WWW.PDF.KNIGI-X.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Разные материалы
 

Pages:   || 2 | 3 | 4 |

«Моя жизнь (80 лет) Повесть в трёх частях Часть 2. Часть вторая Глава первая Приехали домой в Имишли. Иду к командиру батальона с докладом: ...»

-- [ Страница 1 ] --

1

Вениамин Иванович

Шобухов

Моя жизнь

(80 лет)

Повесть

в трёх частях

Часть 2.

Часть вторая

Глава первая

Приехали домой в Имишли. Иду к командиру

батальона с докладом:

- Товарищ подполковник, старший лейтенант

Шобухов прибыл из очередного отпуска досрочно и

готов к продолжению службы.

- Вениамин Иванович, - обращается он ко мне по

имени отчеству – службу ты будешь продолжать не у нас,

а в штабе бригады. Ты назначен на должность старшего

помощника начальника отделения строевого и кадров нашей бригады. Поздравляю тебя.

- Служу Советскому Союзу. Но без Вашего ходатайства меня на эту должность никогда бы не назначили. Спасибо Вам, товарищ подполковник, спасибо и Вам, товарищ майор, и товарищ капитан. – обратился я к находящимся здесь же начальнику штаба и замполиту.

- Вениамин Иванович, ты заслужил эту должность своей честной и добросовестной службой. Не подведи нас, пожалуйста.

- Не подведу, спасибо вам.

Определил Сашу в школу, чтобы не было перерыва в занятиях до переезда на новое место службы в Пирсагат, в штаб 2-й радиотехнической бригады ПВО.

От Имишли до Алят – поездом, а из Алят до Пирсагата – рейсовым автобусом, номер 105.

Представился командиру бригады, полковнику

Шеину:

- Товарищ полковник, старший лейтенант Шобухов – представляюсь по случаю назначения меня на должность старшего помощника начальника отделения строевого и кадров – готов приступить к выполнению обязанностей по должности.



- Очень хорошо, поздравляю Вас с назначением, представьтесь начальнику штаба.

Представился начальнику штаба, полковнику Фролову. Поздравил и он меня с назначением.

Старший лейтенант Шобухов, Ваш непосредственный начальник, майор Шалин, как начальник, - так он назвал, – строевой части будете работать в тесном контакте со мной. Вопросы есть?

- Сейчас нет, но потом они будут обязательно.

- Правильно мыслишь, старший лейтенант Шобухов. А сейчас к майору Шалину и решайте вопросы с жильем и остальные свои дела.

Доложил майору Шалину о своем прибытии в его распоряжение. Он уже ждал меня, это по его ходатайству прервали мой отпуск, так как он должен был уходить в очередной отпуск, а службу отделения не на кого было оставлять.

Теперь читатель хочет знать о моих шефах, под руководством, которых я буду служить.

Командир бригады, полковник Шеин Николай Иванович – участник Великой Отечественной Войны, почетный гражданин одного из городов Германской Демократической Республики. Грамотный, требовательный, тактичный офицер. Нечета алкашу и матершиннику, полковнику Перминову. За время службы под его руководством я, да и другие офицеры, никогда не слышали от него бранного слова. Он поверил в меня, как в будущего офицера штаба.

Начальник штаба бригады – полковник Фролов Михаил Александрович, участник войны, носил постоянно нафабренные усы, требовательный, и без художественных слов.

Майор Шалин Николай Иванович, тактичный, знающий, на первое знакомство, свое дело офицер.

Мой коллектив, который у меня в подчинении, писаря: сержант Абдухамидов Фархад, старший сержант Тарасова Зинаида, рядовой Гутор Степан, делопроизводитель служащая Советской Армии Рублева Лидия. Все преданные своему делу, добросовестные работники.

Вот эта команда и есть строевая часть – административное сердце бригады. Конечно, работники в строевой части не были постоянны.





Мы про работу строевой части с этим коллективом еще много будем говорить.

Майор Шалин:

- Вениамин Иванович, командир дает Вам квартиру в финском домике на главной улице поселка.

Домик на два хозяина, а этом доме жили летчики полка.

Сейчас идите в домоуправление и возьмите ключ у домоуправа Коровиной, она в курсе дела.

Домоуправ, служащая СА Коровина пошла вместе со мной и сдала мне квартиру лично.

- Вот, молодой человек, Ваша квартира, это лучший вариант. Привозите семью и живите на здоровье.

С вопросами по устройству жилья, ко мне.

- Спасибо, Марина Викторовна, обязательно придем.

Главная улица поселка. Первый справа наш дом

Обследовал я свою квартиру. Три комнаты:

спальня, гостиная, детская, в ней же отопительная печь, свободный коридор, кладовка, подпол, застекленная веранда, она же кухня, от входной двери маленькая прихожка с кладовкой. В кухне баллонный газ.

