не ожидал, что подружусь с ним навсегда.

Из рассказа хозяина дома узнаю очень много. Особенно ценно то, что Мишша тете бывает во многих деревнях района и очень внимательно наблюдает за народными обрядами и верованиями. Он даже ведет записи и потому смог указать мне на различия, т.е. варианты бытования некоторых традиций. От него я впервые в своей жизни записал родовой обряд урама. Этот ритуал сохранился только в этой деревне, но и в ней его совершает только половина жителей. Объясняется это тем, что деревня была образована выходцами из двух регионов — из теперешней Республики Татарстан и Ульяновской области. Ритуал этот родовой. Он призван примирить живых, что в свое время не успели покаяться перед умирающим, из-за чего тот не сумел их простить.

Увы, мы все подвластны времени. Многих моих тогдашних собеседников уже нет на этом свете. Но остаются записи, их письма ко мне.

Остаются в памяти и теплые встречи в моей квартире в Чебоксарах, куда приезжали даже не они, а те, кого они просили зайти ко мне и просто поговорить. Памяти одного из моих собеседников — знахарки Хртилет — я посвятил в свое время брошюру «Предводители обрядов чувашей». Поклон вам, родные мои староафонькинцы. На вас держится традиция, изучению которой этнографы посвящают свои жизни. Пока живы добрые традиции — жив и народ.

–  –  –

СТОЙБИЩЕ ВЕРХНЕТАЗОВСКИХ СЕЛЬКУПОВ

(ПО МАТЕРИАЛАМ СОВРЕМЕННЫХ

ПОЛЕВЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ)

Данная публикация подготовлена по материалам трех экспедиций автора в Красноселькупский район Ямало-Ненецкого округа Тюменской области (2004, 2005 и 2008 гг.). Стойбища, лесные хозяйства, родовые угодья или просто «чумы» тазовских селькупов разбросаны по берегам рек и озер бассейна Таза и летом доступны лишь частным речным транспортом, что для этнографа означает — труднодоступны. По данным отдела по развитию агропромышленного комплекса и делам малочисленных народов Севера Красноселькупского района, в 2007 г. в районе насчитывалось 37 частных лесных хозяйств. В ходе трех экспедиций нам удалось посетить три из них.

Надо заметить, что селькупы редко используют слово «стойбище», как правило, они заменяют его словом «лес»: «в лесу сидит», «в лес уехал», имея в виду именно чье-то лесное хозяйство. Не менее часто слово «стойбище» замещается понятием «дом» в смысле «домашний очаг». Название есть далеко не у всех лесных хозяйств, определителем стойбища чаще всего служит имя или прозвище одного из его хозяев, того, кто стойбище «держит», живет там постоянно, следит за порядком, под чью опеку приезжают и поселяются одна-две молодых семьи, тогда говорят: «у Никандра», или «у Еврея», «к Соплям», «у Верблюдов», «где такой-то живет».

Феномен современного селькупского стойбища состоит в том, что оно сохранило все главные особенности традиционного селькупского поселения, соответствовавшего полукочевому образу жизни, который селькупы вели до середины ХХ в. В то время каждая селькупская семья, как правило, имела по три сезонных места стоянки. Первое находилось на берегу мелкой речушки или озера, где они рыбачили, промышляли дичь и белковали весной, осенью и два первых зимних месяца. Оно счиЭлектронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН талось постоянным местом жительства семьи и было наиболее обустроено: здесь ставили чум, строили полуземлянку или избушку, олений сарай и хозяйственные амбары.

Второе место — на берегах более крупных рек, куда спускались в июне для неводьбы, жилищем здесь служили шалаши из гнутых тальниковых веток, покрытых берестой или травой. И третье — в районе зимнего (с февраля по апрель) охотничьего промысла («большой дороги»), часто за сотни километров от мест постоянного проживания. Эта стоянка тоже считалась стойбищем, здесь имелось теплое зимнее жилище и нередко хозяйственные постройки, но первое стойбище все же было более основательным.

Советская власть, внеся в жизнь малочисленных коренных народов Севера ряд новаций (мы имеем в виду попытку перевода кочевых народов на оседлость, создание системы интернатского обучения детей, промышленное освоение районов Севера и связанное с ним основание крупных русскоязычных поселков, манящих жителей тайги и тундры пагубными для них соблазнами цивилизации), пошатнула основы кочевого образа жизни селькупов. Но она же, объединив множество бедняцких селькупских хозяйств, создала здесь колхозы, а затем совхозы, которые получили промысловую хозяйственную направленность, сохранив два основных, исконно селькупских вида промысла — охоту и рыболовство. Значительная часть селькупов, работая в совхозах, продолжала жить в лесу на стойбищах. Они рыбачили и охотились, как и раньше, — и на ближних, и на дальних промысловых угодьях, сдавая продукцию в заготконторы совхозов. Государство, несмотря на неизбежную убыточность традиционных отраслей хозяйства народностей Севера, не жалея средств, их дотировало. Благодаря этому северные селькупы продолжали вести традиционный образ жизни, что, как мы считаем, помогло им сохранить культурную самобытность и этническое самосознание.

Тяжелейший удар традиционному образу жизни селькупов был нанесен после развала Советского государства, в период экономического кризиса 90-х годов прошлого столетия. Промысловые отрасли лишились поддержки государства, дотирование прекратилось, совхозы развалились. Селькупы, проживающие на угодьях, остались без промысловых заработков и средств к существованию. Многие семьи забросили кочевой образ жизни и осели в поселке, где проявили полную неспособность к каким бы то ни было трудовым занятиям, не связанным с традиционными промыслами. Конечно, существовала и противоположная тенденция: при скудости денежных доходов с появлением продовольственной проблемы некоторые коренные жители вернулись к натуральЭлектронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН ному хозяйству, к тем же охоте и рыболовству. И все же доля селькупов, ведущих традиционный кочевой образ жизни, в эти годы значительно сократилась. В 1997 г. из 1532 представителей малочисленных народов Севера в Красноселькупском районе лишь 65 имело статус кочующих (данные отдела по делам народов Севера Администрации МО Красноселькупский район). Уход от традиционного образа жизни породил в среде селькупов такое количество тяжелейших проблем, что в районе пошли разговоры о скорой гибели народа не только как самостоятельного этноса, но и в физическом смысле [Пяк 2003 № 33: 5].

С начала 2000-х годов у некоторых субъектов Российской Федерации появилась возможность восстановить систему финансовой помощи малочисленным народам Севера. Для тазовских селькупов спасительную роль сыграла административная принадлежность их района к Ямало-Ненецкому автономному округу, получающему немалые доходы от разработки своих недр, богатых углеводородным сырьем. Государственный курс на воссоздание продуктивной хозяйственной деятельности коренных малочисленных народов Севера, нарушенной в ходе рыночных реформ, и перевод на присущий им в прошлом кочевой образ жизни получили финансовую поддержку. Мы не хотим сказать, что эта помощь текла, как из рога изобилия. Наоборот, она была явно недостаточной, проблемы решались с трудом, но она была, и результатом стал устойчивый рост всех показателей национального хозяйства района.

Государство воссоздало и опять дотирует бывшие промысловые совхозы района. Теперь это агрофирмы и общества с ограниченной ответственностью, которые в обиходной речи продолжают называть совхозами. Эти предприятия дали работу и заработок рыбакам-охотникам, кочующее население получает губернаторское («нееловское») денежное пособие, периодически обеспечивается средствами транспорта, бензином, брезентом, ружьями, сетями, печками, электростанциями, радиостанциями, продуктами, пользуется многочисленными льготами.

В районе увеличивается число жителей, имеющих статус «кочевых».

В 2003 г. таковых было 244 чел. (без детей). В 2007 г. статус «кочевых», т.е. работающих на промысловых предприятиях района, имело 275 чел., а более 400 чел. фактически вели кочевой образ жизни (данные отдела по развитию агропромышленного комплекса и делам малочисленных народов Севера Красноселькупского района). Растет количество стойбищ и численность домашних оленей.

Мы еще не успели сказать, что традиционный образ жизни северных селькупов неразрывно связан с оленеводством и целиком зависит от него.

По характеру селькупское оленеводство определяется как транспортное, Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН мелкостадное (10–40 оленей на семью) и нартенное. Олень — основное транспортное средство селькупов. На нем совершают перекочевки, перевозят продукцию промыслов в заготконторы совхозов, ездят в поселок за покупками, на почту, в больницу, к родственникам, участвуют в соревнованиях на празднике День оленевода. В 1991 г. поголовье оленей в личных хозяйствах района насчитывало 1000 голов [Бакулин 2000:187].

В планах по развитию хозяйственной сферы района присутствовал пункт об увеличении числа оленей в частных хозяйствах. К 1998 г. поголовье оленей в личных хозяйствах свелось к нулю [Там же]. По словам информантов, «оленей съели или сдали на мясо в рыбкооп и деньги пропили».

Между тем в настоящее время происходит восстановление численности домашних оленей. В с. Ратта, например, частных оленей уже более 300. Оленей на мясо не забивают, их берегут. Все 37 частных лесных хозяйств района — эту цифру мы приводили выше — имеют оленей (данные отдела по развитию агропромышленного комплекса и делам малочисленных народов Севера Красноселькупского района на 2007 г.).

И это только учтенные хозяйства! Мы имеем основания думать, что существует немало неучтенных, незарегистрированных в органах власти района, спонтанно возрожденных хозяйств.

Итак, традиционное селькупское стойбище — исключительное явление современной жизни и фактор сохранения этноса северных селькупов. А теперь подробнее о том, что представляет собой современное / традиционное селькупское стойбище, а точнее стойбище верхнетазовских селькупов, ибо мы побывали в трех стойбищах близ национального поселка Ратта, расположенного в верховьях р. Таз.

Первое лесное угодье (№ 1), которое мы посетили в августе 2004 г., — стойбище «на Налимьих», как нам его назвал глава администрации с. Ратта. Однако от других мы не слышали такого названия, это лесное угодье чаще называли «где Сопли живут», по прозвищу, видимо, его главных или постоянных «держателей» Г.Н. Куболева и его жены.

Нам не повезло застать дома всех хозяев. Их, судя по шести жилым постройкам и одной палатке, должно быть не менее семи семей. На момент нашего посещения здесь находилась лишь молодая семья с маленьким ребенком, которая в ближайшем чернолесье занималась изготовлением ветки (лодки-долбленки), да два молодых человека, врачующих больных конъюнктивитом оленей (засыпали им в глаза сахарный песок).

Дело в том, что, хотя для лесных селькупов, особенно для отделившейся от родителей молодежи, жилищная проблема и стоит очень остро, всем им есть где остановиться в поселке — в своем доме или у родственников. Большая часть населения стойбища могла отсутствоЭлектронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН вать также потому, что август — время самой продуктивной рыбалки на «своих» для каждой семьи местах. Случается даже, что стойбище полностью пустеет, и тогда кто-то, чьи олени там остались без присмотра, едет туда из деревни специально, чтобы развести дымокуры.

Как уже было сказано, стойбище насчитывало шесть домов, одну палатку, два неразобранных остова чума, олений сарай, в котором помещалось до 40 оленей, а также амбары, хозяйственные навесы и несколько старых полуразвалившихся строений. Это самое большое из осмотренных нами стойбищ.

Второе стойбище (№ 2), в котором мы побывали в 2005 г., только что возродилось на месте заброшенного около 20 лет назад. В двух свежесрубленных избушках, чуме и палатке проживали три семьи и один неженатый молодой человек. Из хозяйственных построек имелись два свайных амбара, навес и олений сарай, в котором содержалось 30–40 оленей (вопрос о том, сколько оленей кому принадлежит, у селькупов считается неприличным).

В 2008 г. мы посетили летнее стойбище (№ 3) Никандра Ивановича Ирикова (по прозвищу Еврей) и его жены Елены Иосифовны. В его владении находятся два дома (один из них гостевой), олений сарай, хозяйственные постройки, 30–35 оленей и семь собак. В 2–3 км от этого стойбища Никандр Иванович имеет еще и зимнее угодье, обустроенное более основательно. Он также владеет двумя домами в поселке Ратта («еврейская автономия»), которые сдает в наем. В прошлом стойбище № 3 было более населенным, о чем безмолвно свидетельствует поляна с несколькими заброшенными, полуразвалившимися строениями. Как нам сказал его нынешний хозяин, кто-то ушел в мир иной, а кто-то уехал и основал собственное стойбище.

