WWW.PDF.KNIGI-X.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Разные материалы
 

Pages:   || 2 | 3 | 4 |

«Алекс Экзалтер АВАНТАЖ Человек вооруженный – III Повести звездных рейнджеров ADVANTAGE Homo praemunitur – III Star Ranger's Stories To all adventurers of the world ...»

-- [ Страница 1 ] --

Author: Экзалтер Алекс Майкл

Авантаж

Алекс Экзалтер

АВАНТАЖ

Человек вооруженный – III

Повести звездных рейнджеров

ADVANTAGE

Homo praemunitur – III

Star Ranger's Stories

To all adventurers of the world with envy.

To Isaac Asimov for his interdict.

Copyright љ 2009 by Alex Exalter.

All rights reserved.

Вместо предисловия

При чтении рекомендуем заглядывать как в глоссарий на последних

страницах, так и в словари. Хотя бы в большой англо-русский. Если под рукой нет ничего энциклопедического. Поскольку многие слова и выражения заимствованы ироничным автором из высокопарного, витиеватого, вычурного имперского инглика Звездной империи Террания.

Авантаж злостный – противоправное получение конкурентного преимущества путем использования незаконно полученной информации, оснащения или оборудования в нарушение имперской и колониальной юрисдикции.

Имперская юридическая энциклопедия. 3-е дополненное издание Библиотеки Звездного Конгресса. Террания Прима. 85 год эпохи императора Андра V Фарсалика.

Авантаж, адвентаж – тайное проникновение на охраняемую территорию;

взлом с использованием специальных инструментов; вооруженный бандитский налет.

Суперлативный словарь криминального жаргона. 5-е обновленное издание факультета универсальной филологии Англатеррского университета.

Англатерра Кварта. 59 год.

ПРОЛОГ

i Последний из 14 супостатов удосужился вывести из себя Дина Ли. Наш удалец-рейнджер уж совсем было радостно перевел дух, прорвавшись в зверских катакомбах по трупам нечисти к самому выходу, призывно подмигивавшему ирисовой диафрагмой за ближним поворотом. Ан нет, откуда ни возьмись в нише под потолком туннеля материализовался еще один монстр, нагло, пружинисто спрыгнул вниз и полностью перекрыл проход массивной тушей, приглашающе покачивая четырьмя копьями и двумя мечами.

Шесть конечностей фэнтэзийного чудища, похоже, имели не меньше двух локтевых сгибов, давая ему немыслимое количество степеней свободы в обращении с холодным оружием. Его древовидные ноги бугрились узловатыми мышцами и, казалось, прочно вросли в полированные базальтовые плиты финишного коридора, ведущего на свободу. Но на волю из подземного лабиринта ушлому рейнджеру еще надо было выбраться. А просто так на скорости мимо демона проскользнуть не проскочишь. Многорукое чудовище во все глаза бдительно следило за противником.

Вместо головы на полутораметровых плечах демонического супостата выступал кожистый горб, откуда щетинились несколько десятков гибких стебельков с увесистыми глазными яблоками на концах. По всей видимости, мозги супротивного урода располагались значительно ниже; они были прочно защищены бочкообразной грудной клеткой и толстыми выпуклымиребрами под кератиновой броней. Хоть и без головы, но соображать, что к чему пещерный бронированный Голиаф таки умел и едва ли уступал Дину в ловкости и проворстве. Короткую очередь перфорирующих болтов, чуть ли не в упор из револьверного пневмоарбалета выпущенных ему прямо в грудь лихо атаковавшим рейнджером, подлый монстр резко смахнул оземь неуловимым взмахом верхних клинков, тогда как нападение в область промежности двух мечей-бастардов надежно отклонил остриями копий в нижних руках, одновременно сделав опасный выпад средними.

Когда рейнджер Ли четко уходил назад вправо и напоследок левым бастардом выправлял на наконечнике копья неприятеля секущую плоскость, три остальные острия мерзко обернулись злобно зрящими зубастыми змеиными пастями и пугающе зашипели, извиваясь во все стороны.

Психологическая атака лупоглазому демону-иллюзионисту в общем-то не удалась, и он лишился одной из змейских голов-наконечников, но не надолго – нижнее правое древко снова заострилось и выпустило из себя два лезвия боевого топора-лабрассы.

Дин Ли грамотно вышел из ближнего боя и отступил на исходные позиции. Сопротивление композитных материалов, составлявших демонскую сущность, заставило рейнджера неприятно призадуматься, что делать дальше в

–  –  –

неподвижности, а между чудовищными пластами его брюшных мышц открылся еще один змеиный глаз и немигающе уставился на Дина Ли вертикальным зрачком. Через пару секунд шестирукий наглец пригласил рейнджера атаковать самым оскорбительным образом: раздвоенный на конце гигантский фаллос чудовища цинично напрягся во всю свою могучую трехмерность и стал презрительно раскачиваться справа-налево, вверх-вниз.

Куда бы оно ни вытекало или, черт его дери, впадало, для разозленного и усталого Дина Ли вопрос, кто кого там-сям трахнет, порой решался однозначно, пусть даже неспортивным образом, весьма далеким от правил честной военной игры и силового единоборства холодным оружием. Говорят, кое-кто любит погорячее. И рейнджер демонстративно забросил мечи в ножны на спине и медленно-медленно в ковбойском стиле исторического вестерн-шоу снял с бедра легкую пушку Бармица. Если раньше у шестирукого колосса, твердо стоявшего далеко не на глиняных ногах, еще были какие-никакие шансы не пропустить неприятеля к выходу, то теперь их не стало вовсе. Одного фугасного залпа из трех гравиплазменных стволов сполна достало, чтобы развесить по всем поверхностям туннеля оплавленные клочья армированной

–  –  –

наконечников копий и лезвий мечей незадачливого неприятеля. Против абсолютного оружия не больно-то поспоришь ни в материальной жизни, ни в реальности виртуализированной пансенсорной среды. Но все равно как-то нечестно и авантажно получается, зато бесспорно фатально и летально. Так, кажется, нравится приговаривать его милости баронету империи Даглесу О'Хампери.

Личным знакомством во время миссии на Экспарадиз, что в системе Лакс Ретир, с персоной знаменитого каледонца майора Дага Хампера гасконский шевалье Динарт Либен-Мельхиорент третий виконт де Сен-Север открыто гордился, невзирая на то, что сам ушел в красный резерв не каким-нибудь хухры-мухры, а заслуженным мастер-сержантом. И, естественно, здравия желаем капитану рейнджеров Мику Рианту-Небраске, бывшему взводному на том же Экспарадизе, ему тоже отдельное спасибо за горячие цитаты. Эх, дорого печеное яичко к Христову дню, да цены обжигающие, кусачие… Рейнджер Дин Ли наконец добрался до фиксированной точки выхода и с облегчением выбрался из удушающей влажной жары пещерного лабиринта в прохладную и сухую материальную действительность. Без строгой фиксации за здорово живешь невозможно или небезопасно для психического здоровья оставить пансенсорную среду, создаваемую продвинутой биотроникой при экзистент-реальном программировании. Оно, разумеется, не совсем легально и подпольно. Да и навороченная аппаратура обошлась в заоблачную гору

–  –  –

законопослушного студента факультета универсальной дидактики Терранского университета, оно того стоило, если ему необходимы более чем реальные постоянные ежедневные тренировки, дабы стать уже не только благородным рыцарем, но высоким командором Конгрегации хладного металла. Так

–  –  –

По возможности с холодным оружием Сис Орди упражнялась почти каждый день. Тем паче обоюдоострый палаш с мономолекулярными режущими кромками и гравиперфоратором на скошенном острие никогда не

–  –  –

орбитального десантника. В орбитальном десанте практические упражнения и учебные бои с холодным оружием были, есть и будут не замшелой архаикой, а необходимым современным элементом психофизической подготовки личного состава. Поныне уровень владения холодным оружием как нельзя лучше показывает, кто есть кто, а также – кем он или она могут стать во время какой-либо кровопролитной, чисто хирургической операции орбитального десанта. А холодный острый инструмент часто бывает полезен при абордажной атаке, леди и джентльмены…

–  –  –

орбитальных десантников Сесилия Ординет старалась выбирать вперемежку мужчин и женщин, причем бывало она искала и находила себе мужественных тренинг-бойцов вовсе не из числа подчиненных ей по службе как командиру стеллс-батальона. Десантники-мужчины, по опыту Сис Орди, более подвижны, склонны к взрывному и дискретному использованию мышечной силы в любом

–  –  –

выносливость и, в сравнении с мужчинами, гораздо более эффективную защищенность эндоблиндированием. У женщин все-таки подкожный жировой слой, укрепленный наноскафами, будет помощнее, а замедляющее воздействие

–  –  –

энзимами и мышечными наноусилителями в режиме метарапида. Так что в скорости и ловкости женщины в орбитальном десанте мало чем уступали большинству мужчин, чаще всего их превосходивших в расчетливости, вернее,

–  –  –

осторожностью и скрупулезной расчетливостью стресс-физической активности.

На десантном трансбордере, где в системе Кадм-Вэ дислоцировался на карантинном боевом дежурстве их пятибатальонный стеллс-регимент, гендерного недостатка в партнерах-мужчинах у капитана Орди, понятное дело, не было, хотя конкретно во вверенном ее командованию подразделении абсолютное большинство составляли женщины. Они же в основном сегодня за нее болели, когда она выступала против могучего капитана Мозелло из второго батальона.

Бой на боевых палашах до третьей крови сложился для Сис Орди довольно удачно; она измотала Чеза Мозелло сериями непрерывных атак и обошлась всего лишь одним слегка кровоточившим порезом на предплечье и сущей царапиной на груди. Кровь так кровь, поэтому капитан Орди и капитан Мозелло сражались без штатных соматических нанодефензориев и практически без фехтовальных доспехов. Разве что гениталии у Мозелло были прикрыты щитком, а соски Орди целомудренно скрывал минимальный армохитиновый бикини-топ золотого цвета. Остальную поверхность тел соперников покрывала стандартная защитная нанокраска-серебрянка. Она более-менее предохраняла от ушибов и выпадов вскользь, но никоим образом не могла противостоять рубящим и колющим ударам, нанесенным под углом атаки, близким к 90 градусам. Десантура работает, леди и джентльмены!

Отработанный и выверенный укол на встречном движении скошенным обоюдоострым концом палаша, и Сис Орди глубоко вскрыла бедренную артерию Мозелло, когда тот, наверное, по мужской глупости срезал с нее бюстгальтер, чуть задев левую грудь и на миг тормознул, то ли из-за галантности, то ли по причине выдающихся прелестей биоскульптурных форм капитана Орди. Видимо, под серебристой нанокраской ее рельефные выпуклости ниже талии капитана Мозелло нисколько не волновали, а вот округлый изысканный бюст его соперницы в алом блеске остроконечных сосков да в контрасте с золотом крем-пудры на изящных ареолах почему-то его впечатлил и очень несвоевременно отвлек внимание. За что мужественный десантник вот тебе и был наказан фонтанирующей кровопотерей и двумя часами в санчасти, пока под метаболическим процессором полностью не затянется рана на бедре. Жаль, а ведь сеньорита Орди была не прочь вместе с синьором Мозелло сразу же после боя посетить водный душ, чтобы смыть одноразовую нанокраску, и затем только вдвоем в натуральном виде поплавать в бассейне на рекреационном мезоуровне трансбордера. Но все поправимо, если капитана Орди в ближайшем обозримом будущем вполне устраивал капитан Мозелло в качестве постоянного спарринг-партнера по фехтованию и эпизодическому, ничему никого не обязывающему сексу.

–  –  –

Лу Сид было совершенно ни к чему убивать Брен Мариг. Но дуэль есть дело чести и непременно должна закончиться явной невозможностью для одной из участниц продолжить поединок. Посему фехт-мастер Бренда Маригольдер сегодня обязана серьезно пострадать, коль она опрометчиво согласилась выступить чемпионом-защитником этой паскудины Мэксин Чередник из гнуснейшего таблоида “Беллигер”. А уж эту-то борзописательницу обязательно следовало вызвать на дуэль за то, что на всю Метагалактику ославила и оболгала, если не сказать хуже, небезызвестную спейсмобильную валькирию Лу Сид. Подумать только! Вконец обнаглевшая ублюдина Мэкси сочинила отвратную небылицу, как Даг Хампер неслабо позабавился с выдающимся бюстом Лу Сид в финале императорской “Большой игры – VI”, пустив обе ее груди на трофеи. Согласно выдумке злописучей Мэкс Чер, Даг Хампер заказал залить в две трехлитровые пластхрустальные чаши трофейную кожу побежденной и почившей в бозе противницы. И теперь в часы отдыха от многотрудных должностных обязанностей заместителя начальника разведывательно-исследовательского управления корпуса рейнджеров майор Хампер попивает из сувенирных вместительных сосудов пунш или крюшон в приятной компании какой-нибудь из множества своих подружек. Естественно, баронет империи Даглес О'Хампери неподдельно оскорбился и полностью опроверг пошлые инсинуации мадам Чередник там же, на страницах перигалактического портала наемников “Беллигер”. Хампер даже подал на портал судебный иск за диффамацию и удивительно быстро выиграл процесс.

–  –  –

язвительными, можно сказать, каустическими комментариями бульварных масс-медиа, от вердикта имперского суда легче не стало и она публично бросила перчатку подполковнику синего резерва орбитального десанта Мэксин Чередник. К несчастью, секунданты Мэкс Чер обнаружили лазейку в законодательстве Конституционного королевства Ромагна, выводящую военнослужащих синего резерва из статуса комбатантов. Увы, именно в доминионе Ромагна был послан и принят вызов на дуэль. Как известно, леди и джентльмены: штатские нонкомбатанты, к нашему взаимному сожалению, не подпадают под юрисдикцию имперского дуэльного кодекса.

Легально и законно подполковник Мэкс Чер достигла почтенного 120-летнего возраста, оставив службу в активном красном резерве. Физические ограничения, возрастные недостатки и старческие немощи – здесь были, честное слово, ни при чем. Мэкс Чер всего лишь пару лет назад выбралась из амниотического резервуара в 18-летнем теле после несчастливо закончившейся для нее дуэли из-за очередного вселенского пасквиля.

Ни для кого не секрет:

нынче эта паскудница решила подстраховаться, поскольку всякое случается в бесконечной и беспредельной Вселенной. А может, тайный суд офицерской чести обратит пристрастный взор на ее борзописательскую активность и в

–  –  –

возмутительницу интергалактического общественного спокойствия навечно в резерве пост-мортем? Ведь синий разряд – это вам не красный резерв, несмотря ни на что обеспечивающий боеготовность вооруженных сил империи.

По этим, возможно, и по другим соображениям лживая гадина Мэкси, наверняка обстоятельно поразмыслив, вместо себя выставила дуэлировать фехт-инструктора Бренду Маригольдер из королевского фехтовального клуба “Пакс Романа”.