Никакого приспособления для быта я не обнаружил. Создалось впечатление, что прежний хозяин приходил в эту квартиру, только для ночлега.

Заканчиваем обход, обнаруживаем немаловажный факт – нет в доме водопровода. Вода подается к домам по часам.

Водозаборная колонка рядом с моим домом, пожалуйста, набирай воду, когда ее подают.

Окна квартиры выходят на главную улицу, перед окнами растут маслиновые деревья – естественное препятствие для дорожной пыли от проникновения ее в квартиру. Деревья вечнозеленые. Окна открываются. С противоположной стороны окна выходят во двор с садом.

В саду растут тутовые и алычевые деревья.

Квартира такая при первом знакомстве с ней, позже, читатель, моими стараниями она примет цивилизованное содержание.

Закончив обход, слышу, кто-то пришел во двор.

Выхожу – передо мной полненький майор:

- Вы кто? - спрашивает он меня.

- Я, старший лейтенант Шобухов, старший помощник начальник ОСК. Знакомлюсь со своей квартирой.

- А Вы кто, товарищ майор?

- Я, майор Прокопенко, инструктор политотдела.

Эта квартира планировалась для нашего офицера, помощника начальника политотдела по комсомольской работе. - Так и сказал «нашего».

- А что, товарищ майор, я не этой бригады офицер? Все вопросы об этой квартире к командиру.

- Гм! – повернулся и ушел.

«Скатертью дорога», пожелал я ему в след, в мыслях, конечно. Политотдельцы – народ такой, что лучше не говорить им лишнего.

Привезли мне по распоряжению Шалина из роты обслуживания кровать с постельными принадлежностями. Надо же мне на чем-то спать?

Во дворе дома бетонированный бассейн со ступенями, внизу его, в передней стенке кран, соединенный старой трубой с водопроводной системой подачи воды к общественной колонке, которая была проложена в пяти метрах от дома. Из этого крана за две минуты набиралось ведро воды в любое время суток.

К бытовым вопросам мы еще вернемся, а сейчас надо на службу. На исходе сентябрь, а это время представления отчета о наличии личного состава по штату, по списку, главное по списку, по категориям военнослужащих за III квартал, в штаб корпуса. Почему «главное по списку»? Потому что происходит постоянное движение личного состава, заключающееся в убытии из бригады и прибытии в бригаду. Разница в этом движении должна совпадать с наличием УПК на военнослужащих срочной службы и количеством личных дел на офицеров и сверхсрочников. Такие отчеты представлялись ежеквартально.

Вот еще и поэтому прервали мой отпуск, чтобы первый отчет мною был составлен под руководством майора Шалина. Ему нужно было в очередной отпуск, в который он убыл в декабре, а я оставаясь за него (и за себя тоже), следующий отчет со своей командой помощников составил самостоятельно.

Отчет подписывает начальник отделения строевого и кадров (далее ОСК), начальник штаба.

Отчет представлен.

Мне разрешили выехать в Имишли за семьей.

Приехал. Нина сходила в паспортный стол на выписку, а я сходил в школу, взял документы на Сашу. Командир батальона дал машину. Помощником мне и старшим машины назначил старшину Носенок. Попрощался со своими прежними начальниками, с друзьями и вперед в Пирсагат. До свидания, Имишли!

Я впереди на своем «Ковровце», машина за мной, до Пирсагата 200 километров.

Наша хата Нине понравилась.

К празднованию годовщины Великой Октябрьской Социалистической революции – 7 ноября, майор Шалин приносит на подпись командиру бригады представления на присвоение очередных воинских званий офицерскому составу. При подписании этих документов присутствовал и я. Шалин учил меня как докладывать командиру подобные материалы. Дошла очередь до моего представления.

Командир, показывая на меня, спрашивает майора Шалина:

- Будет с него толк?

- Будет, товарищ полковник.

И к 7 ноября поступила выписка из приказа Главнокомандующего войсками ПВО о присвоении очередных воинских званий офицерам нашей бригады, в этой выписке значилась и моя фамилия.

Традицию я не стал нарушать, «обмыл» своего долгожданного «капитана» по общим правилам традиционной науки. Не отказался от торжества и строгий начальник штаба, полковник Фролов.

Отпросился у шефа на время праздничных дней съездить к нашим родственникам Адаянам в город Армавир. Давно не виделись, да и «капитаном» решил похвастаться.

Оставим на время вопросы службы.

Я познакомлю читателя с географическим местом нашего проживания, поселком Пирсагат – это большой военный городок истребительного полка. Название городка от топографической привязки к реке Пирсагат, которая в летние месяцы не доходит до моря – высыхает.