Все три стойбища расположены на берегах реки Таз. Каждое из них стоит на «горе» — высоком сухом яру, начинающемся в 100–150 м от берега. С реки место стойбища можно определить по лодкам двух видов: веткам (долбленкам) и лодкам с дюралевым корпусом, на который устанавливается мотор. Все они лежат на берегу или причалены к берегу (рис. 1). Опознать место можно и по маленькому бревенчатому сараю, где хранятся рыболовные снасти: сети, колья для запора и т.д. Сарай этот стоит у самого берега и, как правило, виден с воды.

Два стойбища (№ 1 и 3) устроены на очищенном от леса пространстве площадью около 1000 м (рис. 2, 3). Чтобы это пространство не зарастало, его пропалывают — вырывают появляющиеся молодые побеги деревьев. Третье стойбище (№ 2) находится среди редкого высокого соснового бора.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН Рис. 1. Лодки у стойбища № 3. Река Таз. 2008 г. Фото автора

–  –  –

Рис. 6. Жилая срубная постройка с односкатной крышей, покрытой дерном, на стойбище № 1. Река Таз. 2004 г. Фото автора Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН Рис. 7. Жилая срубная постройка с односкатной крышей, покрытой рубероидом, на стойбище № 3. Река Таз. 2008 г. Фото автора Рис. 8. Жилая срубная постройка («домик для гостей») с односкатной крышей, покрытой рубероидом, на стойбище № 3. Река Таз. 2008 г. Фото автора

–  –  –

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН Преобладающим типом жилища лесных селькупов на стойбищах являются срубные постройки. Сравнив конструкции обнаруженных нами на стойбищах десяти срубных домов с аналогичными постройками обских угров, изученными З.П. Соколовой [1963], мы с уверенностью относим их к традиционному типу. Они отличаются от домов, строящихся в национальных поселках по проектам районной администрации (хотя и в поселках нередки традиционные жилища). Самым распространенным (семь домов) оказался сруб с двускатной крышей на коньковом стояке (рис. 4).

У такого типа крыши коньковая балка лежит на двух невысоких бревешках (коньковых стояках), поставленных вертикально в двух концах сруба в его фронтонной части. Поверх стропил настилается рубероид, который придавливается бревнами (до пяти бревен на каждый скат). Фронтоны остаются полностью открытыми или зашиваются доской с одной стороны. Пол хорошо проветриваемого чердака служит потолком жилой комнаты. В комнате устраиваются нары, полки для вещей, под одним из окон (окно может быть всего одно) укрепляется столик для еды, для сидения используются чурбаны и скамьи. Очаг — железная печка типа буржуйки — устанавливается по центру комнаты или справа от входа.

Пол комнаты, как правило, оставляют земляным. К трем из семи подобнх срубов пристроены сени из досок или жердей с односкатной крышей на слегах. В сенях зимой хранят дрова, оставляют лыжи. Коньковый стояк крыши такого дома может быть совсем коротким, тогда крыша получается пологой, и чердак как таковой отсутствует (рис. 5).

Три из десяти жилых срубов имеют другой тип крыши — односкатную крышу с очень небольшим углом ската (рис. 6, 7, 8). Такая почти плоская крыша представляет собой накат из бревен или жердей, который покоится на верхних бревнах сруба. У двух срубов поверх наката уложен рубероид, придавленный бревнами или досками, у третьего накат покрыт дерном. Пристройкой к двум срубам (рис. 6, 7) служат сени из досок и жердей с такой же односкатной крышей.

Высоту всех десяти срубов большой назвать нельзя, они уложены в шесть-одиннадцать венцов, расстояние от пола до крыши составляет от 2 до 3 м. Размеры срубов тоже очень невелики и варьируют от 2 2 до 4 6 м. Местные жители жилые срубы называют избушками.

Летом рядом с каждым жилым домом есть железная печка типа буржуйки для приготовления еды. Она устанавливается на кирпичах, бревнах или обложена кирпичами с боков, обмазана глиной и наполовину закопана в землю. Нередко над печкой устраивается навес, а вокруг нее — ограждение из жердей или досок (рис. 9, 10). Дополнением к такой уличной печке обычно служит костер. На стойбище № 3 над костром Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН и дымокуром был сделан навес с ограждением размером около 2 3 м (рис. 11). На костре при нас хозяйка готовила уху, вытапливала на зиму из рыбы жир, кипятила чайник, варила еду собакам, а в дыму костра и дымокура коптилась юкола (пирня). Разделочные столики и стулья здесь заменялись чурбанами, тут же лежали дрова.

Жилой чум, покрытый брезентом (рис. 12), мы видели только на одном стойбище (№ 2). В нем жила семья с маленьким ребенком, глава которой был довольно почтенного возраста. На двух других стойбищах стояли лишь остовы чумов (рис. 13). Это не значит, что чум продолжает выходить у селькупов из употребления. Со слов информантов, есть стойбища, где стоят по два, три, четыре чума, где чум является основным типом жилища.

Третьим типом жилища на стойбищах № 1 и 2 неожиданно для нас оказалась брезентовая палатка (рис. 14). Такие палатки раньше выдавали пастухам совхозных оленьих стад. Возможно, что так они попали и в современный обиход.

Широко известная селькупская полуземлянка пой мот ни на одном из стойбищ не присутствовала, хотя, по рассказам местных жителей, этот тип жилища по сей день существует на лесных урочищах.

Для селькупских хозяйств среднего и верхнего Таза характерен способ содержания оленей в сараях отай мот. Их также называют оленьими домами и теневыми навесами (рис. 15, 16). Такие сараи есть сегодня на каждом стойбище, так как везде содержатся олени. Сараи строят из бревен, жердей или досок, листов железа, фанеры, рубероида — из всего, что найдется в хозяйстве. Они имеют двускатную (на слегах или на стропилах и слегах) крышу, крытую жердями, досками, рубероидом или брезентом. Роль дверей (в обеих торцевых стенках) исполняют полотнища из брезента, которые открывают-закрывают, чтобы выпуститьвпустить оленей или проветрить сарай. Внутри сарая за ограждением из жердей расположен дымокур. Олени спасаются в сарае, когда их заедает мошка, в остальное время они пасутся вокруг стойбища, поедая ягель.

Для оленей на территории стойбища устраиваются еще три-четыре дымокура, огороженные жердями.

На всех осмотренных стойбищах присутствовали традиционные селькупские свайные амбары кор (рис. 17, 18, 19). Амбар кор представляет собой срубную, бревенчатую или дощатую постройку (размером 1,5 1,5 или 2 2 м) с двускатной (на слегах или стропилах и коньковом стояке) или односкатной крышей, установленную на четыре врытых в землю толстых бревна или на спиленные деревья. Такую конструкцию амбара селькупы объясняют необходимостью защиты от грызунов.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН Рис. 11. Летняя кухня на стойбище № 3. Река Таз. 2008 г. Фото автора Рис. 12. Чум, крытый брезентом. Стойбище № 2. Река Таз. 2005 г. Фото автора

–  –  –

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН Рис. 14. Брезентовая палатка. Стойбище № 1. Река Таз. 2004 г. Фото автора Рис. 15. Олений сарай на стойбище № 3. Река Таз. 2008 г. Фото автора Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН Рис. 16. Олений сарай на стойбище № 2. Река Таз. 2005 г. Фото автора

–  –  –

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН К двери амбара приставлена лестница — обычная с перекладинами или в виде бревна с зарубками на месте ступеней. Внутри амбара подвешенной к потолку хранится зимняя одежда хозяев, на полу стоят мешки с продовольственными запасами. Под полом амбара, образующим своеобразный навес, летом стоят нарты.

Помимо амбаров нарты, тюки с имуществом, зимняя одежда хранятся под навесами на четырех опорах (рис. 20). Для хранения продуктовых запасов устраиваются помосты между деревьями (рис. 21).

Итак, современное стойбище сохраняет основные черты традиционного селькупского быта. Лучше всего это демонстрируют традиционные жилые и хозяйственные постройки, а также множество других стойбищных атрибутов, рассказать о которых подробно в рамках данной публикации мы не имеем возможности. Перечислим лишь некоторые. Это олени и нарты, собаки, берестяная посуда, колоды для подкормки оленей, ветки (лодки-долбленки — их до сих пор изготавливают с помощью традиционных инструментов, в том числе лучкового сверла и деревянных гвоздей типы). Добавим и селькупскую национальную пищу (хлеб-лепешка, юкола, рыбий жир). Назовем также приспособление в виде палки с суком на конце (чипо) для подвешивания над костром чайника или котла, под углом втыкаемое в землю. Вспомним и ловушки-пасти на глухарей, которые устанавливают совсем близко от жилых домов. Одежда (сокуи, малицы и бокари) по-прежнему хранится под крышами свайных амбаров. Берестяные свертки с костями медведей подвешивают к ветвям высоких сосен на краю стойбища (такой способ захоронения медвежьих костей — традиция, и соблюдается она неукоснительно).

Вместе с тем вошли в жизнь селькупского стойбища и новации: моторные лодки, брезент и брезентовые палатки, рубероид, шесты для радиоантенны (№ 2 и № 3); туалеты в виде дощатых будок (№ 1); бани (№ 3); небольшие огороды, засаженные картошкой, которую на стойбищах стали сажать в голодные 1990-е годы (№ 1). В лесной жизни приживается все, что удобно и доступно. И, вероятнее всего, в этом сочетании традиционного и современного и состоит феномен современного селькупского стойбища.

Библиография

Бакулин В.В. Экономика и традиционное хозяйство // В краю селькупов. Екатеринбург, 2000. С. 179–195 Пяк М. Решение насущных проблем // Северный край. 2004. № 33.

Соколова З.П. Материалы по жилищу, хозяйственным и культовым постройкам обских угров // ТИЭ. Новая сер. Т. 84. М., 1963. С. 182–233.

–  –  –

1. Предисловие В последние два десятилетия деятельность протестантских миссионеров на всем постсоветском пространстве приобрела особую широту.

Среди представителей этого движения огромное число различных организаций: «Новая жизнь», «Слово веры», «Примирение» и многие другие. Эти организации развернули свою деятельность, в том числе и на территории Республики Алтай, где общая численность последователей протестантского движения колеблется в пределах 1–2 тысяч2.

В ходе экспедиционных работ в Республике Алтай летом 2008 г. я стал свидетелем интересного диалога, состоявшегося между алтайкой (алтай-кижи), не являющейся последовательницей какого-либо направления в христианстве (равно как и других мировых религий) и идентифицирующей себя как человека, «придерживающегося алтайских традиций», и русской женщиной — прихожанкой протестантской организации «Новая жизнь». Сам диалог записан в г. Горно-Алтайске по дороге из здания Дома молитвы организации «Новая жизнь» сразу после прочтения вечерней молитвы (рис. 1–2).

Обе информантки — женщины в возрасте 45–50 лет, постоянно проживающие в единственном городе Республики Алтай — Горно-Алтайске — и имеющие высшее образование. С целью соблюдения полевой этики я обозначу героинь диалога так: А. — алтайка, П. — протестантка.

Мне представляется, что данный диалог интересен не только разностью взглядов каждого из его участников, но и самой структурой и Искреннюю благодарность за помощь в экспедиции 2008 г. выражаю Н.А. Тадиной.

Точную численность определить очень сложно в силу того, что часть организаций не имеет официальной регистрации, те же, которые зарегистрированы в органах власти как религиозные организации, не говорят точных цифр, то называя относительную численность, то явно занижая ее.

–  –  –

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН системой доказательства «правильности / неправильности» «религий».

Важность публикации данного диалога связана еще и с тем, что в записках и отчетах православных миссионеров XIX — начала XX в. подобные диалоги встречаются достаточно редко и носят главным образом назидательный характер, что невольно ведет к искажению текста.

Единственным фактором для искажения информации в публикуемом диалоге было мое как исследователя присутствие, однако в речевую коммуникацию я включен не был: ко мне не было вопросов, предложений и т.д. Более того, диалог с определенного момента стал носить достаточно натянутый характер, что в значительной степени только усилило коммуникативную связь двух собеседников и тем самым сделало «незаметным» мое присутствие.

В комментариях после диалога в квадратных скобках даны ссылки на пронумерованные высказывания информантов.

Продолжительность диалога составила около 25 мин.

Публикуется с незначительными сокращениями.

2. Диалог

1. А. А ты в простую [церковь] ходила, вот?

2. П. Я ходила туда, я шла к Богу.

3. А. А сколько раз ходила?

4. П. Я и раньше ходила, я давно Бога искала. Давным-давно. И когда, там даже мощи эти привозили.

5. А. А чо тебе там не понравилось?

6. П. Когда я покаялась там, в церкви, в православной. Я вышла и такая думаю, ну должно же что-то во мне произойти. Я так стою и смотрю. Ну, ничего, абсолютно ничего.