О гадких мерзопакостных обстоятельствах, предшествующих дуэли, кастальская идальга Луиса Сидаритас Сидиано де Энарес, капитан спейсмобильной пехоты без имперских куртуазностей раздражительно и ругательно думала гораздо раньше. Сейчас же ничего личного, максимум хладнокровия и невозмутимости, так как все ее внимание было привлечено к поединку против опытной, опасной соперницы Брен Мариг.

Брен Мариг и Лу Сид ранее имели возможность три раза скрестить тренинговые клинки на зеленых лужайках королевского фехт-клуба. И та и другая отчасти были знакомы с манерой ведения боя и тактическими предпочтениями каждой. Теперь же в их руках было убийственное оружие, лишь в малой степени допускавшее компромисс, оставлявший надежду на выживание. Из правосторонней стойки участницы поединка отсалютовали друг другу дуэльным оружием и в ожидании разрешения арбитра-дуайена замерли в неподвижности. У обеих справа грозно устремлен на соперницу эсток-франк с двусторонней мономолекулярной самозаточкой, установленной длины в 1 метр 93 сантиметра. И обе прикрывают корпус полуметровыми волнистыми крис-кинжалами. Облачены соперницы в сплошную металл-хитиновую броню, оставлявшую открытыми лишь лицо и кисти рук.

Разведка боем продолжалась томительно долго. Нарочито медлительно,

–  –  –

собравшейся на центральной фехт-арене “Пакс Романа”, Лу Сид и Брен Мариг неспешно прощупывали оборону друг друга редкими выпадами с дальней дистанции, безошибочно парируя удары. Они рассудочно и аккуратно перемещались в непрерывном скользящем движении. Обе не на миг не сводили глаз с обоюдно застывших черт лица, стараясь не упустить, а еще

–  –  –

контрудар.

Дуэльный поединок с холодным оружием нисколько не похож на беспорядочный танец, кое-как скрепленный ритмами и тактами. Настоящее фехтование профессионалов, каковыми были, несомненно, обе соперницы, по единодушному ощущению понимающих зрителей “Пакс Романа”, суть жесткий ритуал, обрядовое действо, где любое плавное или же резкое движение подчинено древнейшим навыкам, тысячелетним традициям эффективного владения клинком и собственным телом, где все и вся следует вершить как положено, заученно-рефлекторно, иначе можно с легкостью необычайной превратиться в дурку с инициативой, предсказуемо с печальным исходом для излишне самонадеянной фехтовальщицы. Только какая-нибудь шалая бой-баба бесцеремонно пренебрегает ритуальными позициями, шагами, приемами – проверенной временем, поверенной кровью методикой батальных действий. В боевом современном фехтовании исключительно изредка, при благоприятных условиях и лишь истинным мастерам доступно интуитивное искусство импровизации. Фехтовальная арена не есть танцевальная площадка в ресторане или пьяные пляски на деревенской ярмарке в парке исторических развлечений. Скорее, профессиональное фехтование напоминает строгий классический балет каноническими позами, позициями, отработанными, филигранно отточенными долгими часами тренировок и репетиций движениями, рук, ног, корпуса.

Обе соперницы продолжали перебирать позиции, изматывая себя и публику выжидательной тактикой, когда Брен Мариг допустила небольшую ошибку, недостаточно быстро разорвав контакт после блокирования кинжалом длинного обманного выпада Лу Сид. Быть может, фехт-мастер Мариг слегка запнулась на незаметной неровности клубного газона или же решила прибегнуть к неосторожному гамбиту, кто его знает наверняка? Тем не менее, капитан Сид своего шанса не упустила. Она взорвалась в метарапиде самым мужским образом и без единой помарки провела яростную продолжительную атаку, связав и ошеломив соперницу ближним боем. Надо уметь заставить ошибаться противника, и это Лу Сид блестяще удалось. Пропустив мимо корпуса эсток Брен Мариг, она вонзила ей в слабое место правого бронеоплеча проникающее острие крис-кинжала, проведя сильнейший молниеносный удар сверху вниз – сказалось незначительное преимущество в росте и длине рук.

Прерывая успешный контакт, Лу Сид благородно не стала выдергивать

–  –  –

капитулировавшей соперницы. Оставив кинжал, она ей недвусмысленно предоставила право на последнюю отчаянную атаку, так сказать, чтобы размочить счет, чем та не преминула благодарно воспользоваться. Эсток раненого фехт-мастера Мариг капитан Сид вскользь блокировала левым наручем и эндоблиндированием. Нет слов, порез неприятный, пусть он и не слишком опасен – Брен Мариг с каждой микросекундой теряла самообладание и силы из-за внутреннего кровотечения, ведь с таким ранением никак не совладать всем ее висцеральным наноскафам.

Лу Сид также не пыталась нанести точный резаный укол в ненароком подставленный подбородок Брен Мариг. Спейсмобильная воительница уже получила более чем достаточно победных очков для удовлетворения долга чести. А потом успевшая отойти на безопасное расстояние Брен Мариг оба своих клинка красноречивым жестом уронила на газон. Дуэль окончена к обоюдному согласию, леди и джентльмены… Игра сделана… Дело осталось за малым: встретить где-нибудь за пределами системы Ромагны гнусную Мэкс Чер и нанести ей какое-нибудь интересное увечье. Еще до вызова на дуэль Лу Сид бесповоротно решила вживе устроить мадам Чередник полное дамское обрезание, избавив от женских выпуклостей на торсе как сверху, так и снизу. Ко всему прочему после судебного поединка-ордалии убивать мерзавку было бы верхом неприличия, а желтые медиа на высшем уровне пансенсорного восприятия любят транслировать медицинские шоу только для взрослых, где со знанием садомазохистского дела со вкусом демонстрируют, как и почему посттравматическая косметологическая процедура выращивания у женщин новых первичных половых признаков есть удовольствие дорогостоящее и болезненное.

iiii На первый взгляд, Рам Свар довольствовался всего лишь одним экзотическим мечом-пуддхой в левой руке, однако очень искушенные поклонники гладиаторских сражений могли отметить: на правом кулаке бойца едва видна прихотливо изогнутая перемычка кастета-важдры, призванного сводить на нет мономолекулярные режущие кромки холодного оружия, вдобавок, вероятно, оснащенного, по меньшей мере, двумя пучковыми разрядниками.

–  –  –

кшатрий-ассассин Рамокхан Сварадж всегда оставлял за собой последнее слово и неоспоримое преимущество перед жертвой. Он не выносил нежданных напастей и малоприятных внезапностей, категорически нетерпимых на гладиаторской арене, где Рам Свар время от времени выступал для поддержания боевой формы или же как сегодня по просьбе-приказу своего покровителя – аквитанского маркиза Гренадана де Никсолент-Ваннского.

Закрытый аристократический клуб на Аквитании Секунде предоставлял

–  –  –

выставленная против тщедушного бойца-коротышки со странным мечом, переходящим в круглую конусовидную гарду, в действительности является майором орбитального десанта, и сражается она там внизу вовсе не по своей доброй воле. Зато кшатрий-ассассин Рам Свар имел в невозбранном распоряжении весь авантаж и необходимые вводные.

В тотализаторе через надежных жучил Свар сделал на себя, драгоценного, несколько крупных ставок и пребывал в абсолютной уверенности в победе,

–  –  –

биотроникой. Все же скорость и реакция профессионального убийцы значительно превышали возможности обычного человека-нонкомбатанта, каким внезапно стала майор орбитального десанта. Вот оно как, если маркизу Никсо и его людям позарез понадобилась конфиденциальная информация, то они ее внаглую добыли, когда извлекли из грудной клетки похищенного имперского офицера боевой информационный модуль, а после уточняющих допросов, сканирования и промывания мозгов отработанное тело выбросили на гладиаторскую арену на поживу мелкому хищнику Раму Свару.

–  –  –

достоверно-объективно. От начала схватки и до самого ее финала у зрителей не возникало сомнений в том, что ни много ни мало случайные шансы мужчины и женщины так или иначе сопоставимы в азартной игре при силовом женском преимуществе. Полутораметровый палаш орбитального десантника в руках противницы вон того гномика-карлика, ее рост, вес, рельефные мышцы живота и спины, напряженно раскачивающиеся глыбы грудей смотрелись угрожающе.

А против – всего-то навсего вроде как крыса-пигмей, низкорослый ратер из

–  –  –

металл-хитиновые фехтовальные доспехи и вооружился коротким клинком.

Самому Раму Свару силы и средства противоборствующих сторон представлялись совершенно по-другому. Могучую соперницу он отстраненно и меланхолично считал чем-то вроде высоченного голого манекена, на каких в торговых галереях демонстрируют по отдельности предметы дамского нижнего белья. Он не сомневался в успехе ни раньше ни теперь – ему противостоит всего лишь долговязая, из-за жирного эндоблиндирования неповоротливая и неуклюжая бело-розовая кукла, которую нужно, ни в коем случае не торопясь, красиво и умело разделать на куски органики, удобные для переработки в бытовом утилизаторе.

То, что прекрасно умел, чем немало наслаждался Рам Свар, один из

–  –  –

тератологическим носителем квазиметарапида, произвольно проявляющегося в форме электрохимического энзимно-ионного “Sturm und Drang”, то есть “бури и натиска”, как оно звучало, по словам того яйцеголового на древнем арийском языке. В абракадабру научника Рам Свар не врубился, не въехал и ее не просек, но насчет арийского языка ему понравилось. Между прочим, сам себя кшатрий Рамокхан Сварадж полагал чистокровным гималайским арийцем, откуда бы ни выводили его родословную дылды-завистники – прочие телохранители милорда маркиза Гре Никсо.

–  –  –

недоуменно-возмущенными воплями, исход боя стал ясен, после того как в мгновенном змеином броске Рам Свар отсек у соперницы кисть правой руки.

Впрочем, поставивших на нее зрителей, безвременная утрата конечности не

–  –  –

наноскафы-дефензории в основном остановили кровотечение, и левой рукой она, пожалуй, действовала не хуже правой. Хотя далее для Рама Свара бой превратился в безопасную для сильного забавную игру хищника с беспомощной полумертвой добычей. Тогда как ничего не подозревавшие дилетанты возбужденно и увлеченно продолжали лицезреть вживую кровавое реалити-шоу. Действительно, вряд ли найдется более захватывающее остросюжетное зрелище, нежели начало конца.

–  –  –

Миф о необратимо пагубной технологической зависимости человеческих сообществ от достигнутого уровня инструментального сциентизма, якобы являющегося sine qua non, неким непременным условием терранской цивилизации, широко распространен, но не находит своего подтверждения во вселенской исторической практике. Однако во фрактальной аппроксимации познания Вселенной возможны окказиональные вероятности.

Тео Сальса, “Принуждение и освобождение”. 1-е издание факультета универсальной истории Терранского университета. Террания Прима. 14 год императора Андра V Фарсалика.

Накануне Динарт Либен и Рональд Тилбо решили накоротке встретиться в одном из маленьких факультетских кафетериев-закоулков, чтобы дружески попрощаться друг с другом. Потому как прозелит-магистр Тилбо благополучно закончил чтение для терранских студентов-дидактиков спецкурса по сравнительной палеосоциологии и должен вскоре вернуться к себе на Теллурию – в тамошнем университете он занимал штатную должность ординат-профессора.

– … Мой дорогой виконт, в условиях технологических бедствий выживание отдельной человеческой особи зависит от многих факторов, где относительная технозависимость в целом данного сообщества homo sapiens стоит далеко не на первом месте. Абсолютизировать высокие и супрематичные технологии, огульно ими пренебрегая или им же безрассудно поклоняясь, бессмысленно и пагубно. Что и доказывает трагические истории Экспарадиза или Кадма-Вэ. А вот имманентно человеческая универсальная приверженность орудиям инструментальной деятельности, безусловно, технологична, и вместе с тем относительна. Чем проще, примитивнее управление каким-либо орудием, средством жизнедеятельности, тем спокойнее живется большинству наших суперлативных соотечественников. Я не веду речь, шевалье Динарт, о филистерских технофобиях и о экогуманистической извращенности. Но согласитесь, социологически люди пребывают в умиротворенном состоянии, если орудия труда перманентно взаимозаменяемы, как и один человек в статистическом контексте, не так ли?

– Мой достопочтенный профессор, вы знаете, вашу постгуманистическую концепцию я не совсем разделяю… Вау, сей допотопный кухонный аппарат наконец-то соизволил состряпать пару эклеров к вашему “капучино” и моему “глясе”. Не извольте беспокоиться, Рональд, для меня это честь – обслужить былого товарища по оружию. Как-никак на Экспарадизе я участвовал в своей самой первой рейнджерской миссии. Признаться, довольно неудачно и скоропостижно… Студент-третьекурсник Либен записался на курс к профу Тилбо сверх учебной программы, скорее, не по причине неизбывного интереса к социологическим воззрениям пращуров изначальной Земли, доимперской Панспермии или из-за ностальгических воспоминаний о рейнджерской юности. Отнюдь, здесь сыграло главную роль интеллектуальное тщеславие истого студента-дидактика. Знай наших, коль рейнджер везде пройдет, в том числе и в бывшем раю! Понятно, с переменным успехом… На Экспарадизе капралу Ли не довелось тесно пообщаться с сержантом Тилбо. Зато когда молодой профессор Рон Тилбо появился в Терранском университете, студент Дин Либен не мог упустить случая блеснуть интеллектом перед любимым учеником магистра Хампера, командовавшего ими обоими во время той достопамятной миссии на одичавшем Экспарадизе-Элизиуме. Как

–  –  –

изощренности, долгого обучения. Научиться адекватно пользоваться топором для колки дров ничуть не легче, чем аналогичным инструментом, отсекающим вражеские головы и конечности. Поверьте моему убогому реставрационному опыту. Хотя мои рыцарственные коллеги по Конгрегации хладного металла

–  –  –

подтвердить этот факт.

– Ба, шевалье Динарт, ваша скромность достойна восхищения. Вы так далеки от малейшего хвастовства, словно бы и не природный гасконец.

– Быть скромным есть добродетель рыцаря. Так записано в статуте нашей клубной конгрегации, сэр. Так же как и мудрость. А посему ответьте, профессор Тилбо, на вопрос вашего недостойного аколита: упростила или осложнила себе жизнь прямоходящая обезьяна, где-то на изначальной Земле впервые взявшая в руку палку, чтобы шандарахнуть ею по кумполу ближнего врага своего?

–Так-так-так… Вижу, не зря говорят, будто настоящие дидактики в риторике непобедимы. По крайней мере, не в один присест в кафетерии. Увы, мне, увы. Смилуйтесь и позвольте откланяться, виконт. Мне надо бы еще в живом весе сказать до свиданья и мое гран-мерси вашему декану. Тем не менее, ваш диалектический вызов, мой дорогой Дин, принят, и я постараюсь ответить на него в новой монографии “Постгуманистический инструментализм”.