После расформирования полка, вся его база перешла в распоряжение управления 2-й радиотехнической бригады ПВО – жилой городок с финскими домами, и домами капитальной застройки в два, три этажа со всеми удобствами, тыловые объекты, клуб, помещения штаба, санчасть, два военторговских магазина – продуктовый, промышленный, водонапорная башня; вода в нее поступала из артезианского колодца – поселка Аляты, в 12 километрах от Пирсагата.

Гарнизон огорожен кирпичной стеной и валом. На входе в гарнизон – контрольно-пропускной пункт.

Между валом и границей жилых домиков большой пустырь с футбольным полем, которому школьники не давали отдыхать. Стоп! Откуда взялись школьники? За кирпичной оградой, большое азербайджанское село Хыдырлы, располагалось рядом с грядой грязевых вулканов. На окраине села, сразу за кирпичной стеной, школа с восьмилетним обучением на азербайджанском языке, а для детей военнослужащих гарнизона Пирсагат и на русском зыке. Учителями работают жены офицеров нашей бригады.

От Пирсагата до города Баку 82 километра.

Сообщение рейсовым автобусом, маршрут номер 105.

Вода подавалась вечером 30 минут. Набирай куда хочешь и сколько хочешь, если успеешь. Меня это не устраивало. Выше я сообщил, что ведро воды в бассейне набиралось за две минуты, что так и жить? Нет. Я взялся за решение водной проблемы по серьезному: быть воде в моей квартире постоянно с цивилизованной системой ее подачи – открыла хозяйка кран и вот она вода к ее услугам.

Через капитана Бахтина, офицера оперативного отдела, за две бутылки коньяка мне привезли из ОБАТО в Кюрдамире, новый для дополнительного топлива к самолету МИГ-19, 300-литровый бак. У начальника квартирно-экплуатационной службы служащего СА Мустафаева, выписал с дровяного склада четыре столба, перевез их волоком на своем «Ковровце» домой. Перед окном веранды-кухни установил бак на такую высоту, чтоб обеспечивалось хорошее давление в кране на кухне.

Вода в бак наполнялась через шланг, который подсоединялся к общественной колонке, во время подачи воды. Такое положение создавало определенные трудности: время подачи воды – 30 минут, а набрать воды соседям тоже надо.

От бассейна вырыл траншею, выбросил из нее старую трубу, заменил новой и врезался в систему подачи воды к колонке. Теперь у меня персональный источник воды: шланг надевается на кран в бассейне.

В кладовке, что возле прихожки, оборудовал баню по всем правилам противопожарной безопасности: убрал деревянный пол, забетонировал образовавшуюся яму, с одновременной прокладкой сливной трубы, стены отштукатурил цементным раствором на высоту сто восемьдесят сантиметров, установил титан с нагревом дровами или углем. Установил душ, подвел воду и баня готова. Вот тебе, дорогая моя жена Нина, персональная баня. Она не любила посещать общественные бани.

В мою баню приходил мыться и париться сосед, живший напротив нас, капитан, оперуполномоченный КГБ. Мылся и парился до такой степени, что еле выползал из нее и падал на пол в кухне, на заранее приготовленную простынь.

Для канализации сточной воды выкопал питательную яму, устроил ее по всем правилам канализационного искусства.

Потолок в кухне затянул листами сухой штукатурки. Крышу веранды обновил новым рубероидом. Пристроил к веранде террасу под крышей.

На ней собирались наши друзья с детьми.

На моей террасе наши друзья с детьми и дети соседей. Собрались после коллективного запекания картошки в костре На окнах, выходящих на главную улицу, установил стальные решетки, чтобы можно было открывать их в жаркую погоду, а она в условиях сухих субтропиков, длиться восемь месяцев. Без решеток держать окна открытыми опасно: шастали по поселку местное хулиганье из поселка Хыдырлы.

Я обещал, читатель, что моя квартира будет иметь цивилизованное содержание, пожалуйста, любуйтесь, я выполнил свое обещание.

Заходил посмотреть на мою работу по капитальному переоборудованию (ему кто-то сказал) квартиры сам командир бригады, полковник Шеин. Ему понравились мои усовершенствования.

И это еще не все. В городке случались отключения электроэнергии. Чтобы во время этих отключений не сидеть при свечах, я выпросил у связистов списанный агрегат АБ-2, привел его в боевую готовность, установил в дровяном сарае, проложил кабель – 30 метров – до своей квартиры и ответвление к соседям через стенку и на выходе — наш дом имеет автономное электрическое освещение.

В этом городке, в этой квартире мы прожили 17 лет, и все эти годы я служил в управлении бригады на различных должностях.