7. А. Я здесь чо произошло?

8. П. А здесь… Во-первых, сестра у меня уверовала. Она 8 лет… Он ходила уже 4 года в церковь. Она мне говорила, приходи. Я слушала — не слушала, ну, как все люди. И потом когда пришла сюда, она показала мне просто видеокассеты про человека, который умер и который ходил со Христом. А я всегда его искала. И когда он сказал, что Иисус смотрит на людей, и он не просто смотрит, он плачет, глядя, как люди живут, как они мучаются, как они страдают. Иисус смотрит на это и страдает, он плачет. И у меня как будто глаза открылись. Я говорю не то, что Иисус есть, он просто плачет, он сострадает нам. И как пелена упала с глаз. Повернулась к [указывает имя сестры] и говорю, что я приду в Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН эту церковь. Я пришла сюда, и я нисколько не жалею об этом. Я точно знаю, что Бог нас так касается, он нас так меняет. «Песня прославления» — это не просто прославление. Мы благодарим Бога, и он духом святым просто касается нас. Вот даже на физическом уровне. Мы стоим и у нас сердце... Мы просто плачем, в благодарности к Богу. Это разве не церковь?

9. А. Вот эта церковь, которая там, государственная. Она же твоих предков. Ну, там, дедов, прадедов. Они же туда ходили. Раньше же вот эта не приезжала.

10. П. А я не отказываюсь от православия. Мы не отказываемся от них. Они наши, такие же братья и сестры.

11. А. А это же православная что ли?

12. П. Почему? Она просто христианская церковь. Тот же самый Отец, Сын и Дух Святой. Но у нас нет свечей. Почему? В Библии их нет.

Икон нет. Почему? В Библии их нет. Их нет. Там написано, не поклоняйся изделию рук своих. Икона получается изделие рук своих.

13. А. А ты видела церковь у кержаков1 в Усть-Коксе2? У них тоже без икон.

14. П. Я не знаю про кержаков. Если они верят во имя Отца, Сына и Духа Святого. Если следует всем законам…

15. А. А чем вы от кержаков отличаетесь?

16. П. Я не могу сказать, я не знаю. Если человек исцеляется в церкви, если он освобождается. У нас служители многие раньше были наркоманами. Бог освобождал.

17. А. Я не поняла, ну также можно идти в церковь государственную. Или только здесь случаются чудеса?

18. П. Ну, знаешь… ну, со мной вот так вот было. Я ходила в православную церковь, но жизнь у меня не менялась.

19. А. Кого не спросишь, у всех чудеса. Значит, получается, что только здесь чудеса, а в государственную…

20. П. Ну, почему, там есть люди верующие, которые искренне верующие. Знаешь, как бывает? Я христианин, я повесил крест, слушай меня, я пошел, поставил свечку, я помолился на икону, пошел, парня увидел, глазки ему построил, пошел, поругался там, слова нехорошие, пошел, соседа своего проклял, который там нечаянно яблоко закинул в твой огород или еще что-нибудь такое. Понимаешь?

Кержаки — представители одного из направлений старообрядчества.

Усть-Ккса — районный центр Усть-Коксинского района Республики Алтай. Расположен в начале Уймонской долины в месте впадения реки Кокса в Катунь в 400 км от г. Горно-Алтайск и в 120 км от пос. Усть-Кан.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН …

21. А. А ты в эту церковь платишь, деньги носишь?

22. П. Все православные христиане, все, верующие, истинно верующие десятину отдают. Мы тоже отдаем. Потому, что это в Библии написано. Я девять получаю. Я девятьсот рублей отдаю.

23. А. Мужик еще, если денег привезет. Они не знают?

24. П. Почему? Ну и что, я же перед Богом хожу, я же не перед людьми хожу. Я не собираюсь от Бога ничего таить. Там четко написано, вы прокляты будете, если десятину не будете платить. Это просто его, его часть. Он нас благословляет, он нам помогает.

25. А. Ты еще жертвуешь чо-то?

26. П. Конечно, вот сегодня я же жертвую временем. Я могла бы поехать домой и лежать-почивать, а я пошла в церковь, чтобы прославить его. Хвала — это жертва моя для Бога. Мое личное время — это жертва. Деньги еще. Я работаю с утра до вечера. Хожу на работу. Я не досыпаю… — я работаю. Это мое время, это моя жизнь. Десятая часть это жертва, я отдаю ее. Все процветающие финансисты, спроси любого банкира, он одну десятую часть отдает.

27. А. Куда? К вам что ли?

28. П. Нет-нет, не к нам… Ну не знаю куда, чтобы процветал их бизнес.

29. А. Ну, вот мне бы сказали, в церковь ходи и одну десятую отдавай… Странно.

30. П. Знаешь, за четыре года Бог мне два раза зарплату поднимал на пустом месте. Когда у меня что-то заканчивалось, Бог мне это давал.

31. А. А мне много чего надо… (смеется)

32. П. А ты покайся. А ты пройди водное крещение.

33. А. Если что-то не придет, значит, я виновата, что плохо каялась.

34. П. (смеется) Он всегда будет с тобой, он тебе всегда поможет, поддержит и утешит. Я не сказала, что христианам легко. Ну, это тот узкий путь, через который мы должны идти. «Широка дорога, идущая в погибель»1. Я туда не хочу. Как бы трудно ни было, я знаю, что Бог всегда поможет.

35. А. А я никуда не хочу. Ни в какую церковь. Почему у меня так?

36. П. Во-первых, тебе так кажется, что ты никуда не хочешь. Твоя душа, она христианка. Ты же хочешь, чтобы тебе было хорошо всегда?

Ср.: «Входите тесными вратами, потому что широки врата и пространен путь, ведущие в погибель, и многие идут ими» [Мтф. 7: 13].

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН

37. А. Я хочу, чтобы муж не пил.

38. П. Вот. Молись за него, молись.

39. А. А как?

40. П. Ты должна сама придти покаяться. Сама, чтобы ты…

41. А. А в чем мне каяться, пусть он кается.

42. П. Человек рожден во грехах. Мы в течение жизни много грехов делаем. Понимаешь? Как написано в Слове Божьем, «ничто нечистое не пристанет предо мной»1. Бог рад бы тебя к себе взять, но он не может.

43. А. А я видела, что ты сидела рядом с преподавателем из университета2? Это правда?

44. П. Да. Я только рада за нее. Она моя любимая сестра. У нас с ней всегда «домашка» проходит.

45. А. Что проходит?

46. П. «Домашка» — домашние группы.

47. А. Чо такое?

48. П. Домашние группы по четвергам. Проходят на дому. У нас лидеры церкви. Вот у нее на дому (закашлялась). Я с тобой голос сорвала (улыбается).

49. А. Тебе боженька поможет (смеется).

50. П. Аминь. Вот знаешь, полседьмого вечера мы встречаемся. Ой, нет, в шесть. Мне надо чаще туда ходить, чтобы точнее запомнить. Мы приходим домой к ней. Мы разбираем определенные главы. Сейчас мы читаем первую главу Тимофея3. Мы там молимся за нужду. У кого что.

51. А. А домашние может чо-то хотят поделать, кино посмотреть.

52. П. Ой, нет. Ну, вот у [называет имя], у нее дочка верующая с самого рождения. Она или с нами, или…

53. А. А чо вы там дома читаете?

54. П. Ну, вот нужно первого Тимофея прочитать, все шесть глав.

55. А. Вам чо, читать больше нечего? Вон сколько газет, вон телик показывает, новости.

56. П. А телик… Новости мы смотрим.

57. А. Ну вот мне, даже если будет плохо, я все равно не пойду.

58. П. Почему? Ты хочешь в ад пойти?

59. А. Ну, конечно, не зарекаются. А какой ад-то? Мы умрем все.

Вот это наша планета не долговечна. Я со всем этим согласна. Вот Ср.: «И не войдет в него ничто нечистое и никто преданный мерзости и лжи, а только те, которые написаны у Агнца в книге жизни» [Откр. 21: 27].

Имеется в виду Горно-Алтайский государственный университет (ГАГУ).

Судя по дальнейшему упоминанию 6 глав, информант имеет в виду «Первое послание к Тимофею Святого Апостола Павла».

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН тот алтайский бог, который меня создал, я точно знаю, что мне нужно делать.

60. П. Так делай, конечно.

61. А. А если вот это, то это противоречит тому, что есть в моем народе.

62. П. Понимаешь, многие люди, они отступили от истины, от Бога и потом начали изобретать то одно, то второе.

63. А. А в чем истина?

64. П. А истина в том, что Бог создал Землю и небо. Создал Адама и Еву.

65. А. А алтайцы чем нарушают эту природу?

66. П. Слушай дальше. И вот они просто… Он им сказал: «Живите и размножайтесь»1. И вот потом Земля населилась народностями всякими разными. Потом пошли люди и народы. Но он им сказал, чтобы люди не отступали от Бога, чтобы люди всегда его помнили, чтобы всегда его знали. А люди почему-то стали творению поклоняться. Какие-то ленточки вязать, какому-то духу горы, какому-то духу травы, там я не знаю.

67. А. Что люди неправильно стали делать?

68. П. Это язычество.

69. А. Почему Христос правильный, а мой Алтай-Кудай, он неправильный? Почему так? Я не согласна. Я очень не согласна. Еще сказать, что мой алтайский народ где-то в рабстве находится от своих духов или там, вот… Я очень не согласна.

70. П. Почему, ну почему? Ну, ведь вы духу поклоняетесь.

71. А. Я понимаю то, в чем я выросла.

72. П. А дух, это падший ангел.

73. А. Я понимаю то, в чем я выросла. Почитание домашнего очага, вот. Я Христоса не слышала. Только, когда была маленькая.

74. П. Пожалуйста, почитай. Уже сегодня слышала.

75. А. Только когда была маленькая. А потом уже, конечно, в школе, когда уже, оказывается, христианство, все... Но я никогда не подумаю, что…

76. П. Ты знаешь, не всегда наши предки были правы, не всегда.

77. А. Для меня всегда Христос — это символ русского.

78. П. У Бога нет национальностей. Он творец.

79. А. Для меня…

80. П. Пусть перелом произойдет в твоей голове.

Ср.: «И благословил Бог Ноя и сынов его и сказал им: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю [и обладайте ею]» [Быт. 9: 1].

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН

81. А. Не-е-е, не получится. Русский человек, он не может кропить огонь так же, как алтаец.

82. П. Ты знаешь, русские иногда говорят, вы какому-то американскому Богу поклоняетесь. Чо только не говорят? Поговори обо всем с алтайцами, они тебе все объяснят.

83. А. Вот с теми, что ли. Они все запрограммированные роботы, я даже не хочу с ними разговаривать.

84. П. Ну, как может быть христианин запрограммированным.

85. А. Самые настоящие роботы.

86. П. В нас дух святой.

87. А. Я знаю, что они сюда пришли вследствие мягкого характера.

88. П. (смеется) Вот так вот. Надо было быть, наверное, злой, наркоманкой. Чтобы люди потом сказали: «О, как ты изменилась?» А Бог мою семью сохранил, вот, сохранил.

89. А. Я курить не буду. Ну, говорят, что не зарекайся — в тюрягу попадешь.

90. П. Знаешь, к одному хорошему христианину пришел один такой хороший академик такой, чтобы научиться у него…

91. А. Почему вы только себя видите, а других не видите? А ты видь моими глазами.

92. П. …Дай я дорасскажу. Так, вот он, когда пришел к нему чай попить и начал наливать ему чай в стакан. Льет, льет, а вода уже переливается через край. Этот не выдержал и говорит: «Чашка уже переполнена». Он говорит: «Так и вот, куда вливать-то, куда». Он настолько умный…1 Если человек не освободится от своего какого-то мировоззрения и начнет дальше искать, именно Бога искать, он тогда поймет, что в чем-то он заблуждался. А когда человек он утвержденный в своем, консерватор. Но иногда люди ошибаются, мы все люди.

93. А. Я изначально не могу понять, зачем его искать?

94. П. Скажи, твой алтайский Бог умер за тебя? Он что-нибудь сделал за тебя лично?

95. А. Так, как это, чтобы он мне чего-то сделал?

96. П. Ну а как? А для чего тогда вообще Бог нужен, если он ничего человеку не делает?

97. А. Он не чего-то сделал, мне ничего делать не надо.

98. П. А мой Бог мне много сделал. Он мою семью сохранил.