– Надеюсь на скорую встречу, Рон. Не забывайте, вы мне клятвенно обещали в будущем летнем триместре вместе поплавать на айсберге. Смею вас уверить – наслаждение незабываемое и изумительное. Вы даже себе не представляете, профессор, как… Дин Ли, подобно всякому антарктическому жителю внешней стороны Террании Примы, никогда не упускал возможность преподнести в лучшем виде природные красоты и достопримечательности своего нынешнего местожительства, вдобавок с истинной гасконской страстью.

Тут нельзя не отметить локальный патриотизм, бывший в огромном почете, большом авторитете и полном уважении у жителей самого холодного континента столичной планеты, всегда старавшихся показать – среди аутсайдеров Большой ТП, честь имеющих населять Антарктиду, эксцентричность и приверженность экстремальному образу жизни есть дело доблести, подвижничества и каждодневного мужественного преодоления трудностей природной среды обитания. Тогда как среди прочих обитателей двойной терранской метрополии, особенно у избалованных комфортом жителей глобально устроенной в климатической умеренности внутренней поверхности огромной столичной планеты, антарктические поселенцы слыли самыми сумасшедшими, чокнутыми, полоумными из всех, знаете ли, поголовно ненормальных ати-аутсайдеров. Тем более, стать столичным ати, поселившись поблизости от южного планетографического полюса, мог любой, без исключения по табели о рангах и происхождению, полноправный имперский подданный, имевший достаточно финансовых средств, а также, что немаловажно, обладавший несгибаемой решимостью благоустроить себе тихое уютное жилище в буранном пандемониуме плотно отмороженной Антарктики.

Столь южное столичное местожительство виконт Либен-Мельхиорент приобрел без малого 10 лет тому назад после обретения полного имперского гражданства ввиду геральдического отказа от титула первого наследника графства Сен-Север на Аквитании Секунде, о чем впоследствии он ни разу не пожалел, будучи гораздо больше беспутным гасконцем-авантюристом, чем надутым аквитанцем, преисполненным национально-бюрократической державностью. За власть над родовым майоратом сводный младший братец – хо-хо, чистопородный аквитанец! – тогда заплатил достаточно отступных, чтобы старший смог укрыть силовым куполом полтора десятка гектаров на шельфовом леднике Росса, что лежит в Западной Антарктиде, восхитительно сползает к побережью и день ото дня с ужасающим грохотом обрушивает в Тихий океан колоссальные айсберги.

В спортивном катании на айсбергах Дин Ли беспрецедентных успехов не достиг, он еще ни разу в одиночку не добрался на растаявшем донельзя ледяном обмылке до южного тропического круга. В таком бездеятельном времяпрепровождении, откровенно говоря, ему было жаль прожигать жизнь, прежде всего в отпуске после какой-нибудь рейнджерской миссии. А уж когда он вышел в красный резерв и был принят в Терранский университет, бесцельного досужего времени не стало вовсе у студента-первокурсника Дина Ли, настолько увлекшегося старинным холодным оружием, бронированной амуницией, древними боевыми искусствами, что он подал прошение о вступлении в действительные члены Императорского общества любителей батальной истории, основанного еще Яром IV Пасификатором более 1300 экуменических лет тому назад. Кстати, при Яре IV факультет дидактики Терранского университета и факультетские вооруженные формирования милитантов переехали из Парижа-в-Европе в Сидней-в-Австралии, дабы новая Сорбонна Дидакта интеллектуально и общеобразовательно осваивала Дикий Юг – во времена оны оплот неофеодальных партизан-инсургентов.

Итак, ровно в половине пятого австралийского пополудни Дин Ли

–  –  –

универсальной дидактики, в эпоху Андра V выстроенный в форме сверкающей полуторакилометровой пластхрустальной измерительной линейки. Видать, для вящей нарицательности какой-то архитектурный гений-конструктивист по фасаду снабдил дидактическую линейку-ферулу пятидесятиметровыми делениями с черными обсидиановыми цифрами через каждые десять этажей имперского стандарта.

На архитектурные изыски, исторические реминисценции никто, кроме туристов, не обращает внимание, чего не скажешь о превратностях погоды и несуразицах локального климат-контроля, всякими словами поминаемых всеми и каждым. В южном полушарии царило лето, и в сиднейских субтропических широтах было, по ощущениям Дина Ли и его боевого информационного модуля, малость жарковато –41 градус по Цельсию. Пора бы и океанский бриз организовать. То ли дело у них на Антарктиде!

Куда бы там ни припекало, для регулирования текущей температуры тела-носителя самоотверженно перестроившихся соматических наноскафов хватало с избытком, потому Дин Ли и его верный БИМ не стали им помогать, дополнительно задействуя внешние ретроциклические теплообменники, встроенные в традиционную студенческую униформу – джинсы и футболку. К тому же идти нашему студенту до ближайшей транспортной площадки с кабинками локального нуль-перехода каких-то 10 минут. Опаньки, и он почти дома у себя на леднике.

Как бы не так! И вышеупомянутое глупое “почти” лихого рейнджера Ли

–  –  –

недоумков. Дескать, мгновенные перемещения вредны для человеческого организма, и ему, болезному, требуется время для адаптации. Иначе-де не избежать тошноты, головокружения или еще более гибельных симптомов.

Исходя из того бюрократически, включительно в локальных перемещениях, на чистом юридическом языке законодательно предписано, чтобы в пункте отправления постепенно сменялись состав атмосферы, давление, влажность, гравитация на те условия, какие ожидают пассажира в пункте назначения. А до тех пор бедолагу-путешественника, наглухо закупоренного в тесной кабинке

–  –  –

калейдоскопически развлекают пансенсорными пейзажами места прибытия, щедро сдобренными коммерческой рекламой. Не разгонишься, жри, что дают

– от условно принудительных объявлений малообразованной публике не так-то просто отделаться.

Безусловно, лошадь, можно не погонять; к примеру, ничего страшного, нужно потерпеть, если тупоумному ментатору нуль-кабинки приспичило долго

–  –  –

креденциалам или же придурок-клиент мучительно вспоминает, куда же он собирался отправиться. А, может, какой-то умный человек в это время рассчитывает дальнейший оптимальный маршрут, пользуясь справочной системой транспортной точки? Но вот, встав внутри светящегося желтым цветом транспортного круга и очутившись в непроницаемом силовом коконе, 5-6 нудных минут скучно ждать пока вокруг тебя еле-еле организуется приполярный холодок и дико завоет вьюга в унисон с рекламными роликами, адресованными полуидиотам, прямо скажем, – вещь малоприятная и утомительная, если так каждый божий день по дороге в универ и обратно.

С таким вот дорожным безобразием Дин Ли никак не мог смириться, пускай его БИМ за микросекунду доставал до глубоко спрятанной опции

–  –  –

оплатой тарифа и активированием адреса пункта прибытия. Посему на университетской транспортной точке Дин Ли непреклонно пользовался вторым желтым кругом справа, где биотроника, упрятанная под транзитную зону, хорошо знала, что нужно такому-сякому привередливому пассажиру. Ибо сказано было на заре технологических времен и растиражировано на всю суперлативную Ойкумену хитроумным магистром Хампером: то, что создано программно и аппаратно, преодолевается опять же программно и аппаратно теми, кому для этого хватает мозгов.

–  –  –

изобретательный рейнджер Либен не страдал и потому не поленился аппаратно перенастроить ментатор второго круга справа на по-настоящему мгновенное перемещение. Раз-два: шаг с левой ноги в Сиднее, с правой – и ты

–  –  –

акклиматизации.

Правда, существовала опасность, как если бы ментатор нуль-кабинки, будучи слегка не в себе от несанкционированного вмешательства, возьмет да и, например, вместо горячей австралийской пустыни Симпсона, где базируются игорные заведения, занесет по ошибке какого-нибудь игрока-забулдыгу вслед за озорным студентиком прямиком в антарктический мороз, стужу, буран, пургу и вьюгу. Но эта юмористическая проблема озорника Дина Ли ничуть не волновала. Он полагал: надо хоть как-то добавить правдоподобности леденящим душу историям, регулярно публикуемым в перигалактических желтых медиа о пропавших без вести в нуль-переходах безвинных пассажирах или унесенных бесподобными ветрами-бурями неведомого гиперпространства незнамо куда на офигенные рога, то есть на съедение к чертям-пришельцам, к диким саблезубым сопри-мутантам или посланных куда-нибудь в очень дальнюю даль, чьи координаты кратко определяются одним или двумя малолитературными словами.

Тому подобными непечатными краткими фразами могли благословить и обложить шибко образованного анонимного хулигана полиция, жандармерия, страховая компания и техперсонал, обслуживающий данную транспортную площадку из двенадцати желтых кружочков, если бы в самом деле стряслось что-либо неприятное. Но все было в штатном порядке, потому как по-своему

–  –  –

застывшему на платной парковке, продуваемой всеми антарктическими ветрами, которые были явно не в силах разогнать легкую дымку сухого пара, предотвращающего обледенение ходовых частей бережно хранимых средств передвижения жителей кондоминиума Росс. Спустя минуту авиетка резво взмыла в снежную круговерть и сквозь непроницаемую обычным зрением белую мглу рванула домой на минимально разрешенной высоте 20 метров над эпидромом. И побоку радующие глаз южные пейзажи восьмидесятой широты.

Не только потому что видимость в ординаре была стопроцентно нулевой, Либен поручил тупому автопилоту летательного аппарата доставить его по месту назначения. И побыстрее, с максимально возможной скоростью 6М, если позволят встречный ветер и снежные заряды. Полетное время 15 минут. Вперед и с музыкой, железный дятел!

Пусть обычно Дин брал управление на себя и свой умный БИМ, сейчас ему настоятельно потребовалась четверть часика окончательно обдумать, наметить, как получше да пожестче, широко проявив гостеприимство, принять коллегу по военно-рыцарскому клубу Сунь Янцзена, с кем он позавчера договорился сегодня круто потренироваться на треф-кинжалах в живом весе и до первой крови.

–  –  –

стародавняя французская кухня возместит нам энергозатраты ничуть не хуже антикварной ханьской гастрономии… Вне всяких сомнений, сражаться они станут при аппаратно отключенных БИМах, поскольку оба владеют этой разудалой методой, едва ли не капитально наказуемой законом метрополии и командованием корпуса рейнджеров. Если на программно отключенный мониторинг боевого имплантанта, загрузку ложных данных, даже перевод БИМа в спящий режим – чаще всего смотрели сквозь пальцы (вполне простительный проступок, эх, каждому порой нужна временная неприкосновенность частной жизни) то полная аппаратная дезактивация БИМа и его системы самоликвидации ныне подлежали дисциплинарно-криминальной ответственности за нарушение режима безопасности. За такой криминал излишне рисковый комбатант мог реально загреметь в резерв пост-мортем на веки веков и оставаться в имперском депозитарии, пока красное расширение Вселенной не сменится на ее голубое сжатие. Или вообще никогда более не дождаться посмертной реституции.

Когда буква закона мертва, а техногенная эволюция животворит, во Вселенной обитаемые миры гибнут значительно реже, чем свершается правосудие, как бы ни хотелось обратного присяжным юристам, а также законодателям всех времен и народов. Как водится, с древних веков римского права и далее в экуменическом пространстве-времени Звездной империи Террания подвластные народы, свободно действуя на свой страх и риск, компенсируют частной инициативой благие общественные пожелания, распоряжения и законы, произвольно устанавливаемые власть имущими. Тем более это справедливо при авторитарно-либеральных имперских порядках, где никакой вам социально-технологический контроль априори не способен

–  –  –

демократически царствующим на выборах, и временным меньшинством, избираемым или назначаемым для отправления включительно ограниченных властных полномочий и прерогатив.

Без исключений не бывает правил, нисколько не претендуя на оригинальность, полагали рыцари Конгрегации хладного металла, а посему в сражениях и поединках с кое-какой толикой аутентичности реставрировали старину, надежно отключая анахроничные, неподобающие устройства: боевые имплантанты с полноспектральной периферией и гравиоптикой, пансенсорные коммуникаторы, псионические анализаторы ментальной активности и универс-пояса с генераторами защитных полей. Все же до абсурдного ригоризма реставрационные старания никто не доводил. Уж слишком отсталым представлялся современным рыцарям праисторический воинский реквизит: хрупкое холодное оружие из древней булатной стали, мгновенно теряющей остроту заточки; так же изготовленные по старинным кузнечным технологиям негигиеничные железные доспехи-скафандры, вдребезги разбиваемые одним ударом кулака в металл-хитиновой перчатке; неспешно летящие в белый свет метательные снаряды пружинных арбалетов, луков, инженерно не предназначенных для скорострельности и бронепроницаемости, а также прочий военный антиквариат, считавшийся коллегами Дина Ли и Су Цзена чем-то вроде детских игрушек не более травматичных, чем оловянные солдатики из музея.

Разумеется, любой предмет в руках умелого бойца лихо становится

–  –  –

технозависимость суперлативной цивилизации. По компетентному мнению Дина Ли и многих его рыцарственных соратников, истинные воители сами по себе суть смертоносные стражи Вселенной без экивоков на историческую относительность уровня развития метагалактического человечества, вооруженного разумом и орудиями уничтожения всего чуждого и враждебного людскому роду. Так было в прошлом на изначальной Земле, а в результате Панспермии есть в настоящем и беспредельно пребудет в доступном пространстве-времени имперской Экумены.

В вопросе долговременного выживания человеческой расы одноклубники Дин Ли и Су Цзен сугубо стояли на позициях безудержного оптимизма, что, наверное, объяснялось их общим военно-историческом хобби. И тем, как после практических учебно-тренировочных боев и театрализованных батальных шоу, популярных у определенной суперлативной публики, вживе жаждавшей кровопролитных зрелищ не меньше древних римлян, прославленные рыцари сэр Либен-Мельхиорент и сэр Янцзен Даосский, частенько отдавали дань философии военного дела.

– Идеология извечной войны всех против всех, благородный сэр Либен, – дело поразительное и местами удивительное. Примера ради возьмем типичного узколобого милитариста, убежденного в том, что оружие есть продолжение его тела. Меч или нечто более продвинутое в тысячелетиях у него, нашего милитариста психологически врастают в руку, становясь своего рода эффектором рефлекторной дуги. А чтобы достичь несбыточного физиологического совершенства, наш гипотетический воин едва ли не с пеленок учится владеть мечом иль топором. И потом же годами непрестанно упражняется…

– Не вижу в этом ничего, достойного удивления, сэр Цзен. Нас с вами, позвольте напомнить, упорно учили рефлекторному прицеливанию боевой перчаткой и другими средствами поражения по той же, берем по малому счету, апробированной методе.

– Так-то оно так. Но с годами у нашего милитариста подкрепляются не воинские условные рефлексы, а возникает навязчивое состояние, мономания,

–  –  –

типоразмерам, массе, рычажной балансировке, декоративным украшениям. Не случайно на изначальной Земле в темные века феодальной Европы было принято давать мечам клички, словно боевым коням или псам. Дальше – хуже.