Жена отвела Сашу в первый класс Хыдырлинской школы. Преподавателем в этом классе была Бесчетнова Алевтина Павловна, жена капитана Бесчетнова, командира Пирсагатской роты. Про сына еще много будет рассказано. А сейчас пора вспомнить о службе.

На радиотехника меня учили три года в Казанском училище, но радиотехником служить не дали – Вы знаете об этом из первой части повести, на замполита учили 10 месяцев, прослужил таковым четыре года, за что и «попросили» оставить это поприще. На ОД КП батальона никто не учил, прослужил в этой должности почти четыре года, ни одного взыскания и выдвижение по службе.

На должность по работе с кадрами тоже никто не учил, хотя бы краткосрочные курсы, но взыскания посыпались, как из рога изобилия. А чтобы их не было – учись сам. Учил майор Шалин, учили руководящие приказы с объявлением Положения о прохождении воинской срочной и сверхсрочной службы.

В начале главы было сравнение работы сердца с работой строевой части.

Только наше сердце перекачивает кровь, а наша строевая часть перекачивала движение личного состава всех категорий до несколько десятков человек ежедневно: в отпуска, в командировки, на лечение, в обратную сторону, прием на работу, увольнение с работы, с последующим выписыванием соответствующих документов, выписок из приказов. Все это движение надо узаконить в ежедневном приказе командира бригады, который писался писарем от руки в столистовых тетрадях. Приказ должен быть готов к 16.00 на подпись начальнику штаба и командиру бригады.

Целый день посетители со своими требованиями, заявками, вопросами, пожеланиями, заготовка различного характера справок, подготовка входящей почты на доклад командиру, начальнику штаба.

И так каждый день. Бывали, и нередко, авральные работы, и в выходные дни.

Начало работы в 08.00, время окончания рабочего дня 17.00 с перерывом на обед. Это по распорядку дня, а практически работа продолжалась до 19.00 и позже.

После 17.00 начиналась внутренняя работа, которой не было времени заниматься из-за большого количества посетителей и вводных командования.

И так, это теперь моя работа с моим коллективом каждый день, но я ничуть не жалел, скучать не было времени, играть в шахматы тоже. Работа интересная, ответственная. Коллектив мой работал дружно, меня приняли хорошо, авторитетом у подчиненных пользовался. Совершенно для меня неожиданно, поздравляют меня с днем рождения 20.01.1967 года с вручением подарка – альбома для фотографий. И это всего через пять месяцев нашей совместной работы. Я был очень тронут. Этот альбом, наполненный фотографиями, служит мне до настоящего времени.

Это я вкратце познакомил читателя с нашей повседневной работой. Но была и другая работа. О ней пойдет речь.

Начну с работы с письмами, заявлениями, жалобами от граждан, приходящих по почте, и подающих лично, за которую я получил на этой должности первое взыскание. Работал с этими документами со старанием, но старался с нарушением требований Закона. Откуда мне было знать порядок работы с этими документами, мне бывшему замполиту роты, оперативному дежурному командного пункта радиотехнического батальона.

Вразумил меня в этом плане, приехавший ревизор из штаба корпуса, начальник оргмоботдела, подполковник Дорофеев, с проверкой именно этого вопроса. Как справляется новый человек в бригаде с работой с письмами и жалобами граждан. Нашел он то, что ему и нужно было: задержка с ответами на запросы, обращения граждан или организаций.

Я готовил ответы по мере исполнения запроса, обращения. Неправильно. Ни майор Шалин, ни начальник штаба не знали этого вопроса. А как по Закону? А по Закону надо: в течение трех дней дать ответ о выполнении обращения или задержания выполнения в силу каких-либо причин: через пять дней дать окончательный ответ, и если вопрос не решен десять дней дается на ответ о причине нерешения его. Вот это все Дорофеев мне и объяснил и сказал в каком приказе Министра Обороны это положение разъяснено, но в обмен на взыскание, объявленное мне в приказе. В итоге, проверяющий повысил свой престиж перед командиром корпуса, а мне наука, но за плату.

В то далекое время в армии военнослужащие срочной службы в отпуск, в командировку перемещались по военно-перевозочным документам (ВПД), сверхсрочнослужащие и офицеры в отпуск следовали тоже по ВПД.

ВПД – это государственный денежный документ, который предъявлялся в транспортные кассы, в обмен выдавался билет ( на самолеты с доплатой, в зависимости от маршрута), и соответствующие Министерства транспорта предъявляли ВПД Министерству Обороны для перечисления платы за оказанные транспортные услуги.

Так вот эти ВПД были предметом различных незаконных махинаций, в частности, выдача их лицам без достаточных на то оснований. Это была моя головная боль, я нес материальную ответственность за их незаконное использование. Ревизоры на этом и «ловили»

нашего брата «строевиков». За что?