Этот нарратив явно небиблейского происхождения. Вместе с этим подобные тексты встречались в популярных книгах о дзэн-буддизме (именно это направление провозглашали составители книг), в которых рассказывалось о мистических практиках, позволяющих по-новому взглянуть на мир.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН

99. А. Что мне нужно, я сделаю сама.

100. П. Он исцеляет моих детей. А мы сами-то, мы сами. Мы просто люди — мы сегодня можем что-то, а завтра мы ничего не можем. Кто нам поможет, ну кто?

101. А. Какая-то комбинация обстоятельств — у меня получается удача, какая-то комбинация обстоятельств — у меня получается неудача.

102. П. Так это Бог тебе…

103. А. Вся жизнь из светлых и темных полос.

104. П. Ты знаешь, Бог говорит: «Я свет даю, тепло даю на добрых и на злых»1. Потому что Бог любит каждого человека… Каждого… И тебя, и меня.

105. А. Ты не намекай, что я злая. Я исхожу из того, что алтайский народ заблуждается в своих идеалах, идолах. Алтайский народ в рабстве, он такой ограниченный…

106. П. Так же, как и русский.

107. А. Как в советское время называли, что вы ограниченные…

108. П. Мне алтайский народ очень нравится. У них не такое сердце, как у русских. Вот чо мне нравится, доверчивый народ. Доброе сердце, понимаешь? Но заблуждается… Так же, как и русские, заблуждается.

109. А. Надо подчеркнуть, что алтайский народ плохой…

110. П. Нет-нет.

111. А. Как советское это делало, так теперь вы. Вот они заблуждаются, чо это они заблуждаются-то?

112. П. Он заблуждается… Он думает, что он поставил свечку — он спасся. Он помолился на икону, и он получил какое-то спасение.

113. А. А здесь прям свет, и прямо о-о-о!? Надо спастись, а чего спастись-то?

114. П. От греха.

115. А. Вечную жизнь? А мне не надо вечную жизнь. На фига она мне, вечная жизнь? Вот у меня есть интервал — земная жизнь, и я ее должна сделать правильно.

116. П. Не надо? Это тебе так кажется. Это начало вечности.

117. А. А что дальше — так никто и не знает.

118. П. Как не знает? Многие уже знают.

119. А. Что, кто-то оттуда возвращался и говорил?

120. П. Да, возвращались и говорили. 600 миллионов…

121. А. Это уже плод воспаленного мозга, чтоб кто-то оттуда вернулся и что-то сказал. Это уже брехня.

Ср.: «Да будете сынами Отца вашего Небесного, ибо Он повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных» [Мтф.

5: 43–48].

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН

122. П. 600 миллионов верующих на земле. Пусть к тебе Иисус придет ночью и скажет: «Я, Иисус, который люблю тебя, как ты предстанешь передо мной, дочь моя, когда ты умрешь?».

123. А. Ну почему именно он?

124. П. А кто?

125. А. А чо, мой алтайский бог — это уже не бог?

126. П. Ну, он к тебе может прийти в образе алтайца. Какая разница-то?

127. А. В образе, мне не надо в образе…

128. П. Я слышала уже, что Бог приходил к казаху в образе казаха.

129. А. А почему надо в образе человека? Может быть, мне надо в самом состоянии окружающего воздуха.

130. П. Он вездесущий. Он тебя сейчас слушает.

131. А. Почему ты не думаешь, что он слушает тебя, как ты неправильной дорогой идешь?

132. П. А я правильной дорогой иду.

133. А. Вот ты уверена в себе, а я уверена в себе.

134. П. Ну, хорошо, нас Бог рассудит.

135. А. А что потом, потом я не знаю. Потом не знает никто. Потом и ты не знаешь и ваши там… Любой вот идет и не знает, что потом.

136. П. Они истину несут. Чтобы люди в ад не шли, вот и все. Они служат Богу тем самым, потому что они знают истину.

137. А. Вот в ад, не в ад — все зависит от человека.

138. П. Только путь ты должна избрать при жизни.

139. А. Вот в алтайском народе есть такая установка, человека не то что убивать нельзя, на него даже оружием, нож там направлять нельзя.

140. П. Правильно, хорошо.

141. А. Вы знаете об этом? Вы не знаете. Алтайцы, которые приходят к вам, — они знают об этом, они вам говорят об этом. Они стыдятся говорить вам об этом. Потому что они уже заранее стыдятся за свой алтайский народ и никогда не скажут об этом. В алтайском народе есть четкая установка, что на человека нельзя даже ружье направлять.

И даже когда была Гражданская война, вот в тех местах, в нижних, в ассимилированных, были банды, которые шли против красных, против вообще русских. А верхние таких банд не создавали, потому что у верхних была четкая установка, что человека убивать нельзя.

142. П. Знаешь, я ничего против алтайского народа не имею.

143. А. У вас шаблон есть. Есть шаблон и стереотип. Алтайский народ, вот он такой. Такой ограниченный.

144. П. Я говорю не про алтайский народ, а про всех людей.

145. А. Для вас это как бы критерий гордости. К вам алтайцы пришли, вы их так поработили. Для вас это гордость. К нам даже алтайцы ходят.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН

146. П. (смеется) Я люблю алтайцев, пойми. Знаешь, когда четыре года назад я уверовала, то…

147. А. А я не пойду.

148. П. Ну и не ходи. Выбор это каждого человека, тебя же никто не тащит.

149. А. А тогда и не фиг играть вот этим моментом, что к нам вот алтайцы ходят. Затуманенные алтайцы пошли, хотя ведь знают родной язык.

150. П. Так ведь там и русские, и украинцы. А у нас песни на алтайском языке. И мы поем.

151. А. Слышала!

152. П. Я очень люблю алтайские песни. Очень.

153. А. Вот этого феномена я понять не могу пока! Я думала так, что знающие родной язык, он идет правильной дорогой, а они завернули к вам.

154. П. Ты уже слово посеяла в свое сердце. И оно все равно вырастет у тебя.

155. А. У меня внутри четкая установка.

156. П. Бог разрушает и не такие установки. Потому что он любит тебя, понимаешь! (смеется)

157. А. Вы знаете, чем привлекаете? Вы привлекаете любовью, которой нигде нет. Вы привлекаете «сестра-брат», нигде здесь такого нет «сестра-брат». В цивилизованной жизни очень много жесткости. Чем вы еще привлекаете… Не надо смотреть на все эти этнические дела, потому что это дела Бога.

158. П. Ты все по полочкам раскладываешь. Ты как мужчина.

159. А. Вы на эти педали нажимаете, чтобы люди к вам пришли.

160. П. Мы никого не заманиваем.

161. А. Да замануха это у вас.

162. П. Я увидела тебя и просто обрадовалась тебе, просто подумала, что ты пошла искать Бога.

163. А. Нет, я пришла посмотреть. Ты чего думала, что я такая ограниченная, что я могу к вам прийти?

164. П. Ты считаешь меня дурочкой? (смеется)

165. А. Я на вас смотрю, вы точно съехали — вас к психиатру нужно вести.

166. П. Слава Богу! Нам все так говорят. Иисус говорил: «Меня почитают безумным — и вас так почитать будут»1. Мы рады этому.

Ср.: «Никто не обольщай самого себя. Если кто из вас думает быть мудрым в веке сем, тот будь безумным, чтобы быть мудрым. Ибо мудрость мира сего есть безумие пред Богом, как написано: уловляет мудрых в лукавстве их» [1 Кор. 3: 18–19].

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН

167. А. Я вас не понимаю.

168. П. Нас никто не понимает, потому что верующие — они другие.

Они радостные. Они в свободе живут. Они свободны от греха. Не потому, что он не пьет этот алкоголь, не потому, что он не хочет, а потому, что он не хочет — Бог его освободил. Я тоже грешить не буду, потому что Бог меня освободил от этих грехов.

169. А. Как это он его освободил от алкоголя, если у него врожденный алкоголь. Фантастика какая-то.

170. П. Бог — он всемогущий, он может все. Он исцелил мой желудок, он исцелял моих внуков, которые постоянно болели.

171. А. Вот я полагаю, что больше зависит от самого человека.

172. П. Конечно, ты должна прийти к нему.

173. А. Хотя, конечно, какие случаи бывают — удача, неудача.

174. П. Я тебе все пытаюсь сказать, что четыре года назад, когда я уверовала — пошла молитва. Я больше молилась за алтайский народ, чем за русский. Понимаешь, вот Бог положил мне такое сострадание в сердце, чтобы молиться именно за алтайский народ.

175. А. А почему вот ты считаешь, что за алтайский народ надо молиться. Что они такие несчастные, что они пропадают. Идет отбор, ктото уйдет, а кто-то останется.

176. П. Потому, что… Ага, какая ты жестокая. Жалко же людей-то.

177. А. Естественный отбор Дарвина.

178. П. Какой Дарвин, он давно раскаялся в своих исследованиях, просто это не публикуют.

179. А. В советское время тоже были уверены, когда присоединили к царской России, тоже были уверены. Ах, они такие черномазые! Ах, они такие черно*опые бегают здесь.

180. П. Мы любим алтайцев.

181. А. Вот в этом уже прочитывается отделение.

182. П. (смеется) Лазарь, когда умер… Лазарь говорил… Почему, я и тебя люблю, хоть ты и не уверовала.

183. А. Ничего я этого не понимаю.

184. П. Ты поймешь это потом. Знаешь, говорят: «Приди ко мне.

Увидят тебя воскресшего и не поверят»1. Но ты услышала слово Божье, и оно коснется тебя.

185. А. Какая-то здесь ра(о)ботизации. Какая-то запрограммированность в голове у вас. Мужики какие-то не мужики. Я таких мужиков вообще не видела.

Ср.: «Наконец, явился самим одиннадцати, возлежавшим на вечери, и упрекал их за неверие и жестокосердие, что видевшим Его воскресшего не поверили» [Мк. 16: 14].

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН

186. П. А что тут плохого, он не курит, он не пьет, он не сквернословит, он любит свою жену, он заботится о ней.

187. А. Какие-то они правильные, таких на земле не бывает. Это меня уже настораживает.

188. П. Люди, 600 миллионов верующих и 300 миллионов мужчин, которые молятся за свою семью.

189. А. Он человек — у него человеческая плоть.

190. П. У него одна жена — разве это плохо? Он никуда «налево» не пойдет. Он на работе…

191. А. Значит, он где-то бл*дует. А вы им говорите, что одна должна быть.

192. П. Бог им судья.

193. А. Это привлекательно. Вот вам и замануха очередная.

194. П. Я тебя веду ко Христу.

195. А. Если я вот страдаю, что мой мужик пять раз бегает, или там десять раз. А типа к вам прийти — он бегать не будет. Замануха.

196. П. (смеется) Бог его освободит. Он ткнет его…

197. А. Все зависит от человека.

198. П. Он скажет Богу: «Ты прости меня, ты измени меня» и не пойдет согрешить.

199. А. Ну, что люди все, не грешные что ли?

200. П. Приходи в Церковь и послушай еще.

201. А. Люди там, сестры-братья, они, что, не понимают ничего?

Если они там покаялись и все, что ли?

202. П. Почему не грешные, мы грешим. Мы просим у Бога прощения, и он прощает нас.

203. А. Я не понимаю. Это заблуждение.

204. П. Мы на истинном пути — на правильном.

205. А. А в чем она, истина?

206. П. В том, что Иисус пришел и умер за тебя.

207. А. А почему Иисус, а почему не Алтай-Кудай?

208. П. Потому что именно Христос, потому что только с именем Христа спасется человек.

209. А. Почему не Будда?

210. П. А кто это человек? Будда — человек?

211. А. А чо, Христос — он тоже человек, до 33 лет прожил…

212. П. Ой… Он к нам пришел в образе человека, для нас… ради нас грешников, чтобы мы покаялись….

–  –  –

К приведенному выше диалогу необходимо сделать несколько замечаний. Здесь я коснусь только некоторых очевидных для антропологии религии вопросов. При этом мой исследовательский интерес в первую очередь связан с поведением алтайцев в ситуации религиозного обращения в христианство.

Приведенный диалог — это взаимодействие двух культурных традиций. И он не может абсолютно объективно представить те процессы, которые в настоящее время разворачиваются в Республике Алтай. Однако все затронутые здесь сюжеты — это фактически только подход к этнологическому и антропологическому осмыслению обращения в протестантизм тюрков Южной Сибири.

Даже кратковременное взаимодействие представителей двух различных культурных традиций позволяет выявить исходные (во многом конфликтогенные) точки формирования взаимных стереотипов и собственных идентичностей.