Оружие одушевляется и отчуждается от своего носителя в отдельных клинических случаях. Налицо синдром психологической зависимости от куска углеродистого железа. И оно же определяет в бою модель поведения зависимого субъекта, а затем тактику и стратегию подразделений и воинских частей, состоящих из тождественных ему милитаристов. Теперь поместим их в иные технологические условия с обновленными видами вооружения…

– Вы совершенно правы, сэр Цзен, – подхватил мысль собеседника Дин Ли. – Это уже можно назвать ригидной технозависимостью и однажды получить неприятный афронт и постыдную конфузию, подобно закованным в железо неповоротливым французским шевалье здорово схлопотавшим от маневренных английских лучников-йоменов в битве при Азенкуре.

Технозависимость высокородных железных болванов оказалась велика, вероятно, поэтому прикормленные менестрели тут же возопили якобы о неблагородстве и подлости метательного оружия.

– А не напоминают ли вам, сержант Ли, те давние дворянские вопли и поэтические сопли то, с какой неприязнью и нежеланием использовать кое-кто из наших коллег, состоящих на действительной рейнджерской службе, неоднозначно приветствует нынче штатный многоцелевой гранатомет Бармица?

– Однозначно, генерал Цзен, сэр, сила привычки к старому оружию и морально устаревшим боевым технологиям есть симптом технозависимости, сэр.

– Тогда сэр Ли рассмотрим другую крайность, когда какой-нибудь пацифист считает личное оружие столь чуждым ему предметом воинского обихода, что чувствует себя безвольным оружейным придатком. Ему кажется, будто бы не он управляет смертоносным вооружением, а оно само злонамеренно руководит им, по натуре мягким, гуманным, мирным, так сказать, цивилизованным человеком. Наш пацифист тоже склонен одушевлять и давать имя собственное мечу, топору, копью – приписывая безмозглым железякам антропоморфные зловредительные умыслы.

– Ну, здесь все просто, сэр. Старая басня. Мол, виновато вино, а не пьяница, злоумышляет меч, а не рука. Стоит разоружиться, воткнуть злой меч в наковальню, а копье – в кучу металлолома, и все станет тип-топ. У пацифистов оно, скажем, копье – один из партикулярных случаев, когда они ищут и находят соответствующие оправдания, позволяющие им без ущерба для собственной тщательно лелеемой миролюбивой совести участвовать в войне и убивать так же результативно, как и столь нелюбимые ими милитаристы.

Согласно моему скромному опыту и предвзятым наблюдениям, на недоразвитых планетах, где в ходу воинская повинность и насильственный государственный призыв в армию, пацифисты-дилетанты временами отчаянно воюют получше иных профи. При всем при том наши воинственные миролюбцы суть индоктринированы, часто становясь полноценными комбатантами по идеологическим, религиозным, политическим мотивам.

–  –  –

добровольческом корпусе рейнджеров наличествуют как мотивированные милитаристы, так и пацифисты, если рассматривать многих рейнджеров, с кем нам довелось служить, в качестве психологических типажей по отношению к оружию. Вы со мной согласны? – вопросительно резюмировал бригадный генерал красного резерва Сунь Янцзен.

– Зато у нас в Конгрегации, благородный рыцарь Цзен, ни милитаризм, ни пацифизм не в чести, не правда ли? – риторически ответствовал одноклубнику мастер-сержант Динарт Либен и перевел военно-теоретическую мысль в практическое русло. – Закажем еще бутылку кларета по гасконской рецептуре, генерал?

– Пожалуй. Рыцарям, друг мой, не грех предаваться простительным излишествам по окончании горячего ратного дела… Вот и сегодня Дин Ли по завершении домашней схватки намеревался за обедом продолжить с Су Цзеном разговор на тему, неделю назад затронутую после триумфального штурма белыми рыцарями замка Вольфенштайн, откуда на радость зрителям они с чувством вышибли так называемых черных злодеев, коими водительствовал сам высокий командор Конгрегации хладного металла.

Все как в доисторической игре в двухмерные шахматы, где белые и черные фигуры не бывают ни хорошими, ни плохими. Цвет металл-хитиновых доспехов все-таки тоже не имеет значения в нынешних рыцарских ристалищах.

В то время как правила военных игрищ, свято исповедуемые рыцарями Конгрегации хладного металла, четко и строго регламентируют, когда, где,

–  –  –

полиметалла медленно пробивал броню всего лишь со скоростью 2 миллиметра в секунду. Убойные миллисекундные гравиперфораторы на оконечности клинков находились под запретом, зато не возбранялось оснастить острие оружия архаичным пневматическим вибропенетратором и продырявить металл-хитин зазевавшегося условного противника за каких-то

–  –  –

метательного приспособления, но дуговая пружинная полоса использовалась для нагнетания воздуха в ударно-спусковой механизм, а наконечники кинетических выстрелов с эффективной дальностью стрельбы до 300 метров тоже оснащались вибропенетраторами с частотой колебаний 50 тысяч герц, как и острия клинков.

Аналогичная пневматика также применялась в предложенных рыцарем Су Цзеном вакуумных присосках наколенников и перчаток для преодоления вертикальных поверхностей при штурме зданий и крепостных стен вместо громоздких силипластикатовых лестниц и канатов с крючьями-кошками.

Конечно, можно было использовать антигравы или доски-экранопланы,

–  –  –

наноскафам-дефензориям, так как иногда славные рыцари наносили друг другу невозбранно тяжкие ранения. К слову, без большой или малой крови никогда не обходилось ни одно из театрализованных исторических шоу, периодически устраиваемых Конгрегацией хладного металла, бравшей на себя вместе с Ассоциацией экстремальных видов спорта страховку акцидентов вплоть до реституционных процедур для ненароком погибшего доблестного комбатанта. Но на уединенной тренировке смерть или полученное увечье под категорию страховых случаев подпадали с неимоверным трудом. Поэтому Дин Ли и Су Цзен, хоть и числились в привилегированном красном резерве, в учебно-развивающих поединках с боевыми треф-кинжалами в руках берегли один одного и действовали крайне осторожно. Тем паче 70-сантиметровый

–  –  –

противовеса-трилистника на рукояти представлял собой поистине грозное колюще-рубящее оружие рукопашного боя.

– Вы готовы, сэр Ли? Ну, начнем, благословясь, мой юный друг… *** Дин Ли и Су Цзен не считались ни возрастом, ни чинами. Они чудесно

–  –  –

молодецкие студенческие забавы Дина Ли, никак не желавшего угомониться и после 30 лет, прочно разменявшему девятый десяток, но далеко не дряхлому Су Цзену не казались предосудительными. Он знал, как Дин Ли прямо из амниотического центра очутился на студенческой скамье. Словно двоюродный

–  –  –

доброжелательно-снисходительно относился к молодому коллеге.

Вместе с тем, тесную дружбу с отвязанным студентом Дином Ли военный адъютант главы Имперской комиссии по новым вооружениям бригадный генерал Су Цзен не очень-то афишировал. И дело было вовсе не в его видной

–  –  –

безосновательных обвинений в гомосексуализме. Совсем нет, истинная причина скрытности их отношений таилась в совместном участии в экспериментальной программе оптимизации психофизических ресурсов человека.

Сегодняшний тренировочный бой тет-а-тет тоже был отнюдь не рядовой

–  –  –

физиометрического контроля Дин Ли и Су Цзен испытывали, отрабатывали экспериментальную методику ускоренного передвижения и восприятия при отключенных боевых имплантантах.

Целлеризация, джентльмены! Такой вот латинизированный термин пустил в рабочий оборот узкой группы испытателей и разработчиков научный руководитель закрытого от посторонних медико-биологического эксперимента доктор медицины и действительный магистр ксенологии Атил Алмо.

Как шеф-директор одного из реабилитационных амниотических центров корпуса рейнджеров, полковник Атил Алмоши обладал немалыми ресурсами и резервами для разработки закрытых тем, претворения в жизнь персональных

–  –  –

реализации благодатных академических свобод вне контроля вездесущей, сующей свое свиное рыло куда ни попадя гуманистической общественности, ратующей за торможение техногенной эволюции человека, неизменность и неприкосновенность его образа, будто бы спустя тысячелетия homo sapiens sapiens по-прежнему должен архаично соответствовать мифологическим

–  –  –

библейскими псевдонимами Адам и Ева.

Не счесть по именам доктору Атилу Алмо всех своих вольных и невольных, условных и безусловных идейных врагов-ретроградов, не справится ему с их

–  –  –

единомышленников-прогрессистов тоже не зашкаливало за все мыслимые человеческие измерения. Кто кого и кто за ны?

Так вот, среди поклонников мыслимого и немыслимого прогресса напрочь не бывает дефицита добровольцев, желающих самостоятельно взойти на жертвенный алтарь науки. Сразу док Алмо без продолжительных поисков обнаружил готовых пуститься во все тяжкие эксперименты трех адекватных

–  –  –

сослуживцев.

Первым подопытным стал капитан Мик Риант еще прижизненно, как, впрочем, и остальные испытатели, совершенно добровольно согласившийся на посмертную частичную генетическую перестройку нервных и мышечных волокон, а также на кардинальную анатомическую оптимизацию собственного

–  –  –

висцеральных наноскафов, разработанных Атилом Алмо в сотрудничестве с Айвом Редвертом, больше известным своими исследованиями в области психиатрии и псионики. Ему, доктору-мозгодавуи дорожная карта в руки. За здравомыслием Мика Рианта доктор Редверт скрупулезно и въедливо наблюдал как до, так и после объявленной смерти и реституции первого экспериментального пациента.

Тот же добрый доктор Редверт привлек к исследованиям целлеризации второго испытателя – Сунь Янцзена. С генеральскими псевдофобиями и воображаемыми синдромами док Редверт квалифицированно расправился, а

–  –  –

высокопоставленное положение на службе императору ему не позволяли погибнуть при эвентуальном стечении спонтанных сколь-нибудь опасных обстоятельств в какой-либо рискованной миссии рейнджеров где-нибудь на далекой планете. В силу пожилого календарного и физического возраста генерал Цзен на четыре долгих томительных года задержался в амниотическом центре, покинув гостеприимных, но опостылевших до невозможности, ласковых докторов-амниотиков в одно время с Дином Ли. Там же за пару месяцев до возвращения к активной жизни по плану воскресившие их

–  –  –

удивительными психофизическими возможностями, умениями, навыками оптимального использования модернизированного тела.

На новенького присоединившиеся к Мику Рианту испытатели вдруг обнаружили: они все трое, невзирая на расово-фенотипические детали, узнаваемо похожи друг на друга ростом, осанкой, в целом манерой занимать своей фигурой место в пространстве, не говоря уже о сходном образе физических действий и перемещений в заурядной эвклидовой трехмерности.

Когда им того хотелось, все они внезапно переставали привлекать к себе внимание на уровне языка микродвижений тела и мимики. В таком варианте ничего примечательного в их облике не наблюдалось. Народ как народ, все такие. Рост, похоже, ниже среднего, примерно 2 метра 40 сантиметров. Может, чуть более сухощавы, чем окружающие. Излишним весом не отличаются, особых объемов вздутой мускулатуры тоже незаметно. Разве что у всех троих

–  –  –

соразмеряют с пониженной гравитацией затраченные усилия на перемещения.

Тоже ничего замечательного, если наши люди постоянно проживают в каком-нибудь ином мире с повышенной силой тяжести или здесь у себя дома

–  –  –

тренажерах. В общем, люди как люди, обыкновенного вида.

В то же время придирчивое анатомическое обследование тройственного облика-габитуса позволяло выявить ряд существенных черт, присущих только испытателям экспериментальной программы целлеризации. У всех троих

–  –  –

параметров, данных не от природы и не от какого-то бога, а привнесенных медико-биологическим экспериментом. Как раз в понимании доктора Алмо главная отличительная особенность испытателей целлеризации состояла именно в их благоприобретенном умении эффективно использовать потенциал

–  –  –

несостоятельность, вернее, ущербность сборной анатомической конструкции, доставшейся человеку разумному от недоразвитых и большей частью канувших в небытие путем естественного отбора филогенетических предшественников:

мелко плававших рыб, еле ползавших земноводных и жалко спотыкавшихся о четырех ногах млекопитающих.

Шеф-директор программы оптимизации ресурсной платформы человека доктор медицины и ксенологии Атил Алмоши настойчиво приводил множество других аргументов с целью подвести теоретический базис под исследования и убедить последователей в правильности избранного пути. Что ж, такова роль всех вождей, вожатых, поводырей и прочих руководителей народов – убеждать идейно убежденных и доказывать то, в чем никто не сомневается. Если врагов ничем не пронять, следует работать с друзьями, отнюдь не пренебрегая банальностями и трюизмами. Ничего тут не попишешь, и потому сотрудники дока Алмо, подначаленные и подопытные куртуазно терпели от него многословие, резонерство, разглагольствия, как и всякую другую вербальность, хорошо свойственную большим и малым предводителям рода людского.

***

–… Матушка-природа, если вам сие угодно узнать от меня лично, милостивые леди и джентльмены, рекурсивно движима статистической методологией малонаучного тыка. То туда, то сюда она бесцельно дергается многотрудным и малоэффективным путем проб и ошибок, в суете и бестолковости загоняя свои творения в эволюционные тупики. Ни о чем ином так неопровержимо не свидетельствуют окаменевшие останки прямоходящих двуногих антропоморфов, обнаруженные на некоторых планетах, далеко отстоящих одна от другой в пространстве и времени. Очевидно, примитивные ксеногоминиды на своих двоих никуда не смогли убежать от превратностей и пертурбаций бессистемной эволюции. Еще больше на разных планетах вымерло животных видов, имевших сильные задние опорные конечности снизу и слабые хвататательные сверху.

Можно сказать, двуногое прямоходящее человечество изначальной Земли оказалось сверхудачливым биологическим родом-племенем, потому как, выбирая из бесчисленных исходных вариантов, природа спонтанно сумела развить одну, а не две, заметьте, доминирующую пятипалую хватательную конечность. Выходит, там, где человек ни в зуб ногой, как когда-то говорилось, туда он походя сунется вооруженной рукой. Наша правая рука и левая знают, что они делают; так же, как и оба полушария головного мозга, наши руки в образе действий и мышления зеркально ассиметричны. Будь то у правши или левши застойной равновесной симметрии, лишенной стимулов к развитию, мы здесь не наблюдаем, чего никак нельзя утверждать об опорно-двигательном аппарате homo sapiens.