Приказ МО СССР номер 200 по военноперевозочным документам гласит: «военнослужащие срочной службы передвигаются в отпуска, в командировки только по ВПД». А для этого нужно основание. Основанием в отпуск по поощрению является приказ командира, в отпуск по семейным обстоятельствам тоже приказ, но с приложением ходатайства от военкома, по болезни – заключение врача.

Иногда, под давлением со стороны командования, эти требования нарушались, и чтобы не ссориться с начальством, приходилось уступать. Начет мне, я же подписываю документ. Офицеру в отпуск на путь следования выписывается ВПД, но некоторые просили выписать с нарушением маршрута, тогда начиналась бухгалтерия, чтобы вычислить разницу в цене проезда между положенным и кружным маршрутами с доплатой в финчасть. Квитанции к корешку ВПД.

Неправильно произведен расчет – мне начет, если проситель сам не доплатит разницу.

Достаточно. Теперь о ревизорах.

Ревизоры были разные: одни любили водку и она закрывала им глаза на нарушения, другие подходили с пониманием моего положения и отмечали в акте незначительные нарушения с уплатой маленького начета.

Таким был ревизор, служащий Советской Армии, Попоудин Петр Дмитриевич. Светлая ему память, но самым вредным оказался ревизор, тоже служащий СА Реутов. он много «загнул» корешков ВПД, в результате по акту ревизии в приказе мне начет на 300 рублей – это больше, чем мое месячное денежное содержание. К тому же умыкнул мою книгу азербайджанского писателя Ордубади. Но после такого начета я взбунтовался: ни одного случая выдачи ВПД без отсутствия на то оснований.

В мою обязанность входило ведение личных дел военнослужащих сверхсрочной службы. Служба военнослужащими срочной и сверхсрочной службы определялось приказом МО СССР номер 170.

Согласно этого приказа на каждого военнослужащего этой категории заводилось личное дело – это документ, в котором отражаются сведения о военнослужащем:

анкетные данные, присвоение воинских званий, прохождение службы по должностям. На военнослужащих срочной службы, личное дело – это учетно-послужная карточка (УПК), ведение этих карточек входило в обязанность моих писарей. УПК – основной учетный документ солдат, сержантов срочной службы, подтверждающих их службу (кроме военного билета) в составе вооруженных сил СССР.

На военнослужащих сверхсрочной службы заводились личные дела – это корочки, определенного формата, в которые помещался послужной лист со всеми социально-демографическими данными, автобиография, выписки из приказов о присвоении очередных званий, в послужной список записывалось назначение на должности, записи подтверждались выписками из приказов и другие сведения, также подтверждающие службу в Вооруженных силах СССР. Это личное дело с его содержанием, является основным документом для начисления пенсии по окончанию срока службы по выслуге лет, а так же для подтверждения трудового стажа при выходе на пенсию в условиях гражданской жизни.

Когда я взялся за личные дела сверхсрочников, то нашел их в весьма плачевном состоянии. Много в бригаде было сверхсрочников участников войны, и других сверхсрочнослужащих, которым надо было увольняться из армии по возрасту, по болезни, по выслуге лет на пенсию. Но, как раз, документов, подтверждающих их службу до войны, во время войны и после войны, в личных делах не было. Просто этим важнейшим вопросом никто не занимался.

Приступил я к этой работе. Для начала привел в порядок личные дела. «Поднял» приказы, находящиеся в архиве части, разыскал в них прохождение службы сверхсрочниками, сделал из них выписки и приобщил в личные дела.

Подтверждение прохождения службы до войны, во время войны, да и после ее окончания, могли подтвердить государственные архивы, военкоматы, госпитали. Началась переписка с указанными организациями, учреждениями, путем направления запросов. Приходилось по крупицам собирать эти сведения.

Вызовешь старика на беседу, чтобы выяснить где, когда, кем он служил. А он не помнит или мало помнит.

Где ему помнить, если на календаре 1967 год, а он служил срочную службу в г.Каспийске в 1936 году. Таков был у меня старшина Жидков. Он уже служил в 1936 году, а я в это время гулял по улице еще без штанов, а теперь мне надо найти его службу, чтобы он мог получить пенсию. В поисках сведений приходилось цепляться за каждое выжатое слово, фразу, а потом очередной запрос в архивы для уточнения или подтверждения сказанного.

Возраст его уже не позволял ему находиться на военной службе. Надо отдать ему должное, он активно помогал мне искать его службу. Собрал я его службу – 20 лет. На это ушло времени более года. Его личное дело из тоненького стало пухлым от наполнивших его запросов и ответов.