Этническая идентичность. Одним из оснований религиозной (непротестантской) идентичности алтайцев в рамках данного диалога выступают традиционные религиозные практики, соблюдение которых напрямую связывается с этнической идентичностью [81]. В диалоге А. не акцентирует внимания на сути обрядовых практик, обращая внимание только на кропление (возможно, например, огню), сам процесс совершения которого отличает русских от алтайцев [81].

В ситуации же протестантов этническая идентичность не выступает таким важным фактором поддержания собственной конфессиональной идентичности. Более того, в диалоге вполне отчетливо виден культурный и конфессиональный центризм П. [204]. Что видно на таком примере, как незнание других направлений религии. Это касается даже локальных традиций. Например, П. не знает о кержаках как одной из групп старообрядцев, проживающих и на территории Республики Алтай [16]. В целом же для П. характерно скорее эйкуменистическое понимание христианских традиций [35–36, 78]. Все же, несмотря на такой подход в диалоге со стороны П., было отмечено, что приход к Богу может произойти и благодаря его преображению в привычный «этнический» образ [128].

Со стороны П. примечательно понимание алтайских традиций, которые расцениваются как ветхозаветные или как отступление от христианского канона [66]. Более того, духи, обращение к которым является важнейшей частью большинства обрядовых практик, выступают Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН как «падшие ангелы» [69–72]. При этом П. присущи интерпретации в стиле идеи о «наивном дикаре» [108, 174–175], которые, в свою очередь, в диалоге обретают статус «заблуждений», присущих всем непротестантам.

Язык. Другим важным основанием этнической и религиозной идентичности А. выступает язык. В ходе диалога обращает на себя внимание многократное повторение факта «истинности» алтайца как человека, знающего и использующего в речевой коммуникации алтайский язык [149]. В рамках же протестантской модели культурных и социальных практик заметно понимание взаимосвязи этнической (шире — культурной) идентичности алтайцев и языка. Более того, очевидно использование языкового ресурса в процессе религиозного обращения в протестантизм, например, исполнение молитв-песен на алтайском языке [150, 152]. Такая ситуация, которая, по-видимому, понимается участниками диалога, потребовала от А. объяснения феномена «алтаец, знающий язык, но протестант», при этом не выходя за пределы описанной парадигмы. Ответа первоначально не нашлось [153], однако подобная ситуация уже была расценена как нестандартная [83–85]. Объяснение теперь этому факту было связано с таким явлением, как стыд за собственную алтайскую аутентичность и как следствие желание «бегства» в «мировую цивилизацию» [141].

Религия и власть. Полярность взглядов героинь диалога проявилась и в отношении к православной церкви, которую А. назвала «государственной» или «простой» [1, 9, 17, 19], подчеркивая тем самым необычность положения протестантов и их условную нелегитимность на данной территории. Попытки классифицировать протестантов исходя из знания культурного ландшафта (см. выявление соответствия со старообрядцами-кержаками [13]) не дали положительного ответа и тем самым только подкрепили «странность» их положения в Республике Алтай [61]. Продолжение темы о взаимосвязи православия и официальной власти выразилось в идентификации Христа как части русской культуры [77]. Очевидно, усматривая попытки протестантов закрепиться в республике, А. продолжает указанную линию «религия–власть» и говорит об уничижительном отношении к алтайцам со стороны как советской власти, так и протестантов [111].

Время. Крайне любопытны в этом диалоге наблюдения над темой понимания времени. Для А. религиозность является частью структурного времени (по Э. Эвансу-Притчарду), иными словами, конфессиональная идентичность — одна из частей межпоколенной информации [9], поэтому отступление от традиции — это нарушение течения времени, Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН что выразилось, как я уже отметил, в негативном отношении к алтайцам-протестантам [61]. Для П. взаимосвязь религиозности и времени двойственна. С одной стороны, поскольку речь идет о спасении души, то время не имеет какой-то локальности или ограниченности — оно вечно. С другой же — смыслом всей человеческой жизни является приход к Богу, и тем самым время как таковое ограничивается этим путем.

Космогонии. А. присуще демиургическое понимание космогонии [59], но «алтайский бог» — понятие скорее отвлеченное и во многом, видимо, ситуативно «созданное». У протестантов же он персонифицирован (Иисус Христос) [95–96, 206–212]. Здесь ситуация вполне традиционна для диалога между представителями авраамической религии и традиционной религиозно-мифологической системы, уже подвергнутой воздействию мировых религий.

Поскольку я акцентировал внимание в первую очередь на ситуации А., то многие собственно протестантские сюжеты этого диалога освещались косвенно. Однако данными замечаниями интерпретация диалога не ограничивается. Помимо этого в диалоге затрагиваются вопросы протестантского ритуала [32 (водное крещение)], протестантские нарративы, которые главным образом взяты из новозаветных апокрифов [34, 42, 90–92, 104, 166], прагматика понимания веры [21, 22 (деньги как средство сакральной коммуникации), 96 (функции Бога)], а также организация протестантских общин [44–50].

Интересным моментом является и тот факт, что многие действия протестантских (так же, как, например, рериховских) миссионеров расцениваются ими самими как антиалкогольная кампания [37–38, 168–169].

В заключение отметим, что из диалога и его интерпретации видно, что в настоящее время происходит процесс оформления особой этноконфессиональной группы внутри алтайцев — алтайцев-протестантов, культурные практики которых явно противоречат практикам алтайцев, не перешедших в протестантизм. Подобного рода ситуация имеет свои исторические аналогии. Во второй половине XIX в. происходил процесс оформления субкультуры «крещеных алтайцев», которая, однако, оказалось весьма неустойчивой. При широте религиозного обращения в православие благодаря деятельности Алтайской духовной миссии (1828 г. — начало XX в.) только среди улаганских алтайцев (главным образом теленгитов) закрепились «новые» стереотипы поведения, которые в ситуации повседневности (коммуникации с другими группами алтайцев) не расцениваются как «инаковые», а скорее вызывают удивление. При этом улаганские алтайцы в настоящее время поддерживают христианские традиции в своей среде.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН Относительно других локальных групп этого процесса не наблюдается. Среди шорцев и северных алтайцев деятельность Алтайской духовной миссии была наиболее успешной, но эта группа алтайцев воспринимается южными с явным негативным оттенком как обрусевшая.

В этой связи протестантское движение может также изменить привычную систему взаимодействия внутри алтайцев, главным образом из-за нынешнего использования конфессиональной идентичности в социально-политическом поле Республики Алтай.

–  –  –

ПОХОРОНЫ И ПОМИНКИ У ИНГУШЕЙ

В июне–сентябре 2008 г. проводились экспедиционные этнографические исследования в Джейрахском, Сунженском, Малгобекском и Назрановском районах Республики Ингушетия. Наряду со сбором материалов по теме «Трансформации идентичности среди ингушей в конце XX — начале XXI в.» изучались и различные стороны похоронно-поминальной обрядности ингушей.

Автору уже приходилось обращаться к вопросам религиозно-бытовых практик современных ингушей [Албогачиева 2007: 118–125]. Данная статья является своеобразным дополнением к указанной работе.

Здесь предпринята попытка дать более развернутую картину похоронно-поминальной обрядности ингушей на основании анализа и сравнения материалов, полученных во время экспедиционных поездок 2003– 2008 гг.

В своей истории ингушский народ прошел три религиозных этапа — языческий, христианский и мусульманский.

Для языческого этапа характерны боги-покровители, которые в зависимости от их значимости в жизни людей занимали определенную ступень иерархической лестницы. Пантеон языческих божеств отличался сложностью и высоким уровнем развития. Верховным божеством традиционного пантеона у ингушей считался Дяла.

Язычеству ингушей были присущи проявления анимистических и тотемистических представлений, магия, почитание объектов природы, в частности небесных светил, культ домашнего очага, культ предков и др.

Ингуши считали, что покойники живут в загробном мире так же, как и на земле, с той лишь разницей, что когда здесь ночь, там наступает день, и всячески стремились обеспечить покойному все необходимое в загробном мире. Они полагали, что духи умерших предков вправе требовать к себе постоянного внимания и заботливого отношения со стороны потомков. И действительно, живые потомки глубоко почитали предков, Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН стремились заручиться их расположением, избежать их недовольства, считая, что жизнь и благополучие живых в значительной мере зависят от отношения к ним со стороны духов умерших и предков.

В XIX в. еще бытовали обряды посвящения коня умершему, ритуальные игры в поминальной камере, посвящение девушки и многое другое.

Наибольший интерес представляют скачки в честь «постельных»

поминок, которые устраивались для того, чтобы покойник мог на том свете быстрее встать с постели. Для «облегчения» этого процесса устраивались скачки, стрельба в цель и джигитовка. За день до поминок к родственникам покойного должен был явиться каждый, кто желает участвовать в скачках. Из всех приехавших с этой целью отбирали только всадников с конями и назначались призы. Участникам нужно было отправиться в дальнее селение, причем в руках у них должны были быть большие ветки, обвешанные яблоками и орехами. После приезда в назначенное селение всадники одну ветку дарили хозяину дома, где остановились на ночлег, а остальные — почетным старикам. На следующее утро они должны были скакать к месту поминок. Победители получали следующие призы от родственников покойника: первый — комплект мужской одежды, второй — бешмет, третий — башлык и ноговицы, а четвертый — рубашку и штаны.

В период проведения скачек, еще до приезда всадников, устраивалось другое состязание — по стрельбе. Победитель в этой игре тоже получал приз — козленка. Затем начинался традиционный обряд посвящения покойному лошади. Для этого старейшина рода брал в одну руку сосуд с пивом, а в другую — три лепешки и кусок баранины. К нему подводили взявшую первый приз лошадь, которую он поил пивом. Хозяину лошади он отдавал лепешки и баранину, а затем объявлял, что лошадь посвящается с согласия владельца покойнику, который, как считается, на том свете сможет ездить на ней, куда ему захочется. Остальных лошадей, участвовавших в скачках, таким же образом посвящали и отдавали предкам покойника, по выбору родственников усопшего. Заканчивались «постельные» поминки часовой джигитовкой, во время которой у всадников в руках были ветки, украшенные фруктами и орехами [Ахриев 1996: 64].

В рассматриваемый период в верхней части некоторых могильников устраивалась поминальная камера — приют для душ умерших. Это помещение было открыто с одной стороны, чтобы могли поместиться несколько человек. В свободное время родственники приходили к покойникам и играли в особую игру. Она сводилась к тому, что участники бросали на манер костей коротенькие четырехугольные палочки с наЭлектронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН резками, желая попасть в высеченную на полу фигуру, на которой были линии с делениями. Если палочка попадала в эти линии, то выигрывал бросавший ее родственник, если же нет, то покойник. Эта игра подтверждает веру ингушей в потустороннюю жизнь покойника [Шиллинг 1931: 16].

Интересен обычай ингушей, бытовавший в начале XIX в. «Когда у ингуша умирал сын, к нему являлся кто-нибудь из единомышленников, у которого в том же году умерла дочь. “Сын твой, — говорил пришедший, — может нуждаться на том свете в жене. Я отдаю ему руку своей дочери”. Обычай не допускал отказа от подобного предложения и требовал уплаты калыма как за живую невесту, столько-то коров, хотя и в меньшем размере» [Далгат 2004: 74].

На различных этапах своего существования одни обряды изменялись или исчезали полностью, на их месте возникали другие. Это было связанно с социальными и экономическими условиями развития общества и с переходом ингушского народа к другим, более поздним религиям, которые также нашли свое отражение в ингушских обрядовых практиках.

Современные погребальные и поминальные обряды в значительной мере отличаются от прежних практик ингушей, свойственных народу в предыдущие эпохи. Однако некоторые домонотеистические представления, которые не противоречат положениям мусульманской религии о душе и смерти, в несколько ином варианте все-таки существуют [Гостиева; Сергеева 1996: 194]. Возможно, в этом и кроется живучесть некоторых обрядовых и ритуальных практик ингушей.

Современные ингуши принадлежат двум суфийским орденам, или тарикат’ам (араб. «дорога, путь» — метод мистического познания Истины) — накшбандий и кадырий, в свою очередь подразделяющимся на братства вирд’ы (их члены дают обет придерживаться пути, предложенного шейхом), которые различаются особенностями совершения обряда зикр (радение) и некоторыми ритуалами, разработанными основателями религиозного направления (устаз). Деление на братства делает более сложной структуру ингушского общества, которую издавна формировали связи и отношения между и внутри семейно-родственных групп — тейп’ов.

Для современных ингушей принадлежность к тому или иному братству (вирду) является важнейшим элементом не только религиозной, но и гражданской идентичности. При этом вирдовая структура не совпадает с тейповой (родовой) структурой общества. Члены одного тейпа и даже одной семьи по собственному выбору могут быть последователями того или иного тариката и определенного вирда. На этой почве в Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН семьях иногда возникают разногласия, но они не столь существенны и не приводят к серьезным последствиям.