С какой ноги надо ходить и куда – вопросы риторические. Но ходовая часть человека, состоящая из двух нижних конечностей и опорного костяка, никуда не годится для человека в самом деле разумного и он, разумеется, обратил свой пытливый инженерный взор на иные средства передвижения. В

–  –  –

опорно-двигательная система стала типичным эволюционным тупиком, когда природа, наш нерадивый и бездарный конструктор оставила все как оно есть в стагнации, в самом непрезентабельном виде, основательно занявшись руками и головой подопытного экземпляра. Кое-как передвигается, ну и ладно. Тем самым за счет ног у человека развивались руки и мозги. В итоге человек разумный ныне намного больше от природы предрасположен комфортабельно сидеть и лежать, но уж ни в коем разе ни ходить долго, ни бегать быстро или прыгать высоко… От судьбы, конечно, не уйдешь, но в поисках лучшей доли стоит воспользоваться каким-либо транспортным средством. Еще в незапамятные времена можно было с дымком и ветерком прокатиться на паровозе и со свистом полетать на дирижабле. Жаль, по воздуху или по рельсам за ними на двух ногах не угонишься, обязательно на чем-нибудь споткнешься. Оно неудивительно, коллеги. Поскольку ходьба и бег на двух ногах суть весьма неэффективный, медленный, энергоемкий способ перемещения в пространстве-времени. Припоминаю, в исторических шоу и фабулах рассказывают о двух, трех днях пути до такого-то места, а дорогу куда-нибудь еще дальше измеряют неделями и месяцами, а не лигами, милями, верстам или стадиями. При этом не имеет значения двигались ли когда-то люди в пешем порядке, верхом на лошадях или сидя в гужевых повозках-вегикулах… Доктор медицины и нанобионики Атил Алмоши на совещаниях, брифингах, инструктажах нередко забредал в дремучие исторические дебри, но оттуда он неизменно выбирался на торную тропу к основной теме. По правде сказать, с большими трудностями. Пешком все-таки…

– Между прочим, мои дражайшие коллеги, все ли у нас ознакомились с докладом нашей очаровательной мадмуазель Лин Сюрти о физиологии движения хордовых? Если кто-то покамест не читал содержательную работу прозелит-магистра Сюрти, хочу подчеркнуть, я полностью согласен с ее выводами о натуральной иррациональности способов и видов передвижения четвероногих и, прежде всего, двуногих. Действительно, в условиях действия малейшей силы тяжести ходьба и бег представляют собой катастрофическую

–  –  –

вынесенная вперед нога, позволяет передвигающемуся физиологическому телу удержаться в равновесии и не обрушиться наземь. Подобное трудно назвать иначе, чем эволюционным тупиком, где устойчивость приносится в жертву скорости и маневренности или наоборот, как у многоногих живых созданий природы, а также бионических шагающих устройств, когда-либо, где-либо сконструированных человеком.

–  –  –

разнообразных автономных моделей многоцелевых антропоморфных роботов, показательно, практически не нашедших широкого распространения в суперлативных мирах, было сконструировано на два порядка больше, чем прямоходящих на двух ногах боевых машин, с пилотами-водителями или совсем без них с искусственным интеллектом. Подобно изобретателям вечного двигателя во многих мирах не переводятся чудаки, антропоморфно уверенные

– мол, нету ничего лучше ходьбы и бега для здоровья какого-либо железного идиота, в противоположность тому, что неоднократно доказала и продолжает доказывать экспериментальная бионика. На свое несчастье, приверженцы сей шагистики скоро убеждались в иллюзорности ходячих и бродячих замыслов, хотя еще больше пострадали те, кто всерьез ставил на шагающие механизмы, предназначенные для ведения боевых действий.

Двуногие бронированные монстры с тяжелым вооружением, оказались

–  –  –

рентабельными целями в сравнении с легкозаменяемыми пехотинцами на хорошо вооруженных краулерах, крипперах, мультиподах и тому подобной колесно-гусеничной техники давно прошедших времен. Сосредоточенный расстрел из фугасно-кинетического и корпускулярно-волнового оружия одной из всего лишь двух опор колосса на дрожащих стальных ногах катастрофически быстро превращал его в лежачую стационарную мишень. Тогда как дополнительная защита подвижных опор и ходовой части влекла за собой либо

–  –  –

сравнительно-исторически вымерли еще быстрее, чем двуногие тираннозавры на изначальной Земле. М-да… ящеры все-таки продержались дольше, так как имели третью точку опоры в виде хвоста. Кстати, неподалеку от муляжей

–  –  –

Терранском музее древностей можно увидеть прототип громадного двуногого чудища-танка среди других курьезных образцов антикварной боевой техники.

Как видим, смехотворные антропоморфные измышления и реальные боевые технологии оказались несовместимыми явлениями. В настоящей войне ветхозаветное человеческое тело и медлительно эволюционирующий мозг отнюдь не являются кладезями бионических откровений и источником новых технологий.

Можно возопить от нашего эволюционного бессилия и горестно

–  –  –

филогенетический, ах, безрезультатно суетлив или бездарно нерасторопен.

Ничего подобного, леди и джентльмены! Потому как наш человек презрел отсталый филогенез и безобразную наследственность. Он, подлец-молодец радуется жизни и готов ее защищать с оружием в руках. Чуть что он, мерзавец-уродец лезет воевать с кем угодно и когда угодно, в том числе и с сами собой, со своими природными недостатками. Тут-то мы, дорогие коллеги, возьмем и немного подправим природу-родительницу, ткнув ее мордой в собственные недоработки.

Как вы, наверное, догадываетесь, коллеги, первым шагом нашего человека в процессе управляемой автоэволюции стала разработка механических и

–  –  –

аналогичных упражнений для мышц и сухожилий рук, ног, корпуса состояли приснопамятные тайны забытых боевых искусств древности. Разумеется, не все было утрачено в ходе экуменической Панспермии, потому как уже многие

–  –  –

человека, работающего над собой, стало внедрение всем нам хорошо знакомого боевого информационного модуля. А впоследствии с развитием амниотических нанотехнологий появилась возможность использовать режим метарапида. В моем понимании, метарапид есть управляемый гормональный шторм, сопровождаемый метаболическими микровзрывами. Отсюда, между прочим, проистекает медицинский термин RMS, то есть быстрый метаболический двигательный стресс, предложенный самим великолепным доктором Тегу Кабралом.

Сейчас, дорогие коллеги, спустя 580 экуменических лет мы с вами, медленно поспешая, делаем еще один кропотливый маленький автоэволюционный шажок, и пусть благодарные потомки назовут нашу целлеризацию гигантским шагом для всего прогрессивного человечества… Док Алмо обожал произносить тосты и провозглашать здравицы в честь науки-кормилицы во время неизбежных обеденных перерывов, пока еще необходимых испытателям, и втолковывать им давно усвоенные прописные истины.

– В режиме метарапида, досточтимые коллеги, как нам известно, боевой имплантант, контролируя нервно-гуморальную активность человеческого организма, позволяет значительно ускорить прохождение периферийных нервных импульсов, а головному мозгу помогает развивать новые нейронные связи. Причем даже вне воздействия пансенсорной среды предшествовавшие постоянные тренировки с БИМом придают нам способность более полноценно использовать скрытый потенциал всех анализаторов органов чувств и отрабатывать кинематические рефлексы на ускоренном уровне. Так что ныне, благодаря нашей методике целлеризации, вы, мои достославные испытатели, дополнительно обладаете правом и возможностями самостоятельно ускоренно двигаться и воспринимать окружающую среду без посредничества биотронных кибернетических устройств. Вы уже не раз могли удостовериться, как анатомически и ментально ваши телесные кинестетические и ольфатические анализаторы вкупе с новыми анатомическими рецепторами на порядок превосходят экстраординарные показатели, установленные для человека. В умении без специальных средств анализировать и систематизировать множество доступных запахов, свое место в пространстве-времени вам также нет равных среди животных-рекордсменов.

–  –  –

двух-трехкратному метарапиду, отнюдь не предел, если мы понемногу избавляем человеческий организм от необходимости совершать массу атавистических лишних движений, действий. Мы запрещаем ему подчиняться

–  –  –

надстроечным инстинктам, унаследованным биологическим видом homo sapiens sapiens в процессе неразумной природной эволюции.

Секрет целлеризации, мои любезные коллеги, прост и незамысловат и вместе с тем он неимоверно сложен и прихотлив. Казалось, чего проще – ни единым мускулом, суставом, нервом, тканью, клеткой не прибегать к функционально излишним, нерациональным действиям и реакциям? Тем не менее, это сложнейшая многоплановая проблема, джентльмены. Не мне вам

–  –  –

эмерджент-системы не в состоянии эффективно возместить энергозатраты на целлеризацию. Посему вам приходится, извините за неудобство, вульгарно и усиленно насыщать организм сверхкалорийной пищей и, пардон, ускоренно испражняться. Кое-как дело поправляют внутривенные микродозаторы, но они суть паллиатив и профанация до тех пор, когда на амниотическом уровне не будут перестроены и модернизированы наноскафы эмерджент-системы человека. Не так-то нам легко избавляться от врожденных недостатков, присущих животной пищеварительной и выделительной предыстории.

Для сравнения гляньте вашим улучшенным восприятием на стадо где попало гадящих, суетливых и бестолковых, неуклюжих, распущенных приматов где-нибудь в заповеднике или охотничьем парке. Вот оно от какого невыносимого наследия нам надлежит избавиться! Немногим лучше на фоне обезьян выглядят хищные плотоядные животные, пусть патентованные трюизмы насчет неких грации, собранности, изящества передвижения кошачьих почему-то доселе звучат в устных речах невежественных обывателей.

Тогда как о нелепо топочущих громоздких копытных и об их навозе вообще неловко вспоминать за обедом. А вошедшие в поговорки нерасторопность и неловкость древних слонов и медведей?

–  –  –

сравнительной экзобиологической анатомии – крылья летающего создания должны крепиться не к грудному отделу позвоночника, а к мощным тазовым костям. По причине данной иррациональности летные характеристики идиотических живых махолетов, характеризуются поистине сумасшедшими энергозатратами, нисколько не компенсируемыми у некоторых больших птиц случайно обретенной способностью кое-как парить и планировать на восходящих потоках воздуха. Естественно, при создании эффективных и экономичных летательных аппаратов образованные инженеры-конструкторы всегда исходят от противного – подальше от птиц и ошибок бессистемной спонтанной эволюции.

–  –  –

руками-крыльями, вовсе не созданными для нормального полета, человеку разумному нет нужды. Тем временем, рационально и неустанно двигаться, превосходя хищных зверей в физической мощи, скорости, выносливости, вам необходимо в силу дальнейшего закрепления, развития благоприобретенных навыков и умений. Да свершится истинно, а потому ваше предложение, мой дорогой виконт Либен, устроить большую экспериментальную дорогостоящую

–  –  –

благодарностью принимается. А с проклятым бюджетом, да-да, как-нибудь через спонсоров уладим… *** В том, что его светлость граф Алмоши знает толк в групповой охоте с холодным оружием, виконт Либен неоднократно имел немалое удовольствие убедиться непосредственно рядом с графом. Да и милорд генерал Янцзен ох горазд с треф-кинжалом и копьем-ассегаем в бытность свою на охоте. Или как нынче, на фехтовальной площадке в Либен-маноре. Само собой, тренировка завершилась двумя мелкими царапинами, без глубоких травм и происшествий.

И по поводу содержательных речей дока Алмо они вдоволь посмеялись за обильным обедом в тропическом саду, где за растительным занавесом едва виднелись блистающие в свете орбитальных лунных крепостей заснеженные просторы, отделенные от сотрапезников прозрачным силовым куполом.

– Рыцарственный коллега Цзен, по вкусу ли вам пришлась дичь в

–  –  –

рецепт-программе?

– Весьма питательно, мой друг, весьма.

– А у меня еще страсбургский пирог наготове, с пылу с жару. О, какая на нем корочка…

– Помилосердствуйте, виконт! Мне столько не съесть.

– А вы попробуйте, вам понравится, генерал. Побудьте хоть немного гасконским обжорой, – благодушно потчевал гостя радушный хозяин.

– О, горе мне, горе, бедному ханьцу. Всю жизнь довольствоваться горсточкой риса в день, а тут на тебе, забудь об умеренности и воздержании, коль занимаешься, с позволения сказать, чревоугодной целлеризацией.

– Ой-ой, а как же ваши знаменитые чайна-ланч, добрый сэр?

– Они, мой виконт, предуготованы для хороших гостей и друзей… Повисла нелегкая пауза, словно среди тропических зарослей зеленого обеденного зала Либен-манора вдруг повеяло ледяной бездной глубокого космоса. Прежде расслабленно сибаритствующие рыцари неуловимо подтянулись в тревожной угрожающей готовности действовать. Затем генерал

Цзен предложил тост:

– Давайте-ка торжественно выпьем, мой друг, за то, чтобы Мик Риант поскорее к нам вернулся. Он – наша совсем не лишняя треть… Мне отчего-то кажется, капитан Риант не погиб и благополучно выберется из той передряги на Кадме-Вэ.

– Так точно, милорд генерал, сэр. Я тоже буду рад увидеть Мика живым… О подробностях катастрофы, постигшей фельд-кампамент полковника Тотума, о капитане Рианте, пропавшем без вести, Дин Ли узнал три дня назад от своего нынешнего приятного сотрапезника и собеседника. Тогда о том еще слыхом не слыхивали всеведующие трансгалактические масс-медиа. К сожалению, сегодня генерал не смог поведать ничего существенно нового о

–  –  –

пространства-времени. Слишком далеко, не меньше семи астрогационных нуль-перегонов, а постоянные космодезические маяки-ретрансляторы интергала, связывающие с цивилизацией санитарный кордон вокруг Кадмеи, так небезопасную планету успели на свой журналистский манер обозвать масс-медиа, установлены лишь вчера, и доступ к ним закрыт. К тому же конфиденциальные источники закрытой информации, держащие в курсе событий генерала Цзена из Имперской комиссии по новым вооружениям, также далеки от метагалактического всемогущества и ясновидения. Или же бригадный генерал Янцзен зачем-то не желает делиться сведениями с мастер-сержантом Либеном. Но это вряд ли…

– Давно хотел спросить вас, генерал, почему вы до сих пор не перейдете в полноправное имперское подданство? Ваш пост в имперском правительстве, чин, выслуга лет позволяют вам надеяться по меньшей мере на титул барона империи.

– Понимаете, виконт, мы с вами оба по натуре экстремалы, взыскуя в жизни невероятное и необычайное. Пожалуй, находясь в здравом уме и трезвой памяти замечу: как имперский офицер я могу быть титулован, и мою верность присяге императору никому не оспорить. По большому счету, я бы не советовал. Но чувствам моим сумасбродным не прикажешь, виконт. Сердце мое привязано к очагам и алтарям, к далеким могилам предков на малой родине в Ханьхэ, в знак чего я по-прежнему храню не в имперских креденциалах, а в моей душе ханьское гражданство. Ностальгия, мой друг, ностальгия и, безусловно, семейные устои помогают мне оставаться твердым ханьским патриотом на службе императору Терранской империи.

– А если придется выбирать между империей и Ханьхэ, милорд?

–  –  –

Между делом техногенная эволюция кардинальным образом освободила женщину от домашнего рабства, радикально изменив ее социальную роль и функции в суперлативных человеческих сообществах доступной Ойкумены.

Когда-то на изначальной Земле женщины были традиционно номинированы

–  –  –

интеллектуально-механическим приложением к тому, что тогда людям заменяло амниотическую машину, дидакт-процессор и кухонный синтезатор.

То есть женщина рабски была приложена ко всем тем техногенным устройствам, в наши дни во многом обеспечивающим уровень человеческого развития в суперлативных цивилизованных мирах.