Отправил его личное дело в финансовые органы на подсчет выслуги лет и определения размера пенсии.

Вернулось оно с подтверждением этого срока службы.

Старик с трудом сдерживал слезы от радости.

Параллельно занимался и с другими личными делами сверхсрочников.

Еще одно личное дело, старшего сержанта Степанова, требовало много времени на его отработку. С подтверждением его службы во время войны – казус, каких немало было на войне, человек жив, а его считали погибшим.

С моим Степановым то же самое.

В беседе со мной он сообщает, что воевал на таком-то фронте, в составе полка ИПТАП. Называет даты. Запрос в Центральный архив Министерства Обороны г.Подольска, ответ: рядовой Степанов, такой-то части, тогда-то погиб под завалом от взрыва снаряда.

Обрадовали.

Вызываю Степанова:

- Сержант, да ты числишься в списке погибших!

Вот ответ на мой запрос из архива.

- Товарищ капитан, не надо так шутить.

- Какие шутки, вот ответ, почитай.

Читает.

- Да, я действительно был засыпан в нашем окопе взрывом снаряда от немецкого танка, но меня товарищи откопали.

Трудно было доказать архиву, что Степанов жив, дважды я повторял запрос, истребовали его фотографию.

Главное то, что в списках этого полка Степанов значился.

Подтвердили ему службу.

Сложное дело было подтвердить службу старшине Наукину, читатель уже знаком с ним, в довоенное время. Служил он в Ленинграде, уволился, остался жить там же, а город-то подвергался бомбежке, и с архивными документами были проблемы. Но все-таки подтвердили его службу. Личное дело Наукина было отработано и вовремя. Новый командир бригады, полковник Войтенко, после проверки Имишлинского батальона, приказал мне немедленно уволить старшину Наукина.

Капитан Шобухов В.И.

за рабочим столом в строевой части И еще одно личное дело, которое я не довел до конца, по не зависящим от меня причинам. Это личное дело старшины Желиховского, пусть земля ему будет пухом – похоронили мы его. Так вот, я не смог добиться подтверждения его службы в 1940 году. На мои запросы архив отвечает: «В списке, указанной Вами части значится рядовой Желихивский, повторение этой фамилии в списках не значится».

Вызываю Желиховского на беседу, не приходит, ссылаясь на занятость. Ни разу не пришел, так и умер на службе.

Подозрительное равнодушие. У меня лично, вызывало подозрение наличие у него ордена «Красная звезда», это у бойца ВНОС, полученного в 1940 году?

На службе его держали с нарушением Закона о возрастных ограничениях. Почему? Был хорошим снабженцем запасными частями для автомобилей.

Дважды в год издавался приказ о перестановке военнослужащих срочной службы по должностям.

Командиры батальонов представляли рапорт на перемещение, я их обрабатывал, производил перестановку в штатных книгах, а с этих книг в машбюро печатался приказ. Солдат и сержантов срочной службы в бригаде было более полутора тысяч. Половина их перемещалась в связи с увольнением, отслуживших свой срок и прибытием нового пополнения.

Этой работой я занимался шесть лет. Записи в штатных книгах производились карандашом. Это подействовало на мое зрение. Были ошибки: двойное назначение одного и того же человека. Эту ошибку постоянно искали финансисты, чтоб сделать на меня начет. После подписи приказа в батальоны высылались выписки, а мои писари разносили его по УПК.

Это внутренняя работа. Но были мероприятия посложней. В годы Советской власти, армия всегда помогала колхозам в уборке урожая. Наш 15 корпус формировал автобатальон. Командиром этого батальона почему-то постоянно назначали нашего офицера из числа командиров батальонов. Бригада наша формировала автороту. Эта работа начиналась весной, чтобы до начала уборки озимых батальон был на месте, а место было – колхозы Краснодарского края.

Вот и начинается отбор личного состава, в основном из числа водителей, формируем-то автороту.

Вызов из батальонов, оформление документов, что происходило не всегда гладко, представление на сборный пункт в Сангачалы. При проверке верхним начальством, кто-то из прибывших не понравился, или нарушает дисциплину – заменить. И вот начинается все сначала – выбивание из батальонов других солдат, а комбаты сопротивляются – лучше, чем отправляли нет. Мы понимали их, личный состав батальонов несет боевое дежурство, а у них отбирают лучших специалистов. Пока сформируешь эту роту, пуд нервов испортишь. С солдатами просто – приказ, есть приказ, ему, солдату все равно, где служить, а вот с офицерами и сверхсрочниками было труднее, особенно с теми, у кого были семьи. А потому, что командировка была длительная, уезжали в мае, возвращались в ноябре.

Батальон сформирован, погружен на железнодорожный состав, можно и расслабиться.