Основателями функционирующих в Ингушетии вирдов являются суфийские шейхи. Суфизм — мистическое направление в исламе, приверженцы которого стремятся обрести божественную любовь и божественное знание посредством личного мистического опыта. Основным суфийским духовным упражнением является зикр — повторение имени Бога или некоторых фраз из Корана. Кадирийцы практикуют громкий зикр — джахр, который исполняется в форме движения по кругу в такт ритмичной музыке и сопровождается особыми восклицаниями. Накшбандийцы исполняют тихий зикр — хафи [Ислам… 1991: 188]. Сторонники громкого и тихого радения ссылаются на Коран, где сказано: «Не произноси громко своей молитвы, но и не шепчи ее, а следуй по пути между этим» (сура 17, аят 110). На этом основании представители обоих тарикатов убеждены, что обе формы зикра не противоречат Священному Писанию.

Практикуемый в Ингушетии вариант суфизма распространен не на всем Северном Кавказе. Мусульмане других частей региона не признают местного варианта суфийских тарикатов, где сохраняется культ святых могил и родников, почитаются шейхи и их семьи, особенно по мужской линии. Такой вариант суфизма они считают неисламским по форме, так же как неисламскими — корни соблюдаемых ингушами обычаев и обрядов [Бабич 2003: 130].

В настоящее время в Республике Ингушетия кадирийский тарикат представлен братствами Кунта-хаджи Кишиева, Бамат-Гирей-хаджи и Али Митаевых, Батыл-хаджи Белхароева, а накшбандийский тарикат — братством Дени Арсанова и др. Каждое братство признает исключительность своего шейха, хотя с почтением относится к шейхам остальных братств. Священными местами для каждого братства считаются места погребения их духовных учителей. К числу таковых относятся следующие зерат’ы: в Эртени (село Первомайское Веденского района Чечни) — место захоронения матери Кунта-хаджи Хеды; в Сурхах — могила Батыл-хаджи; в Урус-Мартане — могила Дени Арсанова;

в Автурах — могила Бамат-Гирея-хаджи. Все последователи этих устазов совершают паломничества к священным для них местам. Сюда приходят с просьбами о помощи и благодарностями за оказанную помощь [ПМА. Ингушетия 2005]. В почитании святых могил (зерат) хорошо прослеживается культ предков и народных героев.

Погребально-поминальная обрядность современных ингушей тесно связана с канонами мусульманской религии. На похоронах и поминках Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН недопустимы застолья с употреблением алкогольных напитков, как это было в период язычества и христианства. Совершение похорон и поминок происходит по мусульманскому обряду, но с сохранением некоторых элементов народных традиций.

Если человек безнадежно болен или очень стар, то его никогда не оставляют одного, так как он может умереть, не услышав молитвы, которую читают для облегчения участи умирающего во время предсмертной агонии (иа син). Эту молитву может читать любой мусульманин, знающий ее наизусть, вне зависимости от того, имеет он духовное образование или нет. В последнее время практикуется озвучивание этой молитвы в виде записи на магнитофон, плеер или просто на телефон одинокими людьми. Как отмечала мусульманка Люба, она ночью перед сном включает эту молитву, записанную на телефон, и спокойно засыпает, уверенная в том, что если ее смерть застигнет ночью, она будет готова принять ее [ПМА. Ингушетия 2008].

В тех случаях, когда безнадежно больной человек сильно мучается, близкие родственники, желая облегчить его страдания, раздают милостыню сиротам и бедным людям. Некоторые режут жертвенное животное, мясо которого также раздается [ПМА. Ингушетия 2007]. «Такая практика, — писал Башир Долгат, — существовала у ингушей еще в конце XIX в.». Так, «одна женщина, хозяйка мельницы, не довольствовалась тою долею муки, которую ей давали за помол, и тайком отсыпала себе чужую муку. За это она четыре-пять дней пред смертью сильно мучилась; она жаловалась, что ее не пускает на тот свет бог Эштр1. Родные ее раздали пять мер хлеба бедным, а Эштру принесли в жертву белого барана, и она только после этого умерла. В этих примерах загробного возмездия, очевидно, смешаны языческие верования с мусульманскими» [Далгат 2004: 78]. К сожалению, мы не располагаем сведениями об эффективности этого ритуала, однако его бытование столь продолжительное время позволяет судить о его результативности.

Когда человек умирает, ему закрывают глаза, подвязывают подбородок белой марлей и оставляют до тех пор, пока не будет подготовлено все необходимое для омовения.

В случае смерти ребенка, не достигшего восьмилетнего возраста, оповещают только ближайших родственников и ограничиваются мовлидом (песнопения, которые исполняются на праздновании дня рождения пророка Мухаммеда), не делая пышных похорон.

Когда умирает взрослый человек, несколько мужчин отправляются в разные населенные пункты к родственникам, чтобы оповестить о Эштр — бог подземного царства.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН случившемся несчастье (дакъ хIе), или обзванивают их. Однако люди, независимо от того, получили они приглашение на похороны или нет, от принадлежности умершего к тому или иному вирду, как только узнают о смерти односельчанина, знакомого или родственника, считают своей обязанностью прийти и выразить соболезнование. В период траура запрещается заключать брачные союзы и проводить любые увеселительные мероприятия. В знак траура в некоторых семьях не включают телевизор и музыку в течение 40 дней и более. Близкие покойного в знак скорби некоторое время не бреют бороду, а женщины не пользуются макияжем, носят платок как минимум в течение сорока дней и надевают темную траурную одежду.

На похороны все должны прийти с покрытой головой, женщины на голову надевают платок или шарф, закрывая волосы, а мужчины — шляпы, тюбетейки или шапки, в зависимости от сезона года. В любом случае голова должна быть прикрыта, поэтому у многих мужчин при себе всегда имеется маленькая вязаная шапочка, которую они могут надеть в том случае, если придется поехать на похороны. Если в прежние времена на похороны ходили, заранее узнав о том, что кто-то умер, от посыльного, то теперь это известие может застать человека в зоне действия мобильного телефона. В связи с этим и мужчинам, и женщинам желательно всегда при себе иметь головной убор [ПМА. Ингушетия 2008].

На похороны родственники приезжают вместе, мужчины заходят во двор первыми, а женщины — после них.

На похоронах плачут только женщины, сильно кричать и причитать нежелательно. В таких случаях вмешиваются мюриды (последователи, ученики) и просят не нарушать покой мертвого. Если еще в начале 1990-х годов на похороны приглашали известных плакальщиц, то на современных похоронах этой практики нет, плачут только родственницы, чаще всего причитая: «Почему ты ушел(ла) и оставил(а) нас, лучше бы умерла я за тебя, твоя (мать, сестра, тетя)» и др.

Духовный центр мусульман Республики Ингушетия распространил в мечетях решение, принятое 5 декабря 2005 г. на встрече имамов с муфтием республики Исой Хамхоевым, где отмечено, что «в первый день на похоронах могут присутствовать только близкие родственницы: мать, бабушки, дочери, внучки, сестры, двоюродные сестры, племянницы, снохи, их сестры, тети, теща, жены двоюродных братьев». Остальные родственницы, знакомые, приятельницы, сослуживцы и прочие могут приходить на похороны только со второго дня. Такое решение было принято для того, чтобы облегчить и без того тяжелый день прощания с покойным. Близкие родственницы покойной или покойного должны всех Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН встречать, рассаживать с учетом возраста и степени родства. Если люди приехали из отдаленных мест, то их должны покормить. Эту процедуру совершают у себя дома кунтахаджинцы, а у накшбандийцев эта миссия перекладывается на ближайшего соседа, независимо от принадлежности к вирду.

Соболезнования принимает один из старших в роду или близкий родственник умершего. У кунтахаджинцев в течение трех первых дней с самого утра и до вечера во дворе сидят почетные старейшины и рядом с ними, чуть подальше, хозяин дома. Это делается потому, что многие приходящие на похороны могут не знать главу постигшей несчастье семьи. Мужчины, входя во двор, подходят к сидящим, чтобы прочитать молитву и выразить соболезнование. Читает молитву по выбору собравшихся старший или почитаемый человек из числа присутствующих или вновь пришедших. Он должен вслух прочитать молитву (дуа), а присутствующие должны поднять руки на уровень груди и произнести Амин. После окончания молитвы они подходят к главе семьи и кладут ему в карман деньги. Сумма может варьировать от 100 до 3000 рублей и более в зависимости от степени родства и финансовых возможностей пришедшего выразить соболезнования. Наибольшие траты на похороны и поминки, как правило, выпадают на долю зятя семьи умершего. Он должен привезти на похороны жертвенное животное или оплатить его покупку. Некоторые семьи на поминках отказываются от денежных подношений. Обычно так поступают состоятельные семьи. Но желающим оказать содействие в проведении поминок разрешается самостоятельно выбрать какой-нибудь день и, заранее оповестив семью покойного, привезти все необходимые продукты и тем самым оказать посильную помощь.

Изложенное относится ко всем братствам, за небольшими исключениями. Так, в братстве накшбандий пришедшие на похороны расходятся сразу после выражения соболезнований, тогда как в других братствах они могут быть на похоронах столько, сколько посчитают нужным. Однако нужно отметить, что официально похороны считаются законченными по истечении трех дней, но по желанию семьи поминки могут длиться в течение семи дней.

Комнату, в которой умер человек, необходимо побелить или поменять в ней обои, в любом случае так или иначе освежить.

У ингушей принято хоронить покойника как можно быстрее, стараются уложиться в течение нескольких часов, как только заканчивается подготовительная часть. Но в ряде случаев, когда близкие родственники отсутствуют, похороны откладываются на один день, но не более. Если Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН покойника не предали земле в первый день, то рядом с усопшим все время остаются его близкие и читают молитвы. В комнате, где лежал покойник, следует читать молитвы и не гасить свет в течение семи дней после кончины.

Главная роль по соблюдению похоронной обрядности возлагается на мюридов. Однако необходимо оговорить одну очень важную деталь.

Людей, совершивших аморальные поступки, торговавших наркотиками, производивших на дому алкогольные напитки, мюриды не хоронят, считая, что их поступки оскверняют честь мусульманина. Таких людей хоронят близкие родственники и члены их рода, совершая лишь то, что они могут сделать сами, не прибегая к помощи мюридов. В остальных случаях первым делом ставят в известность главу мюридов (тхьамад) данного населенного пункта. Он, в свою очередь, ставит в известность своего заместителя (турк), который оповещает мюридов о смерти человека и назначает время и место сбора. Необходимо отметить, что в каждом населенном пункте Ингушетии наиболее многочисленны кунтахаджинцы, чьих мюридов бывает вполне достаточно для одновременного захоронения их силами нескольких человек. Однако представители других братств, узнав о кончине своего последователя, спешат на его похороны, чтобы принять участие в его захоронении и соблюсти все обряды, свойственные их вирду. Отметим, что, несмотря на существующие различия в похоронном обряде, в этой церемонии допустимо участие мюридов различных братств.

Первым делом, когда мюриды приходят в дом покойного, они спрашивают, есть ли у покойного духовное завещание (васкет), и если оно имеется, то знакомятся с его содержанием. Такого рода завещание желательно иметь каждому человеку, достигшему совершеннолетия.

Если его содержание не противоречит шариату, то его выполняют полностью. Но если есть положения, выполнение которых не предписано шариатом, например похоронить на какой-то определенной возвышенности, или в праздничной одежде, или с какими-то предметами быта, такие пожелания отклоняются. Затем выясняют, были ли у покойного деньги, отложенные на похороны. Если нет, то ограничиваются минимумом необходимого: это омовение покойника, приготовление савана и облачение в него, и процедура захоронения. Но если кто-нибудь из близких и родных изъявляет желание взять на себя все расходы, связанные с похоронами, и выполнить все пункты завещания, ему для исполнения намерений необходимо перед присутствующими дать обет, что он никогда не потребует от семьи покойного возмещения денежных затрат и совершает это от всей души, безвозмездно. ТольЭлектронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН ко в таком случае его предложение принимается [ПМА. Ингушетия 2004–2005].

Погребению тела умершего предшествуют действия, связанные с поминовением усопшего.