Даг Хампер, “Технологический аболиционизм”. “Трансметагалактик”.

Террания Прима. 76 год.

Сабина Деримини небезосновательно считалась женщиной благоразумной и рассудительной. Поскольку в течение многих лет она небезрезультатно занималась традиционно мужской профессией как свободный вагантер – исследователь дальнего пространства-времени.

Или ближнего, если учесть то, как в астроматических окрестностях планеты Кадм-Вэ она обнаружила целых две астрогационных точки нуль-перехода, ведущих почти в цивилизацию, о чем она благоразумно решила не сообщать в Имперский астрографический комитет. Самой, быть может, пригодится туда-сюда и прямо в планетную систему Великого герцогства Касталия-Медиолано… Хватит с них, имперских бюрократов и того, что она обнаружила забытую планету. О премиальных и бонусах, не забудьте, пожалуйста, леди и джентльмены! Они, понимаете ли, лежат ближе к нашему телу, потому как греют душу… Иногда далекое душевно становится близким и, наоборот, если заняться вагантерским поиском в дальнем-дальнем секторе пространства-времени. И Саб Дерим надоумил поискать беглый Кадм-Вэ поблизости от красного остывающего светила близкий родственник мужа, то бишь деверь Стэн. Среди всего прочего, юный рейнджер Уолдер слыл отъявленным сетевым жокеем, время от времени проделывавшим в семейном бюджете зияющие бреши, когда он, каналья бездумно кочевал по ссылкам интергала, невзирая на физическое месторасположение серверов и превратности перегруженных каналов нуль-связи, обеспечивающих метагалактическую информационную общность суперлативной Ойкумены. На сей раз Стэн слишком далеко и глубоко не забирался, поскольку наткнулся на старую пиратскую историю в архивах таможенной службы родной Касталии, о чем он как-то за обедом поведал любимой женушке брата Джоша.

В пиратскую басню о невидимых и неслышимых лучах смерти старшая сестренка Саби, естественно, не поверила. Мало ли что могут напридумывать скучающие бюрократы? Не прислушалось к мелким чиновникам и таможенное начальство. Нечего, мол, тут разводить турусы на колесах. В архив их, в архив, колесики, винтики… Работать надо, джентльмены, работать… И получше, побольше… Тем не менее, истинному вагантеру надлежит самому в лучшем виде окучивать предполагаемый маршрут дальнего поиска, тем паче упомянутый сектор пространства-времени отчасти вписывался в планы вольной пилотессы Саб Дерим. Поэтому она не поленилась самостоятельно залезть достаточно глубоко и далеко в таможенные архивы без малого трехвековой давности.

Оттуда она скачала сведения о том, как кастальский патрульный крейсер снял с полуразрушенной оружейно-транспортной платформы метагалактического класса “корвет-авизо” двух безумных косноязычных картлийских пиратов, доживавших последние дни в аварийном боксе жизнеобеспечения, и сырую поврежденную информацию центрального корабельного ментатора. Туманная статическая картинка, взятая ментатором то ли с макросенсора, то ли со спутника-зонда на стационарной орбите показалась Саб Дерим смутно знакомой. Не то чтобы она уже раньше видела эти очертания материков, высохшие океаны, полураздавленные гигантским катаклизмом горные хребты, местами вывернутую наизнанку планетарную кору. Но где-то когда-то похожее изображение живой планеты, более-менее терраподобной ей приходилось встречать. Быстрый поиск в интергале по сходству изображений ничего не дал.

Лезть надолго, подальше и поглубже было накладно, тем более поручать это задание присяжному транжире денег и сетевых ресурсов деверю Стэну. И сама она тоже ничего путного не вспомнила. Видимо, нам всем хороших линков тоже не хватает или еще каких-нибудь несчастных шариков-роликов в мозгах.

К счастью, иногда мозговитая женская интуиция срабатывает. Или раскрепощенное подсознание помогает, если хорошо расслабиться перед дальней дорогой в приятной мужской компании. Посему спустя пару недель, встретив невзначай старого сослуживца и однокурсника на безалкогольном Магрибе, где они вместе затаривались кое-каким контрабандным оборудованием, в дешевом подпольном баре Саб Дерим внезапно хлопнула себя по лбу и чуть не заорала на все заведение: вспомнила, корова, вспомнила!

В точности похожую картинку с океанами и материками им показывали на первом курсе академии рейнджеров на Фригии Дельте. Правда, на той картинке планета выглядела вполне живой и не такой заброшенной, Создатель его знает как и куда. За вечную память надо было всенепременно выпить… Наутро на трезвую голову главсержанта красного резерва корпуса рейнджеров Сабины Деримини вспомнить и выяснить о странной планетке удалось почти все в соответствующих ресурсах интергала, посвященных ожесточенной интергалактической войне между Звездной гегемонией Цинь-Америк и Народными эмиратами Акбар-уль-Сауди, бушевавшей во времена поздней Панспермии 4540 экуменических лет тому назад. Тогда планета называлась Сянь-Го и обладала неслабым военно-технологическим потенциалом: богатыми арсеналами, научно-исследовательскими центрами и мощной противодесантной обороной планетарных масштабов в качестве

–  –  –

принадлежавшего цинь-американцам.

Глобальное недовольство войной и мало чем подкрепленные имперские замашки метрополии Цинь-Америк подвигли местные демократические власти на сепаратизм, мятеж и крепкий вечный мир без аннексий и контрибуций. А буде кто не согласиться с решением общепланетного мирного референдума, тем одиозным ястребам и приверженцам войны до победного конца мятежники-пацифисты истинно пригрозили Кадмовой победой. То есть самоубийственным сражением, где не будет ни победителей, ни побежденных, Точнее говоря, схваткой, названной по имени древнегреческого героя Кадма, некогда основавшего метрополию Фивы на изначальной Земле.

Без должных на то оснований власть имущие цинь-американской метрополии кадмейской военной угрозе пацифистов не вняли и, посчитав ее террористическим шантажом, не уступили. Не стала предостережением для сильных гегемонистских миров и смертельная борьба за Фивы в стародавней Элладе, какую древнеримские историки уважительно назвали Cadmea victoria, а страшной Кадмовой викторией не без оснований пугали безрассудных полководцев и военачальников всех времен и народов. По всей видимости, военным и политическим вождям Цинь-Америк не хватило мудрости и рассудительности, чтобы изучить, подобно Саб Дерим, палеографические источники, прежде чем собираться в поход на пацифистов-мятежников Сянь-Го. Из 8 астрорейдеров, атаковавших сектор пространства-времени, где обреталась планетная система Сянь-Го, гегемонисты потеряли пять первоклассных по тем временам кораблей-платформ, уничтоженных невиданным и неслыханным в Ойкумене баснословным тахионным оружием.

Спустя год самоубийство совершила усиленная эскадра акбар-саудитов, неосторожно позарившаяся на бесхозную колонию. Она тоже накрылась древнегреческими бронзовым щитом, позднейшего производства медным тазом и другой более крепкой суперлативной и технологичной утварью.

Потому как вместе с 12 эмиратскими астрорейдерами, собственным светилом, двумя газовыми гигантами, прочими планетами и крупными планетоидами пацифисты Сянь-Го превратили в межзвездный газ обширный сектор пространства, да и сами сгинули в безвременьи. За что аналитики и военные обозреватели тогдашней Ойкумены очень даже заслуженно переименовали Сянь-Го само собой в Кадм-Вэ, тем самым подтвердив: греческая басня о Кадмовой победе стала былью экуменической истории человеческих сообществ в другое время с иными воителями, обернувшимися звездной пылью.

Вскоре о Кадме-Вэ и тахионных пушках, якобы на сверхсветовой скорости крушивших вражеские астрорейдеры кинетическими снарядами, военные обозреватели и разведслужбы других звездных царств-государств, державших вооруженный нейтралитет в войне между Цинь-Америк и Акбар-уль-Сауди прочно позабыли, потому как спустя пару экуменических лет обе метрополии уничтожили сами себя тем же самым суперлативным оружием в виде распределенного деструктора-пространства времени, отправившего в небытие Кадм-Вэ с астрономическими окрестностями. Тогда как безумную версию, будто бы планета дерзко переместилась в пространстве-времени, все оставили без должного внимания, потому что в доступной Ойкумене начались долгая война и очень много политики за дележку колониального наследства бывших эмиратов и экс-гегмонии.

Саб Дерим еще немного покопалась в гегемонистских и прочих источниках, пытаясь выяснить, может ли какой-нибудь планетарный спацио-темпоральный движитель совершить нуль-переход в результате грандиозного пробоя метрики-пространства времени. Оказалось, и тогда об этом думали, и теперь астрофизики да математики такой чисто теоретической возможности не исключают. Хотя вероятность того, что большое планетарное

–  –  –

пространстве-времени, и сложные математические расчеты навели на пилотессу Дерим невыносимую скуку, когда она приближалась к окрестностям красной звезды.

Вон там, если дальняя гравиоптика не врет, вокруг того тусклого красного карлика, возможно, приблизительно, вероятно, все еще обращается планета с треклятым именем Кадм-Вэ. Поищем-поищем, но аккуратно… В дальнем и глубоком поиске ни в чем нельзя быть уверенной. И Саб Дерим вовсе не улыбалось получить по рогам и между глаз из какой-нибудь древней тахионной пушки. Она современному-то суперлативному железу не доверяла, а тем более у нее были основания опасаться оружия, пережившего века, тысячелетия и своих создателей – творцов немыслимого.

Вон она, за 300 лет никуда не делась. Лучи смерти какие-то… А кто пиратам платформу распатронил?

Пускай у Кадма-Вэ теперь нет орбитальных крепостей, всякое может произойти. Бояться ей следует всех и всего.

Говорите, смелым вагантерам не страшно? О, если б оно было так! И нечего тут стесняться, коль приходится широко ноги расставлять и ерзать срамным женским местом по пилотскому креслу. Если того и жди, когда тебя сейчас какой-нибудь гад как трахнет больно… Всякими словами рассуждая, чаще всего неприличными, пилотесса Дерим, с предосторожностями, на малой субсветовой скорости выпустила закамуфлированный анкер-болидв направлении астероидных поясов ближнего к Кадму-Вэ газового гиганта. Затем туда же пошел спутник-зонд, в пассивном режиме не зафиксировавший на изучаемой планете никакой технологически мотивированной активности. Значит, пора самой сыграть поближе. Смелей, Саби, смелей… Прыгай, бамбина… *** Капитан орбитального десанта Сис Орди о себе самой думала самыми возвышенными бесстрашными словами. Она никому бы никогда не позволила усомниться в том, что она есть и будет рыцарственной дамой без страха и упрека. И на боевом дежурстве ей как отличному командиру форт-батальона “А” 113-го стеллс-регимента было бы нестерпимо скучно и тоскливо, кабы не ежечасная армейская рутина в виде виртуальных тренировок, учений с

–  –  –

нескончаемыми общими призывами усилить бдительность, боевую готовность и не допустить силового проникновения в санитарно-карантинную зону, установленную в планетной системе Кадма-Вэ. Но вот относительно учений реально в живом весе и маневров в вакууме, приближенных к боевым условиям, капитан Орди ничего не имела против. Прежде всего, когда условным противником сделали второй батальон, где начальником штаба

–  –  –

расположился батальон “В”, ее десантники однажды без предупреждения по тревоге весело брали штурмом во главе с матерью-командиршей в первых рядах абордажной команды.

Не обошлось тогда и без вполне уместного при данных учебных обстоятельствах членовредительства. Как заявила капитан Орди на полковом разборе полетов, когда штабные чинуши кисло подсчитывали раны и травмы, друзей-соперников ее батальон славно отоварил и по буферам, и по шарам на орехи… Чтоб бдительности не теряли! В другой раз, если нам позволят, еще больше схлопочите. А кому не нравится мой лексикон, прошу со мной по-рыцарски до третьей крови… Связываться с капитаном Орди и ее эстоком Артевалет никто не пожелал.

Еще меньше энтузиазма проявляли орбитальные десантники ее батальона и те, кто был наслышан о фехтовальных подвигах рыцарственной дамы из

–  –  –

учебно-тренировочных целях сразиться этим самым безумным удлиненным оружием. Не исключено, именно по данной причине капитан Мозелло почувствовал себя несколько неуверенно после того, как ему было лично приказано командиром стеллс-регимента бригадным генералом Рут Клаббер начать тренировки в одной спецкоманде с капитаном Орди с задачей подготовиться к задержанию возможных нарушителей карантинного режима непосредственно на поверхности жуткой планеты Кадм-Вэ, откуда еще никто не возвращался ни в живом, ни в мертвом весе.

В отличие от капитана Чеза Мозелло, капитан Сис Орди отнеслась к новым учебным занятиям с отключенным БИМом внешне спокойно, хотя и не

–  –  –

Подполковник Дэйв Пильчер из контрразведки соединения, кибермедики из санчасти оформляли свои действия строго протокольно. Но вот однажды приказ явиться к генералу Клабб и последующая беседа исключали безопасные формальности, заставляя нервничать неустрашимого капитана, астурийскую сеньориту Сесилию Ординет.

Четко по-уставному доложив генералу Рут Клаббер о прибытии, капитан Сесилия Ординет не могла не заметить ее гостя, вальяжно раскинувшегося на оббитом шелком диване в генеральской кают-гостиной. Потому как сеньорите Ординет навстречу сладко улыбался, словно при интимном свидании с близкой дамой, сам юрисдиректор “Армискут-ТП Инкорпрейтед” его милость Шарлен Монтаньяр.

– Генерал Клабб, разрешите? Ба-ба-ба… Монти! Чтоб ты сдох, старый крокодил… *** Погибать ни в коем несчастном случае наша мужественная (черт меня побери, разве можно так обзывать красивую женщину?) пилотесса Саб Дерим вовсе не собиралась. По первости, ее дома на Касталии Секунде ждали любимый супруг Джош, двое сыновей, за ними – целая толпа ближних и дальних Уолдеров и Деримини. Да и собственной уютной и комфортабельной астероидной базы до чертиков жалко, если что-то не так пойдет.

Первый зонд пошел на стационарную орбиту, но ни пассивными, ни активными способами, ни так, ни эдак, никого и ничего живого он не обнаружил на Кадме-Вэ. Тем не менее Саб Дерим пришла к выводу: это точно она, братики-сестрички, наша самобеглая планета. Или то, что от нее уцелело после взрывного броска в пространстве-времени.

Планета была мертвее мертвого, разве что обладала электромагнитным фоном необычной конфигурации. Но этим пусть в Астрографическом комитете занимаются, куда пойдут все планетофизические данные, добытые неугомонным вагантером Саб Дерим. Следовательно, зарабатывай денежки для дома, для семьи, мама Саби… Вслед за первым искусственным спутником в пустых небесах Кадма-Вэ объявился второй зонд, чуток поумнее. Он сделал несколько витков вокруг планеты и, притворившись ложной целью – боевой полиамбиентной рекогносцировочной машиной, совершил мягкую посадку неподалеку от любопытных руин в южном полушарии.