Инициатором по части расслабления был знакомый Вам подполковник Дорофеев.

После возвращения из командировки моя задача, проверить наличие личного состава, документов – продовольственные, денежные аттестаты, подготовить проект приказа о прибытии, отправка по подразделениям.

Началась кампания спецкомандировок (во всяком случае для меня) наших специалистов в арабские страны.

Поступает приказ из отдела кадров корпуса о срочной (у нас без срочности не бывает) подготовке к отправке в Египет двух специалистов из рядового состава, сроком на один год, оператора РЛС и электромеханика.

А какому командиру батальона хочется отдавать своего специалиста, да еще на год? Это была моя первая работа по отбору и отправке в спекомандировки наших специалистов. А после я их отправлял много, даже и не припомню сколько. Мы вернемся еще к этой работе.

Из корпуса определен жесткий срок, а как эту работу выполнять из того же отдела кадров корпуса не объяснили.

Отобрали двух солдат из Имишлинского батальона. Оператора РЛС, рядового Тихомирова, электромеханика, рядового Пламадил.

Оперуполномоченный КГБ дает добро. Солдаты согласны следовать в спецкомандировку. Началась работа по оформлению на них документов, но сначала вам надо знать в какой обстановке я готовил этих бойцов. Мой шеф, майор Шалин в отпуске, весеннюю итоговую проверку за полгода приехала проводить окружная комиссия, соответственно нарисовался из отдела кадров округа наш направленец на радиотехнические войска. И началось. Каждый тянет одеяло на себя, зачеты по тактике, по технике, по марксистско-ленинской подготовке, по физподготовке, стрельбы и срочные документы на моих кандидатов, а наш направленец ходит за мной чуть ли не по пятам, организуй ему рыбалку и дает прозрачный намек – с выпивкой и с девочками.

Выпивку я ему обеспечу, пусть жрет, а гарема у меня нет.

Отстал только после моего доклада начальнику штаба.

Отправил я своих бойцов на военно-врачебную комиссию в 438 корпусной госпиталь. Пока они проходили комиссию, я сдал некоторые зачеты. Конфликт с проверяющим по политической подготовке.

На поставленные вопросы я ответил, доволен, но:

- Покажите конспекты по первоисточникам.

- Товарищ майор, у меня их нет, мне некогда их конспектировать.

Майор аж подпрыгнул от такой моей «наглости».

- Как это некогда, другим есть когда, а Вам, капитан, некогда?!

Врагом я стал у политработников.

Важно понять систему. Я понял ее. Никакой, проверяющий политработник никогда не будет читать названные конспекты, главное, чтобы они были. В этом деле мне помогала «Большая Советская Энциклопедия».

Меня даже стали хвалить за мои конспекты. Но это все было после, а сейчас мои бойцы успешно прошли ВВК – годны для следования в спецкомандировку, теперь заполнять анкеты. Чтобы дать ответ на некоторые вопросы, у них как будто память отшибло. Попортили они много бланков, и столько же моих нервов. Заполнили анкеты. На них фотографии в гражданской форме одежды. Сфотографировал их гарнизонный фотограф в гражданских рубашках, наклеил фото. Анкеты, заключение ВВК, комсомольские, служебные характеристики – все в папку, везу в отдел кадров корпуса.

Зеленцов:

- Ты что привез Шобухов?

- Документы, товарищ подполковник.

- Неправильно оформлены твои документы – фотографии должны быть размером 4х5, в белой рубашке, в темном пиджаке и с черным без узоров галстуком, в количестве 16 штук, с учетом на анкете.

Понял, капитан?

- Как не понять? Только, товарищ подполковник, об этом надо было сразу говорить, откуда мне было знать?

Нашел нужную форму, а платить за 32 фотографии будут бойцы? Не будут. Раскрывай, капитан, свой кошелек.

Мой труд не пропал даром. Мои бойцы служили в Египте почти год. А рядовой Пламадил, при возвращении домой, то есть в бригаду, ухитрился погулять по улицам Вечного города.

Кроме помощи колхозникам Кубани, округ формировал роту для отправки в Курскую область, станция Конышевка, на заготовку и отправку закупленной картошки, на окружные склады, откуда тыловики и получали ее для своих частей.

Наша бригада в состав роты отправляла один взвод во главе с офицером. Эта командировка всего на один месяц. Не было случая, чтобы кто-нибудь отказался от этой командировки. Почему? Изголодавшиеся Конышевские женщины, встречали наших бойцов с ликованием в душе, как голодные Поволжья при виде эшелона с хлебом. Свои, спившиеся от картофельного самогона мужики, не отвечали требованиям своих вторых половинок. Потомки наших заготовщиков картошки в Конышовке наверное уже дедушки и бабушки.