У представителей накшбандий во дворе дома, где умер человек, в течение трех дней не едят и не готовят пищу, поэтому обязанности по приготовлению поминальной пищи возлагаются на соседей. Представители тариката накшбадий, Овди мурдаш, не режут жертвенного животного, как это делают кунтахаджинцы, батылхаджинцы. Совершать обряд жертвоприношения имеет право только человек, строго соблюдавший отправление намазов (ламаз дохадя воцаш). Во время забоя тело жертвенного животного (коровы, быка) располагают перпендикулярно Каабе (мусульманская святыня в виде кубической постройки во внутреннем дворе мечети аль-Масджид аль-Харам в городе Мекке в Саудовской Аравии). При этом нужно сказать, в честь какого человека приносится в жертву это животное. Нужно обязательно произнести имя матери, а затем самого покойного. Мясо животного из расчета 3–5 кг на семью раздается всем без исключения соседям, без учета деления по братствам. В последние годы стали практиковать раздачу мяса со второго дня людям, живущим в поселках для беженцев, считая, что они более нуждаются, чем остальные.

Все братства, за исключением накшбандий, перед похоронами выпекают 70 лепешек с сыром (чIапильг), обильно смазывают их топленным сливочным маслом и раздают всем соседям по две штуки на семью.

Приготовляется халва из пшеничной или кукурузной муки и топленого масла с добавлением сахарного песка и также раздается всем соседям по одному куску. По желанию семьи эта милостыня раздается в течение первых семи дней. В братстве накшбандий разрешается раздавать милостыню в виде готовых продуктов питания, не требующих специального приготовления: сахар, соль, чай, мука и др.

Перед погребением покойника обмывают. Эту процедуру производит специально обученный обмывальщик того же пола, что и умерший.

Как отмечала Эльджеркиева Миновси, она обмыла более чем 200 покойников и каждый четверг читает за них молитвы [ПМА. Ингушетия 2008]. Зная, насколько она набожна и ответственна, многие обращаются именно к ней с этой просьбой. В каждом населенном пункте имеется по несколько человек обмывальщиков.

В виде исключения близкие родственники могут совершать данную процедуру сами, независимо от пола, если они изъявили на то желание. Совершивший обмывание покойника как можно быстрее должен искупаться.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН Людей, умерших насильственной смертью, во время военных действий, в дороге или утонувших, хоронили еще в 1980-е годы без обмывания и савана, в той одежде, в которой их настигла смерть. Считается, что такой человек непременно попадет в рай, и его смерть воспринимается как смерть во имя веры (гIоазот венна) [ПМА. Ингушетия 2008].

Однако современные ингуши отошли от этой практики. Сейчас хоронят всех с исполнением полного ритуала и одевают в саван, за исключением тех, чьи тела обгорели, изуродованы или расчленены. В остальных случаях перед обмыванием тело покойного укладывают на специальное деревянное ложе, подставив под него корыто. Вода, в которой мыли покойного, выливается только в чистое место, где на нее не могут наступать люди.

От материи, предназначенной для савана, отрезается небольшой кусок, из которого шьются две перчатки для обмывания покойника. Эти перчатки остаются в семье усопшего. Им приписывается некая магическая сила, которая якобы охраняет их обладателя от несчастья. Поэтому некоторые суеверные женщины даже отрезают кусочки материи от таких перчаток и кладут их в карман своим близким и родным в качестве оберега.

После обмывания в рот, уши и нос покойного закладывается белая медицинская вата, что предохраняет от насекомых, — желание на более длительное время сохранить тело от порчи.

Затем шьется саван по предварительно снятым с покойного меркам.

Совершает это человек, имеющий навыки в шитье. Для савана подходит белая ткань, это может быть ситец, батист, бязь и т.п. Длина ткани для савана покойного определяется из расчета на три оборота всего тела покойника и пять оборотов для покойницы.

Под саван нужно сшить нижнее белье. Для этого ткань складывают по росту покойного пополам. Делают вырез горловины, пришивают прямые рукава. На покойника независимо от пола надевают прямые штаны. На остающиеся открытыми кисти рук надевают рукавицы, на ноги — бахилы. Все шьется из одного рулона ткани. На женщину дополнительно надевается шелковая накидка зеленого цвета, поверх которой и надевается саван. Голову покойницы можно покрыть зеленым платком, тело — сбрызнуть духами. Последнее допускается и для мужчин. Тело покойного, облаченное в саван, перевязывают в трех местах полосками ткани: у колен, щиколоток и над головой. Некоторые покупают готовый саван с вышитыми айятами (цитаты из Корана) на груди и головном уборе. Его можно купить в магазинах «Исламский мир», некоторые привозят эти принадлежности из Мекки после совершения хаджа.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН Когда завершаются все подготовительные действия, покойника укладывают на ковер, предварительно подложив под голову подушку и накрыв тело одеялом из зеленого атласа или шелка, и, открыв лицо в последний раз, выносят на улицу. Каждый желающий может подойти и попрощаться, вспомнить покойного добрыми словами и пожелать ему прощения всех грехов и рая на том свете.

Затем мюриды читают молитвы, покойника заворачивают в ковер, кладут на носилки. И под громкий зикр у кадыриев и тихий у накшбандийцев траурная процессия отправляется на кладбище. Женщины не имеют права идти за похоронной процессией и присутствовать на кладбище во время захоронения. Если кладбище находится близко от села, то тело покойного на носилках несут на плечах близкие родственники и друзья. Они сменяют друг друга по очереди, прямо на ходу, так как носилки не должны опускаться на землю до самой могилы.

Кладбище имеется в каждом большом селе. Оно бывает поделено на родовые участки, покойников из каждого рода хоронят только там, независимо от того, где он жил и к какому братству принадлежал. У ингушей, как и у многих народов, принято погребать покойника только на земле предков, поэтому, если смерть настигла человека за пределами Ингушетии, его тело перевозят на родину.

Между Назранью и Кантышевом располагается кладбище, основанное после осетино-ингушского конфликта в 1992 г. На этом кладбище чаще всего хоронят погибших за пределами Ингушетии, убитых во время несения службы или умерших насильственной смертью.

Могилу роют (бесплатно) физически крепкие, совершающие намаз молодые люди, независимо от степени их родства с покойным. Кунтахаджинцы приносят на кладбище еду и кормят их, среди накшбандийцев такой практики нет.

Могила имеет прямоугольную форму, ее длина обычно равна 2 м, но может быть увеличена или уменьшена в зависимости от роста покойника, ширина — 70 см. Глубина отмеряется семью штыками лопаты для мужчин и девятью — для женщин. Нужно отметить, что если могила вырыта и по каким-то причинам осталась неиспользованной, то в ней нельзя хоронить, ее засыпают. Но в недалеком прошлом, еще в 1970– 1980-х годах, ингушские женщины, у которых умирали дети, совершали следующий ритуал. Они дожидались дня, когда могила останется пустой и, купив большой амбарный замок, предварительно открыв его ключом, опускались в пустующую могилу и закрывали замок. Рассказывали, что Томара Харсиева, у которой умирали все дети мужского пола, даже переночевала в могиле в надежде, что ее больной сын останется Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН жив после этой процедуры, но, к сожалению, исцеления не произошло и ребенок скончался [ПМА. Ингушетия 2008]. В настоящее время этой практики нет.

На кладбище покойного в саване перекладывают на брезент и опускают в могилу, куда предварительно спускаются два близких родственника для поддержания тела.

В могиле имеется подбой, куда помещают тело, развязав узлы на саване и повернув лицом к Каабе. Однако в братствах имеются различия погребальных процедур. Так, накшбандийцы и батылхаджинцы делают подбой с левой стороны (так, считается, был похоронен пророк Мухаммед). Кунтахаджинцы делают подбой с правой стороны, тем самым выражая уважение к пророку, ибо подбой получается как бы сзади подбоя в могиле Мухаммеда — так завещал сам Кунта-хаджи [Албогачиева.

Д. 1769, л. 1–2]. Оба варианта подбоя считаются допустимыми, не противоречащими шариату, так как тело покойного в любом случае обращено к Мекке. Затем подбой закрывают досками и для их закрепления заставляют саманными кирпичами и засыпают землей.

Когда на кладбище заканчиваются кирпичи, в пятницу в мечети объявляется о необходимости их изготовления, назначается день. В назначенный день жители всей округи, мужчины и женщины, приходят к условленному месту, чаше всего к реке, где предварительно выкопана квадратная ниша, которую наполняют глиной и соломой и заливают водой. Начинается процесс замешивания самана, в котором участвуют только люди, без использования лошадей. Когда саман готов, его кладут в небольшие прямоугольные формы и переносят на определенное расстояние, где раскладывают на земле, давая подсохнуть. После того как кирпичи высохнут, их развозят по ближайшим селениям и складывают в специальные постройки (рис. 1) на кладбищах, где хранится и вся остальная похоронная утварь.

Над могилой в изголовье устанавливается памятник (чурт), предпочтительно в тот же день. Обычно он бывает прямоугольной формы с овальным верхом, с изображением звезды и полумесяца (исламский знак), с фамилией, именем, отчеством и годами жизни покойного (рис. 2). Памятники делаются из различных материалов, от чисто бетонных до мраморных. Этим занимаются частные фирмы.

После завершения этих процедур кунтахаджинцы совершают три круга быстрого зикра вокруг могилы покойного. Кунта-хаджи говорил, что если сделать данную процедуру, то ангелы будут просить Аллаха о милости и снисхождении к усопшему. Самая последняя процедура, которую необходимо совершить на кладбище в день похорон, — полить Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН Рис. 1. Постройка на кладбище. 2008 г. Фото автора Рис. 2. Надмогильные памятники на мемориальном кладбище.

Окрестности г. Назрань. 2008 г. Фото автора Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН водой из кувшина контур могилы. После этого необходимо еще на какое-то время остаться у могилы и читать молитвы, прося у великого Аллаха о спасении души покойного.

Участники похоронной процессии по дороге домой с кладбища и уже после возвращения в дом покойного исполняют религиозные гимны. Ингуши к этому относятся с почтением. В настоящее время есть известные исполнители гимнов: Харсиев Магомед Шовхалович, Евлоев Магомед Дениевич, Боголов Якуб Баширович и др. В первой трети XX в. наиболее известными были жители селения Гадаборш-Юрт (ныне с. Куртат Пригородного р-а Республики Северная Осетия — Алания) из рода Гадаборшевых — Аслангири Хуниевич, Саварбек Эльмурзиевич, Джабраил Абдулаевич, Яхья Орцхоевич. Их приглашали на похороны и поминки. Во время исполнения гимнов народ начинал безудержно плакать. В репертуаре этих исполнителей было более двух десятков песнопений в честь шейха Кунта-хаджи [ПМА. Ингушетия 2008].

Среди кунтахаджинцев принято в течение первых трех вечеров совершать в доме покойного зикр, который может начинаться в 21 час и продолжаться до утренней зари. Считается, что если зикр продолжается долго и в такт — это хороший признак. Покойника, в память о котором он совершен, ждет милость Аллаха и рай. Обряд совершения зикра имеет отличия в разных братствах. «Баталхаджинцы исполняют зикр громко, покачиваясь на месте и хлопая в ладоши, но при этом они не движутся по кругу, подобно кунтахаджинцам, и не подпрыгивают так интенсивно, как баматгирихаджинцы» [Акаев 1994: 94]. В отличие от кунтахаджинцев батылхаджинцы не делают многочасового зикра и не допускают к исполнению кругового зикра женщин. Члены братства Баматгири-хаджи во время исполнения зикра мотают головой вперед и назад [Акаев 1994: 91–92], при этом подпрыгивают на месте попеременно с одной ноги на другую. В вирдах Кунта-хаджи и Баматгири-хаджи есть женские мюридские общины, участвующие в совершении кругового зикра. В Ингушетии практика женских мюридских групп существует только среди приверженцев кадырского тариката.

Кроме накшбандийцев, все остальные братства собирают мюридов на седьмую и сороковую ночь, когда совершается громкий зикр и читаются молитвы за упокой души. После окончания зикра мюридов угощают вареным мясом с бульоном или специальной подливкой (берх), лепешками с сыром (чапильг) и чаем с пирогами, конфетами и медом.

В зависимости от достатка семьи меню может быть расширено. Однако в некоторых селах введены ограничения, и мюридов угощают только лепешками (чапильгаш) и чаем, исключив мясо, так как это накладно для Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН малоимущих слоев населения. Такие решения принимаются на пятничной молитве голосами всех присутствующих. Так, в с. Гамурзиево Назрановского р-на мюриды общим голосованием приняли решение, что после совершения зикра они не будут принимать пищу, содержащую мясо, так как многие семьи не в состоянии делать такого рода угощений. Они ввели общее для всех мюридов меню, состоящее из лепешек, ингушской домашней халвы и чая.

Через некоторое время после смерти человека его вещи раздают (икхат де) родственникам или просто бедным людям.