Картина глобальных разрушений, некогда потрясших планету, Саб Дерим уже не ужасала. Наоборот, вывернутый шиворот-навыворот оливиновый слой даже очень красиво местами выходит на поверхность, а если приглядеться ординарным зрением видны красный гранит и гнейс, черный базальт и хризолитово-изумрудные пустыни. И на полюсах подсвечены розовым широко расползающиеся ледяные шапки из замерзшей углекислоты… Любоваться инопланетными пейзажами пилотессе Дерим долго не

–  –  –

прекратившего передавать телеметрию и планетофизические данные. Что ж, бывает… И вагантер Дерим сняла с орбиты второй зонд. Не успел тот толком приступить к эвакуации вышедшего из строя аппарата, точнее, через 163 секунды с ним прервалась всякая связь, кроме визуальной с ретранслятора, какой Саб Дерим давно уж повесила на стационарной орбите, хотя сама она и ее астероидная платформа никуда носа не казали из хорошего укрытия за газовым гигантом.

Осторожность, она – леди мадонна, на всякий несчастный случай сгодится, но касательно зондов Саб Дерим не сомневалась: не железо тут виновато, а мерзкий человеческий фактор.

Оба-на! Из строя, из шеренги, из ряда вон выходящая техника. Ни черта не работает! Сказано ведь: покупайте дешево, сердиться, человечки, будете потом… У, гады!

В гремлинов, демонов Максвелла и зловредительных древних богов благоразумная Саби не верила. Значит, когда какой-нибудь гадский прибор и, пардон, блядский (цитируем дословно) механизм функционируют неправильно или они вообще к чертовой бабушке окочурились, следует прибегнуть к основному принципу гуманизма, то есть искать человека, сделавшего пакость реальным делом.

Не надо, братики-сестрички, по дурному примеру древнегреческого философа голым бегать днем с огнем, чтобы допетрить, как исламские

–  –  –

неописуемого в техруководствах качества.

Еще раз выругавшись, погрозив кулаком, и дав себе торжественное обещание проверить, насколько крепко приделана мошонка к брюшине того богомольного пролазы, обмишулившего ее на Магрибе, вагантер Дерим отжалела и от сердца оторвала сверхнадежный спускаемый аппарат, легитимно и с метагалактической гарантией изготовленный на Сирин Веди. Эвакуировать околевших в зеленом песке собратьев дорогое сиринское изделие не сумело, оно само отдало концы и телеметрию через 248 секунд пребывания на поверхности Кадма-Вэ.

Porca madonna! Корова ты, Саби, безрогая… Чья б мычала, между ног мочало… Два зонда в понос поехали… Долго себя поносить и самовыражаться многоуважаемая матрона и мать семейства синьора Сабина Деримини все же не стала, вспомнив об “АМТ-чассер” – боевой рекогносцировочной машине экзобиологической разведки, имевшейся у нее на борту и предназначенной как раз для таких несчастных случаев, когда неизвестный враг агрессивен и действует скрытым образом. А вот и нет! Потому как рисковать уж очень дорогим ее сердцу свадебным подарком родственников любимого супруга Джоша миссис Уолдер-Деримини не осмелилась. Не то что она боялась, как бы муж ее не заругал… Но, вы не представляете, на бедной Саби и без того висит тьма-тьмущая банковских долгов за модернизацию и улучшение комфортабельности ее основного средства передвижения по Метагалактике. А денег на новую разведывательно-дозорную машинку где взять, скажите мне, если страховка какашкой в супе плавает?

Поковырявшись у Кадма-Вэ еще 48 стандартных часов и убедившись, что таинственный истребитель космической техники (в свое дерьмо!) зарылся под поверхностью планеты, вагантер Дерим, ругательски ругаясь, отчалила поближе к цивилизации, однако же дальним маршрутом, протокольно зафиксированным ее оружейно-транспортной платформой. Перед тем она в сердцах саданула гигаваттным лазерным импульсом по развалинам, где неподалеку застыла ее неизвлекаемая техника и никакой реакции не дождалась от вероятного противника. После грохнула по северным горам из рефрактора пространства-времени, вызвав извержение вулкана. Не понять, то ли само собой оно случилось, то ли кто-то обиделся. Но не очень, поскольку на низких орбитах ее макросенсоры беспрепятственно оценивали обстановку.

Тогда как ниже атмосферной высоты 1500 метров хорошо зарывшийся в зеленый песок неприятель не позволял чему-либо техническому к себе приближаться. При всем том баллистические снаряды, устроившие гам, тарарам и два глубоких кратера в южной пустыне, его никак не обеспокоили.

Ах, так? И Саб Дерим в раздражении запулила крупным метеоритом по южным горам. Метеорит нес в своем ядре пассивный анкер-болид, ничего электромагнитного не излучающий. Немудреному техническому средству рейнджеров, обладавшему немалой суперлативностью, для пробуждения к жизни требовалась дистанционная активация гравитационным импульсом.

Конечно, жалко бросаться дорогими игрушками. А вдруг тебе, моя хорошая синьора Дерим, когда здесь все утрясется и устаканиться, самой захочется посетить эту вредную планетку так, чтобы никто и никого не заметил?

В тому подобных рассуждениях и воспоминаниях о пережитом вагантер

–  –  –

обнаружении забытой планеты Кадм-Вэ. Премиальные, бонусы, погашение издержек гарантированы. А также запатентованы свежезеленые лавры и восторженный прием перигалактической публикой триумфально вернувшейся мужественной (тьфу!) покорительницы дальнего и глубокого космоса. Как же, как же, слыхали, красно-зеленая планета… Там так красиво!

К чертям-пришельцам эту публику и красоту! Если ей просто-напросто хочется побыстрее домой, к мужу, детям, к ближней и дальней родне Уолдеров и Деримини. Как там мне Микки Риант однажды сказал, не помню, на старорусском или староанглийском об отчем доме, сладком и приятном?

*** Приятельских отношений кастальская идальга Луиса Сидаритас с миссис Сабиной Уолдер, в девичестве Деримини, не поддерживала. Лу Сид вовсе никак не общалась с родственниками бывшего мужа. Но вот теперь у нее появился шикарный повод нанести родственный визит и поздравить нашу обожаемую Саби с великим астрографическим открытием.

Ах, моя милая кузина Саби! Как я рада вас видеть! Ах, моя дорогая кузина Лу!

В самом деле, контрразведчик из нее аховый. Да и смотреть противно, как эта дурында направо-налево машет своими маслобойками. Ишь, бабища, как ниппеля свои во все стороны растопырила… Как бы ни оценивала свою дальнюю родственницу Лу Сид, все, что ей было нужно, она сделала во время визита, прямо скажем, по-родственному расспросив и допросив вагантера Дерим о планете Кадм-Вэ. Да и спрашивать, не подготовила ли та случайно себе плацдарм для тайной высадки к слову не пришлось… И так ясно, анкер-болид бычиха сисястая там где-то воткнула. Лучше бы она его себе в черную дыру… А пошла она подальше и поглубже… Если приказ генерала Сула Аджи в точности выполнен капитаном Лу Сид, преисполненной уставным почтением и должной благодарностью к старшему по званию.

Луисе Сидаритас было за что благодарить дивизионного генерала красного резерва корпуса спейсмобильной пехоты Сулима Аджибея.

Последний год нашу спейсмобильную валькирию преследовали сплошные неудачи и невыразимые на куртуазном имперском инглике дикие огорчения.

Хотя еще недавно все шло неимоверно хорошо. В амниотическом баке боссы МТМ ей, как финалистке “Большой игры – VI”, едва не уделавшей самого чемпиона Дага Хампера, щедро спонсировали обновление фигуры. Кожа у нее посветлела до нежно-оливковых тонов, обрела матовую прозрачность, а цвет волос нынче светится всеми благородными оттенками червонного золота.

Грудь она себе, по совету мастера-амниотика, заказала поменьше и покрепче, так что теперь ей не нужны лифт-суспензории на антигравах или броневой бюстгальтер-корселет. Рост ей уменьшили до двух восьмидесяти, чтобы соответствовал новым пропорциям и объемам груди и бедер. Мастер и его творение оба признали работу чудодейственным шедевром, что бывает весьма редко в биоскульптуре.

Чудеса везения продолжались, и, не выходя в красный резерв, еще в баке Лу Сид получила долгосрочный отпуск по семейным обстоятельствам и выиграла первую стадию бракоразводного процесса. Затем она из Кастальского герцогства перебралась в королевство Ромагну, чтобы на месте приглядеть, как дальше движется тяжебное дело по отъему у экс-супруга бенефициарных баронских владений. Для чего она заключила контракт наемника с двором вице-короля и с триумфом вошла в число ближних телохранителей наследного принца. А в Королевском фехт-клубе ей оказали заслуженную честь и возвели в ранг кавалерственной дамы по классу боевого холодного оружия.

Но потом ледяным водопадом ее окатило неприятностями, и от неотразимых кинжальные ударов непоправимо пострадали довольство, душевный покой и благополучие Лу Сид. Придворный статус ничуть ей не помог. Судебный процесс пакостно затянулся и неожиданно потребовал непомерных издержек на бездарей-адвокатов. Тогда как крючкотворы и очковтиратели на противоположной стороне (сволочь юридическая!) непостижимым уму нормального человека образом умудрились-ухитрились вытащить спорные баронские земли из-под имперской юрисдикции.

Тут-то и начались затяжные беды, хмари и мраки. После первой облыжной (все враки, кто ж ей поверит?) публикации Мэкс Чер о закулисных делах на шестых императорских играх высший свет Ромагны от нее, кастальской идальги отвернулся, благородные дамы и кавалеры почему-то сочли ее презренной клоунессой из огнестрельного спортивного шоу, коварной сутяжницей и брачной аферисткой, охочей до чужих титулов и земель. После же второго вторжения Мэкс Чер в ее частную жизнь, сделанного в виде пансенсорного садомазохистского реалити-шоу, идальге Луисе Сидаритас злопыхательски отказали от дома во многих знатных фамилиях королевства, а двор вице-короля разорвал с ней контракт под неправдоподобным претенциозным предлогом.

Неправда ваша, на ордалии кавалерственная дама Луиса Сидаритас Сидония де Энарес не использовала гравиперфоратор, ее франк-эсток снабжен только вибропенетратором, разрешенным рыцарскими и клубными правилами. Да и фехт-мастер Брен Мариг к ней отнюдь не в претензии… Жаль, нет дыма без огня, и Лу Сид понимала: настоящей причиной ее отрешения от должности телохранителя юного принца являются ее старые лейтенантские похождения и, соответственно, опасения влиятельных придворных чинов за здоровье королевского инфанта, потому они и воспользовались любым предлогом, чтобы поскорее избавить наследника престола (и королевство ваше – сикалка марионеточная!) от близкой и возможной сексуальной агрессии.

Но и тут они пристрастно-невозможно ошибаются и далеко не правы.

Поскольку Лу Сид вышла из амниотической машины обновленная душой и телом. А о такой мерзости как бисексуальный вакуум-эректор она и думать забыла, что с ним делать. Разве что изредка вспоминает, но и то по нижайшей просьбе кого-нибудь из сексуальных партнеров или партнерш. И любовник граф Аэно ее со скандалом оставил, будто вдову на сене и соломе куковать…

Всё мрачно, и все были против нее. Пока не прояснилось и не выяснилось:

высший свет и суперлативные миры не обходятся без добрых людей и добрых самаритян. Словно светлый античный бог из машины второй великий герцог Ромагны Сулим Аджибей, недавно ставший в синем резерве вице-директором “Милитарм-Гео” по организационным вопросам, ей помог, утешил и обласкал.

А потом на ее глазах чуть ли не в постели его светлость и высочество волшебным образом превратился не в принца из детских сказочек, но грозно обернулся действующим корпоративно двухгалактическим генералом.

Так, капитан Лу Сид немедля получила предписание главного штаба корпуса спейсмобильной пехоты прервать отпуск и принять под свою команду

–  –  –

дислоцирующейся в санитарно-карантинной зоне Кадма-Вэ. Кроме того, капитану Лу Сид было приказано, дабы досконально изучить обстановку на вероятных направлениях Кадмейского ТВД, войти в контакт с вагантером Дерим и со своей бывшей соперницей на шестых играх командиром стеллс-батальона орбитального десанта Сис Орди, находящейся на боевом дежурстве в районе ранее упомянутого эвентуального театра военных действий.

Перед убытием к новому месту службы дивизионный генерал Аджи в куртуазной беседе тет-а-тет пожелал капитану Сид новых побед, а для вящей приподнятости дамского настроения и боевого гормонального тонуса поведал ей, где и когда на Геоне Кварте она может ненароком повстречаться с небезызвестной ей журналисткой Мэксин Чередник в тихом покойном месте.

– Не в службу, а в дружбу, сеньорита Луиса, не сочтите за труд уместно воспользоваться сим прототипом нового мультимпульсного постановщика электромагнитных помех. Корпорация МТМ будет очень рада, если вам где-нибудь удастся испытать его при нейтрализации боевого имплантанта десантного образца. Тогда уж, будьте любезны, доставить нам какой-нибудь хорошо охлажденный экземпляр. На всякий случай, возьмите еще этот криостабилизатор. Его испытали, но в серию данное специализированное устройство вряд ли пойдет. Знаете ли, слишком узка область его применения…

–  –  –

Рейнджер везде пройдет, ног не замочив, по лужам крови своей и чужой.

Для этого у него имеются руки и голова.

Из сборника “Армейский фольклор и юмор”. Издание 4-е дополненное.

Факультет универсальной филологии Англатеррского университета. 68 год.

Капитан Мик Риант не знал: радостно ли смеяться ему истерически или безутешно-горько рыдать. Оно и правильно, так как ни того, ни другого он делать не собирался, оценивая обстановку после провальной и повальной высадки на поверхность планеты Кадм-Вэ передового дозора рейнджеров фельд-кампамента полковника Ала Тотума.

Вот дьявол! В вакууме не было печали, так черти газу подкачали. В камере псих-одиночества и то уютней чувствовал себя кадетом, чем этот бедный капитан Риант, оставшийся воевать в одиночку с проклятой планетой… Все же присутствия духа рейнджер Риант не терял и, прежде чем едва ли ни по микросекундам восстанавливать позорную историю постыдного провала рейнджеров, он по-военному, то есть многоэтажно и заковыристо, помянул дорогого покойника Тотума, умеющего избавляться от неугодных офицеров и сержантов, посылая их куда ни попадя лишь бы подальше. Но и сам покойный получил от фортуны прости-прощай. Затейливо эмфатически и метафорически состряпал ему эпитафию с кенотафом Мик Риант, заметив образно: на штабном-то фрегате Ал Тотум, вот оно как, лыжи успел навострить, но коньки все-таки отбросил. Они не катят, братья и сестры рейнджеры… Оба предмета старинного спортивного инвентаря были прекрасно известны желчному Мику Рианту. Поскольку вместе с Дином Ли он их не раз, не фигурально, а по прямому назначению использовал на синих ледяных и снежно-белых пустошах вокруг антарктического Либен-манора на Террании Приме. Нынче же (вот пакость оливиновая!) на изумрудно-берилловых дюнах Кадма-Вэ у него нет ни санок, ни лыж, ни коньков. И, вообще, почти ничего из штатно функционирующего вооружения и оснащения рейнджера, несколько сумбурно рассуждал Мик Риант, находясь в относительной безопасности, какого-то древнего укрытия, по всей видимости, вынесенного

–  –  –

добитого чем-то суперлативным.

Небось, Саби сисястая постаралась. От нее не убудет, когда разозлится… Сам капитан Риант постепенно обретал боевую злость и рейнджерский воинский дух, прокручивая в памяти картинки показательного, хоть в учебники по боевой подготовке, отрицательного примера, как не надо делать при подготовке рейда в локальность, где следует, несмотря ни на что, непременно предполагать присутствие ксенологической угрозы. И дополнительные меры безопасности во время вторжения в эту палеоархеологическую подлость опрометчиво не считать излишними.

Барон Тотум-гаденыш… Вот сволочь благородная!

Лиха беда начальник есть начало начал нетерпимых стихийных бедствий

–  –  –

естественно, не испытывает добрых чувств. Из чего следовало: Микаэль Риант-Небраска по-филологически на добром староанглийском заковыристо помянул об их общих с Алексом Тотумом-Висконсин англосаксонских корнях, где-то когда-то вросших в изначальную Землю и во многих других мирах во время метагалактической Панспермии человека разумного.

Сам себя Мик Риант не считал обделенным разумом националистом и потому скоро покончил с очередным пароксизмом брани и ругани. Тем паче, он остался в живых и потому может в какой-то степени считать себя победителем, если бы не был оправлен назад в небеса передовой дозор, вверенный его неудачному командованию, начал трезво вспоминать о случившемся капитан Риант.

Сначала на Кадм-Вэ по анкер-болиду высадился прим-сержант Кунцер. Он же первым его и покинул, когда через 73 секунды сдетонировали аннигиляционные боеголовки у него на плечах, но до того успели высадиться все силы и средства дозора рейнджеров. Как положено, четко по боевому уставу с защитными полями во всю мощь, в маскировочном режиме они заняли круговую оборону на плацдарме, разбросали макросенсоры обнаружения и целеуказания… Любо-дорого посмотреть, и капитан Риант интуитивно отключил свой верный БИМ вовсе не из бравады, чтобы полюбоваться безукоризненной работой рейнджеров в режиме целлеризации. Больше он боевой имплантант не включал, наоборот, по очереди с максимальным ускорением пришлось деактивировать все суперлативное снаряжение и оснащение.

Что это было:

предзнание или предчувствие? – Риант до сих пор еще не понял. Или дрессированное в экспериментах тело сработало сверх человеческих возможностей? А может, тренированное на возможные неприятности подсознание подсказало рукам, что им надлежит делать, не дожидаясь, пока тугодумный рассудок сообразит? Во всем этом лучше разбираться умному бионику доктору Алмо, а не глупому филологу магистру Рианту, вновь переживающему посекундно чудовищную катастрофу.

За 10 секунд до гибели прим-сержанта Кунцера неладное почувствовал опытнейший, много чего повидавший ветеран, старый главсержант Курт Бастиан, вдруг запустивший постановщик механических электромагнитных помех. А капитан Риант, не раздумывая, поддержал его двумя штатными импульсными зарядами ближнего действия. По всей видимости, им обоим

–  –  –

разведывательной технике вагантера Дерим.

Наверное, поэтому Мик Риант, уже ускорившийся до предела, вручную принялся избавляться от всех своих аннигиляционных микрозарядов на плечах и на бедрах. По площадям в белый свет как в копеечку крест на крест килотоннами корпускулярно-волновой взрывчатки, чтобы поставить поодаль плацдарма заградительный электромагнитный ударно-световой барьер.

Аннигиляционные заряды Мик Риант недолюбливал за подверженность спонтанной детонации и свои защитные поля он заранее вручную активировал, но отключил пушки Бармица, потому как все шесть стволов принялись

–  –  –

Электромагнитная опасность, микродефлекторы на пределе! И Мик Риант мигом отрезал от внешнего питания обе своих боевых перчатки с четырьмя импульсными лазерами и тремя пучковыми разрядниками.

Сделать это он успел, тогда как левый кулак сублейтенанта Столкер пошел в распыл спустя 2 секунды после гибели сержанта Кунцера. Через секунду ее БИМ взорвался, выбросив вперед фонтан крови из еще живого тела, тут же подхваченного и закрученного в тугой узел ударной волной далеких аннигиляционных разрывов, набросившихся на человека, лишившегося защитных силовых полей.

–  –  –

штаб-сержанта Кнуро: у него разделало на атомы-молекулы антигравы и безынерционные полетные двигатели по бокам. Трудно представить, что он почувствовал за доли секунды с раздробленными в труху тазовыми костями, прежде чем сдетонировали аннигиляционные микрозаряды у него на бедрах.

Бедняга Грег Кнуро не заметил приказа Мика Рианта, распорядившегося жестом двумя скрещенными руками немедленно приступить к нуль-эвакуации.



Pages:   || 2 | 3 | 4 |
Похожие работы:

«Захар Прилепин Захар Прилепин ЛЕТУЧИЕ БУРЛАКИ Издательство АСТ Москва УДК 821.161.1-31 ББК 84(2Рос=Рус)6-44 П76 Оформление переплёта — Андрей Ферез Прилепин, Захар. П76 Летучие бурлаки / Захар Прилепин. — Москва : Издательство АСТ : Редакция Елены Шубиной, 2015...»

«Электронный научно-образовательный журнал ВГСПУ «Грани познания». №5(25). Август 2013 www.grani.vspu.ru т.Е. качаНчук (волгоград) роЛь неязыКовых средств КоммуниКации в организации эКсПрессивности художественного теКста Рассматриваются различные виды паралингвистических средств коммуникации и...»

«А. А. Синельникова 323 рецепта против подагры и других отложений солей Серия «Еда, которая лечит» http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=10667217 А. А. Синельникова. 323 рецепта против подагры и других отложений солей: Вектор; СанктПетербург; 2013 ISBN 978-5-9684-2093-0 Аннотация В дан...»

«Низами Гянджеви СЕМЬ КРАСАВИЦ Перевод с фарси – В. Державина НАЧАЛО ПОВЕСТВОВАНИЯ О БАХРАМЕ Тот, кто стражем сокровенных перлов тайны был, Россыпь новую сокровищ в жемчугах раскрыл. На весах небес две чаши есть. И на одной Чаше —.ка...»

«МУСТАФА ИСКАНДЕРЗАДЕ МАСТЕРСТВО ХУДОЖЕСТВЕННОГО ПЕРЕВОДА БАКУ – 2013 МУСТАФА ИСКАНДЕРЗАДЕ МАСТЕРСТВО ХУДОЖЕСТВЕННОГО ПЕРЕВОДА (на примере творчества Константина Симонова и других авторов в 1930годы) Я л...»

«Анализ поэтических текстов Н. Рубцова An analysis of poetic texts of N. Rubtsova Л.Е. Беженару г. Яссы, Румыния Пространственно-местностные рамки рубцовского текста L.E. Bejenaru с. Iasi, Romania Spatial local fram...»

«Федор Ибатович Раззаков Бригада возвращается. Триумф бандитской романтики http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=2671465 Федор Раззаков. Бригада возвращается. Триумф бандитской романтики: Эксмо; Москва; 2011 ISBN 978-5-699-52651-2 Аннотация После несомненного успеха ку...»

«Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Московский государственный университет путей сообщения» Центр русского языка как иностранного В.В.Шаркова Живем и учи...»

«© 2004 г. Н.А. РОМАНОВИЧ, В.Б. ЗВОНОВСКИЙ ОБЩЕСТВЕННОЕ МНЕНИЕ О НАРКОТИЗМЕ: ОПЫТ РЕГИОНАЛЬНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ РОМАНОВИЧ Нелли Александровна кандидат социологических наук, директор Института общественного мнения Кв...»

«Адриан Шонесси Как стать дизайнером, не продав душу дьяволу «Питер» УДК 74.01 ББК 30.18 Шонесси А. Как стать дизайнером, не продав душу дьяволу / А. Шонесси — «Питер», 2010 ISBN 978-1-56-898983-9 Дизайнеры очень любят рассказывать о полете своей мысли и источни...»

«УДК 821.161.1-31 ББК 84(2Рос=Рус)6-44 И48 Серия «Эксклюзив: Русская классика» Серийное оформление Е. Ферез Ильф, Илья. И48 12 стульев : [роман] / Илья Ильф, Евгений Петров. — Москва : Издательство АСТ, 2016. —...»

«Габриель Розенталь РЕКОНСТРУКЦИЯ РАССКАЗОВ О ЖИЗНИ: ПРИНЦИПЫ ОТБОРА, КОТОРЫМИ в РУКОВОДСТВУЮТСЯ РАССКАЗЧИКИ ИНТЕРВЬЮ 1 БИОГРАФИЧЕСКИХ НАРРАТИВНЫХ «Как можно использовать рассказы о жизни?» Этот вопрос задавал Даниель Бе...»

«М. Романенко • Криминализм – «светлое» будущее России?! ного преступного формирования неотвратимо влечет смерть лица, с другой – совершение убийства гарантированно, во всех случаях, сохраняет его жизнь. В этом случае особенно велика именно предупредительная роль нор...»

«Истоки представлений о земной жизни как сновидении, тени, иллюзии восходят, как отмечает Р. Г. Назиров, к философии Платона. Сон как художественный прием, мотив, символ, метафора берет свое начало в античном жанре «менниповой сатиры». Он проявляется в ранних литературных текстах (...»

«Валентина Владимировна Коваленко Хорошее зрение. Как избавиться от близорукости, дальнозоркости, глаукомы, катаракты Издательский EPUB http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=11084055 Хорошее з...»

«ЭПОХА. ХУДОЖНИК. ОБРАЗ Мозаики баптистерия Сан-Джованни ин Фонте в Неаполе (V век). Стиль и атрибуция Светлана Заиграйкина Статья посвящена художественным особенностям мозаик баптистерия СанДжованни в Неаполе, никогда прежде не становившихся предметом специального исследования. Анализ отдельных художественных приемов и живописного стиля в це...»

«Изабелла Аллен-Фельдман Моя сестра Фаина Раневская. Жизнь, рассказанная ею самой Серия «Уникальная автобиография женщины-эпохи» Текст предоставлен издательством http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=8329858 Изабелла А...»

«Н.Н. Ткаченко Колокольная летопись Отечества Лишь триста, четыреста лет висят наши большие колокола на наших колокольнях; но если бы допросить эти колокола, как они созидались, и если бы они рассказали нам об этом, если б да поведали нам они, откуда они взялись, о, какая бы тогда нази...»

«Василий Головачев Консервный нож http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=123252 Василий Головачев. Консервный нож: Эксмо; Москва; 1999 ISBN 5-04-001119-9 Аннотация Возможен ли контакт с представителями иной цивилизации, иного разума, и когда он произойдет? Никто н...»

«www.kitabxana.net Milli Virtual Kitabxana tqdim edir: Али и Нино Курбан Саид РОМАН www.kitabxana.net – Milli Virtual Kitabxanann tqdimatnda Bu elektron nr WWW.KTABXANA.NET Milli Virtual Kitabxanann “Eurovision-2012” mahn msabiqsin gln xarici qo...»

«ТЕХНОЛОГИИ СОЗДАНИЯ ГАЗОНОВ В РОССИИ X V I I I X I X ВЕКАХ Борисова С.В., Антонов А.М. Северный (Арктический) федеральный университет им. М.В.Ломоносова В современной литературе (Тюльдюков, 2002, Лаптев, 1993, Д-р Хес...»

«Т.А. Голованева Функции заместительного слова nike в корякском спонтанном нарративе9 Аннотация. В статье исследуются функции употребления заместительного слова в потоке корякской спонтанной речи. С одной стороны, использование заместительного слова позволяет избежать коммуникативной неудачи, заполнить паузу, в процессе которой рассказчик...»

«АРТУР КОНАН ДОЙЛ Повествование Джона Смита РЕДАКТОРЫ ПУБЛИКАЦИИ И АВТОРЫ В С Т У П И Т Е Л Ь Н О Й С ТАТ Ь И : Д ЖО Н Л Е Л Л Е Н Б Е Р Г, ДЭНИЕЛ СТЭШАУЭР И РЭЙЧЕЛ ФОСС С Л О В О / S LOVO СОДЕРЖАНИЕ ВСТУПЛЕНИЕ Повествование Джона Смита ПРИМЕЧАНИЕ К РУКОПИСИ ПРИМЕЧАНИЯ ВСТУПЛЕНИЕ В статье под названием «Моя первая книга», опубликованной...»

«Студенческий электронный журнал «СтРИЖ». №1(01). Апрель 2015 www.strizh-vspu.ru Л.А. БЕККЕР (Волгоград) АРХЕТИПЫ УНДИНЫ И ВАМПИРА В ОБРАЗНОЙ СИСТЕМЕ РОМАНА М.Ю. ЛЕРМОНТОВА «ГЕРОЙ НАШЕГО ВРЕМЕНИ» На материале повести «Тамань» проанализирована архетипическая основа образной системы романа М...»

«ПОКОЛЕНИЕ НА СТЫКЕ ВЕКОВ: ДЮРКГЕЙМ, ПАРЕТО, ВЕБЕР Р. Арон От редакции. В статьях Полиса нередко встречаются ссылки на труды М. Вебера, Э. Дюркгейма, В. Парето, чьи идеи составляют теоретические и методологические основания многих сов...»

«Зигмунд Фрейд «Моисей» Микеланджело «Public Domain» Фрейд З. «Моисей» Микеланджело / З. Фрейд — «Public Domain», 1914 ISBN 978-5-457-12640-4 Данная статья ярко демонстрирует рационалистический подход Фрейда к искусству: он не склонен глубоко пережива...»

«Уильям С. Берроуз Западные земли Серия «Города ночи», книга 3 A_Ch http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=155112 Берроуз У. С. Западные Земли: ACT, Адаптек; М.; 2006 ISBN 5-17-034424-4, 5-93827-049-9 Аннотация Роман «Западные Земли» (1987) – последняя часть трилогии, в...»

«УДК 159.95 ББК 88.3 Ф 53 CHARLES PHILLIPS 50 Puzzles for Lateral Thinking. 50 Puzzles for Quick Thinking 50 Puzzles for Logical Thinking. 50 Puzzles for Tactical Thinking 50 Puzzles for Creative Thinking. 50 Puzzles for Visual Thinking Eddison Sadd Editions 2009 Bibelot Limited 2009 Перевод на русский язык Д. Куликова Художественное оформление П. Петро...»





















 
2017 www.pdf.knigi-x.ru - «Бесплатная электронная библиотека - разные матриалы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.