Ингуши исповедуют ислам, но они сохранили некоторые древние представления о загробной жизни и культе предков. Все ингуши независимо от того, к какому тарикату относятся, каждый четверг до заката солнца дают «милостыню» трем своим ближайшим соседям. Считается, что каждый четверг души покойников возвращаются в свои дома с целью убедиться, что их помнят. Поэтому в каждой семье тщательно выбирается угощенье, которое будет делаться в четверг, чтобы не обидеть покойников. Культ ближайших предков проявляется и в бытующем в настоящее время обычае не произносить ложную клятву. Ингуши в особых случаях клянутся могилой покойного отца (Са да вахачу кашатор). Этот обычай имеет широкое распространение.

Предписанный мусульманским религиозным культом обряд пожертвований в память об умершем бытует в разных формах у всех мусульманских народов Северного Кавказа.

По истечении 38 дней на 39-ю ночь ингуши устраивают поминки.

Однако необходимо оговорить, что не все братства делают это. Например, последователи накшбандийского тариката категорически не приемлют поминок как таковых, считая существующие поминки на 39-ю ночь или годовые поминки пережитком некогда существовавших языческих обрядов. Однако последователи учения Кунта-хаджи не разделяют их взглядов и устраивают поминки на 7-й и 39-й день, годовые поминки и поминки в месяц рамадан.

Поминки могут проходить в виде трапезы с чтением молитв и совершением зикра или в виде раздачи продуктов и мяса жертвенного животного. В зависимости от финансовых возможностей устроителя поминок они могут включать все эти элементы. Все зависит от возможностей и желания семьи, но чаще всего это набор продуктов — пачка сахара, чая, фиников, домашней халвы.

Четко установленных сроков для проведения поминок не существует, хотя большинство людей предпочитают делать это на годовщину смерти или в дни мусульманского праздника Ураза-байрам.

Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/07/978-5-88431-155-8/ © МАЭ РАН Женщины приносят на поминки приготовленные дома пироги и торты, или покупают готовую еду, или же приносят деньги. Все продукты ставят на стол для угощения присутствующих. Мужчины же не дают ни денег, ни подарков, они должны только принять участие в приеме пищи. В этом братстве принято, чтобы в день похорон или поминок каждый пришедший что-нибудь съел. Считается, что душе покойника хорошо, если поминальными блюдами угощают детей [Пчелинцева, Соловьева 2005: 202].

В поминальные дни для близких родственников режется корова или бык и готовятся национальные мясные блюда дулх и берх. В последнее время в зависимости от возможностей семьи приготовляются и европейские блюда. Женщинам, уходящим с поминок, принято давать с собой вареное или сырое мясо, пирог или торт, фрукты. Вечером собираются мюриды и совершают громкий зикр, заканчивающийся угощением. Такого рода поминки по желанию делают по истечении одного года, но это необязательно.

Необходимо отметить, что в Ингушетии происходит некоторого рода смешивание обрядов, чаще всего в тех семьях, где в браке состоят члены разных братств.

Рассмотрим вариант, когда муж принадлежит к кадырийскому, а жена — к накшбандийскому братству. Всегда приветствуется, чтобы супруга перешла в то братство, к которому относится ее муж, но это необязательно. Чаще всего жены придерживаются того братства, к которому относились их родители.



Pages:   || 2 | 3 | 4 |
Похожие работы:

«Принят ГС РК в первом чтении 9 июля 2014 года ЗАКОН РЕСПУБЛИКИ КРЫМ О регулировании земельных отношений в Республике Крым Земли Республики Крым являются уникальными и наиболее ценным природны...»

«ЛИТОСФЕРА, 2013, № 1, с. 52–80 УДК 551.72.025.2:56.016 ИХНОФОССИЛИИ – НОВЫЙ ПАЛЕОНТОЛОГИЧЕСКИЙ ОБЪЕКТ В СТРАТОТИПЕ ПОЗДНЕГО ДОКЕМБРИЯ УРАЛА © 2013 г. Ю. Р. Беккер Всероссийский научно-исследовательск...»

«1912. Марш «Забайкальский Атаман» и «Осенний сон» на казачьем банкете Автор: Полуполтинных А. Интересная находка случилась у меня в государственном архиве Забайкальского края. Эта бумага попалась мне случайно. Она даже не учтена и вшита в дело № 580 (Фонд 30, опись 1) вверх тормашк...»

«КИРОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ ЦЕНТР ПО ГИДРОМЕТЕОРОЛОГИИ И МОНИТОРИНГУ ОКРУЖАЮЩЕЙ СРЕДЫ ВЕРХНЕ-ВОЛЖСКОГО УГМС РОСГИДРОМЕТА Ю.П. Переведенцев, М.О. Френкель, М.З. Шаймарданов СОВРЕМЕННЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ КЛИМАТИЧЕСКИХ УСЛОВИЙ И РЕСУРСОВ КИРОВСКОЙ ОБЛАСТИ КАЗАНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВ...»

«Русск а я цивилиза ция Русская цивилизация Серия самых выдающихся книг великих русских мыслителей, отражающих главные вехи в развитии русского национального мировоззрения: Св. митр. Иларион Лешков В. Н. Соловьев В. С. Св. Нил Сорский По...»

«WWW.MEDLINE.RU, ТОМ 13, ОНКОЛОГИЯ, 7 ИЮНЯ 2012 Некоторые статистические показатели, использующиеся при обработке данных о вторых опухолях Кулева С.А., Карицкий А.П. ФГБУ «НИИ онкологии им. Н.Н. Петрова» Минздравсоцр...»

«Утвержден приказом по МГУ от 22 июля 2011 года № 729 (в редакции приказов по МГУ от 22 ноября 2011 года № 1066, от 21 декабря 2011 года № 1228, от 30 декабря 2011 года № 1289, от 27 апреля 2012 года № 303) РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ Московский государственный университет им...»

«МАТЕРИАЛЫ ЗАДАНИЙ олимпиады школьников «ЛОМОНОСОВ» по политологии 2015/2016 учебный год http://olymp.msu.ru Ответы на задания для 10-11 классов 1 тур Вариант 1. Задание 1. Петр I часто поощрял простых людей за проявленные заслуги перед 1. отечеством дворянскими званиями и почестями. Вот и получалось...»

«А3 Пылесос-робот RV-R400 AUTO Руководство по эксплуатации А1 8 А2 f b c a d AUTO e g – + А4 1 2 А5 УВАЖАЕМЫЙ ПОКУПАТЕЛЬ! Благодарим за то, что вы отдали предпочтение бытовой технике REDMOND. REDMOND — это качество, надежность и не...»

«Знания-Онтологии-Теории (ЗОНТ-09) Алгоритмы пофонемного распознавания казахской речи в амплитудно-временнм пространстве Карабалаева М.Х., Шарипбаев А.А. Евразийский университет им.Л.Н.Гумилева, ул. Мунайтпасова, д.5, г. Астана, 0100008, Казахстан. mkarabal@gmail.com, sharalt@mail.ru Ан...»

«Основы маскировки на охоте Для успеха охоты мало найти дичь, надо уметь ее вовремя увидеть и незаметно приблизиться к ней на выстрел. Чтобы достичь этого, охотник прибегает к скрадыванию и маскировке сложнейшим элементам искусства охоты. Маскировка и скрадывание применяются не всегда. Например, при охоте с легавой по...»

«Петропавловский муниципальный район Воронежская область Муниципальное казенное общеобразовательное учреждение Песковская средняя общеобразовательная школа Согласовано: Утверждаю Заместитель дирек...»

«1 УКАЗ ПРЕЗИДЕНТА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ О Концепции перехода Российской Федерации к устойчивому развитию В целях осуществления последовательного перехода Российской Федерации к устойчивому развитию, а также руководствуясь программными документами, принятыми на Конференции ООН по окружающей среде...»

«Л.А. Саенко Социальная ответственность учащейся молодежи: результаты исследования Электронный ресурс URL: http://www.civisbook.ru/files/File/ 2015-Sayenko.pdf Перепечатка с сайта Вестника СевероКавказского федерального университета http://www.ncfu.ru/vestnik_ncfu.html Вестник Северо-Кавказского федерального университета. 201...»

«1 Содержание № Название раздела Стр. раздела Обозначения и сокращения Вводная часть Предмет учебной дисциплины 2.1 3 Цель и задачи освоения учебной дисциплины 2.2 3 Место учебной дисциплины в структуре ООП ВПО ИГМУ 2.3 5 Требования к результатам освоения дисциплины (модуля) 2.4 7 Разд...»

«ИНСТРУКЦИЯ ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ STR-5020EX STR-4020EX ДЕТЕКТОРЫ РАДАРОВ И ЛАЗЕРОВ STR-3010EXT, STR-3020EXT, STR-4010EXT, STR-4020EXT, STR-5010EXT, STR-5020EXT www.streetstorm.ru ИНФОРМАЦИЯ Введение Особенности текущей линейки Уважаемый владелец детектора радар...»

«Давид Г. Хумарян Независимый исследователь, Москва, Россия Место политического в социальной эпистемологии Эмиля Дюркгейма: трансгрессия, аффект, субъективация В статье предлагается разбор и интерпретация социологиче...»

«517_116779 ВЫСШИЙ АРБИТРАЖНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОПРЕДЕЛЕНИЕ о передаче дела в Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № ВАС-17359/09 Москва 5 февраля 2010 г. Коллегия судей Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в составе председательствующего судьи Маковской А.А. и судей Моисеевой Е.М., Поповой Г.Г. рассмотрела в с...»

«УЧЕБНАЯ ДИСЦИПЛИНА БД.01 Русский язык и литература. Русский язык.1. Область применения программы. Программа общеобразовательной учебной дисциплины «Русский язык и литература. Русский язык» предназначена для изучения русского языка в профессиональных образовательных организациях, реализующих образовательную программу среднего обще...»

«Блендер RHB-2918 АНТИ АР Г Я М В ЕС ЯЦЕ Руководство по эксплуатации УВАЖАЕМЫЙ ПОКУПАТЕЛЬ! Благодарим вас за то, что вы отдали предпочтение бытовой технике REDMOND. REDMOND — это качество, надежность и неизменно внимательное отношение к потребностям клиентов. Надеемся, что вам понравится продукция компании и вы т...»

«Материалы заданий олимпиады «Ломоносов» по обществознанию 2013-2014 гг. Задание для учащихся 10-11 классов. Вариант 1.1. Определите, верны ли нижеприведённые суждения (напишите «верно» или «неверно»), и если нет, исправьте ошибку:А) Олигополия — это тип рынка...»

«Office for Democratic Institutions and Human Rights КЫРГЫЗСКАЯ РЕСПУБЛИКА Отчет об оценке перспектив создания реестра населения г. Варшава июль 2012 г. СОДЕРЖАНИЕ ВВЕДЕНИЕ ПРИНЦИПЫ РЕГИСТРАЦИИ НАСЕЛЕНИЯ Персональный файл ОБЯЗАННОСТИ И ОПЕРАЦИОННЫЕ ВОЗМОЖНОСТИ ГОСУ...»

«Схема расположения залов ПЕРВЫЙ ЭТАЖ 1Стойка регистрации 2 Колонный зал 3 Медпункт ВТОРОЙ ЭТАЖ 1 Большой зал 2 Зал 2 3 Зал 3 4 Зал 4 5 Зал 5 6 Зал 6 7 – Выставка 8 Столовая 21 ноября, понедельник 9:00-11:00 Первый...»

«УДК 304.2:316.42 А.А. Поносова1 ТВОРЧЕСКАЯ ДЕВИАЦИЯ КАК ВЫРАЖЕНИЕ ТРЕБОВАНИЙ СОЦИАЛЬНЫХ ПЕРЕМЕН Жизнь современного человека находится в нестабильном состоянии, чему способствовала НТР, быстро изменяющая мир с конца 19 столетия и влек...»

«Федеральная служба по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека Главный государственный санитарный врач Российской Федерации Г.Г.ОНИЩЕНКО Постановление от 28 января 2008 г. N4 об утверждении санитарноэпидемиологических правил СП 1.3.2322-08 Введены в действие с 1 мая 2008 года БЕЗОПАСНОСТЬ РАБ...»

«Наукові записки ХНПУ ім. Г.С. Сковороди, 2014 УДК 82.091 Л.В. Гармаш ТЕОРИЯ МОТИВА В ЛИТЕРАТУРОВЕДЕНИИ Мотив как одна из важнейших категорий поэтики является предметом научного внимания многих литературове...»









 
2017 www.pdf.knigi-x.ru - «Бесплатная электронная библиотека - разные матриалы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.