Мне не сподобилось бывать в этих командировках, моя задача, отбирать кандидатов, формировать взвод и отправлять, что я и делал.

О приведении в порядок личных дел сверхсрочников я писал, но продолжаю изучать приказ Министра Обороны номер 170 (он у меня являлся настольной книгой) и нахожу пункт приказа, который обязывает командиров частей вести книгу учета безвозвратных потерь.

Спрашиваю Шалина:

- Товарищ майор, книга учета погибших во время прохождения службы у нас имеется, она должна быть секретной?

- Какая еще книга погибших, откуда ты, капитан, взял это?

- Вот приказ МО номер 170 требует иметь такую книгу. – Читает.

- Ну и дотошный же ты, Вениамин Иванович, заводи эту книгу.

Начальник штаба тоже не знал этого требования, а надо бы.

Пока я служил помощником начальника ОСК, я вел эту книгу лично, впоследствии ее вели мои помощники.

За 17 лет в эту книгу было занесено 67 покойников. Если бы я знал тогда, что возьмусь за перо, я бы вел вторую книгу по которой можно было бы написать размышления о природе человеческой глупости: нарушение воинской дисциплины, пренебрежение правилами техники безопасности, самоубийство, лихачество на автотранспорте, жадность, пьянство. О некоторых покойниках, пусть земля им будет пухом, в моей повести будет рассказ. А сейчас замечу, мне пришлось видеть слезы самых дорогих людей, для ушедших в мир иной по глупости. Тяжело это. Войны-то не было.

На праздники, а это: День Советской Армии, 1 Мая, День Победы, День части в/ч 91144 – 20 мая, 7 ноября и на прием присяги от молодого пополнения выносили Знамя части, к строю и в клуб на торжественные собрания. Для выноса Знамени приказом по части назначался наряд в составе: ответственный за вынос Знамени, знаменщик, два ассистента – все только офицеры, знаменный взвод от камендантского взвода во главе с командиром взвода, сержантом сверхсрочной службы Василием Ярош, впоследствии - прапорщик, отличный служака.

Так вот, постоянным ответственным за вынос Знамени был Ваш покорный слуга, капитан Шобухов В.И. с 7 ноября 1966 года по май 1971 года и с октября 1971 года по май 1983 года, но уже майор Шобухов.

При первом моем назначении ответственным за вынос на торжественное собрание в честь праздника 7 ноября Годовщины Великой Октябрьской

– Социалистической Революции, полковник Шеин спрашивает у майора Шалина:

- Справится ли со столь ответственным заданием, ведь в штабе он всего два месяца?

- Товарищ полковник, капитан Шобухов справится, я его тщательно проинструктировал.

Как видит читатель, я справился.

На фотографиях запечатлены выносы Знамени в разное время, с разным составом наряда и только ответственный – неизменный. Подобных фотографий много, но это же повесть, и помещать весь архив несерьезно.

Наряд у знамени.

Слева на право: к-н Шобухов – ответственный, к-н Бабенко – ассистент, майор Терехов – знаменщик, к-н Пурши – ассистент В 1968 году был принят Закон Союза ССР о переходе военнослужащих срочной службы на два года службы. Задача: солдат третьего года службы, с назначенной даты увольнения, нужно было увольнять в два этапа, но так, чтобы они не прослужили больше определенного срока и не подорвать боевую готовность дежурных подразделений, а наша бригада вся была на дежурстве.

Знаменный взвод. В центре с пистолетом прапорщик Ярош, рядом майор Шобухов. Фото по просьбе ребят взвода.

Они меня очень уважали Для составления плана увольнения вызвали «строевиков» частей в ОМО корпуса к Дорофееву на инструктаж. Инструктировать легко, а вот составить план увольнения – другое дело.

Путаная была эта бухгалтерия для нашей бригады с ее сложной структурой выполняемой ею боевой задачей.

Выполнение плана увольнения проверяла комиссия округа и обнаружила, что я уволил на 20 человек больше, чем планировалось.

Это получается меньше одного человека на каждое подразделение бригады. И все-таки «выговор»

мне был обеспечен.

Зарплату не уменьшили и хорошо. А «выговоров», благодарностей, ценных подарков впереди было еще много.

Слева на право: майор Шобухов, к-н Ципин, м-р Ладур, и не помню последнего Вернемся к Люшко, финансисту Имишлинского батальона, о котором я упомянул в первой части своей повести. За мошенничество им занялась военная прокуратура. Состоялся суд в батальоне. Решение суд не выносит, ждут еще одного, последнего свидетеля, это меня. Надо прибыть к концу заседания суда.

Вызывает командир полковник Шеин, не приказывает, нет, а говорит:

- Капитан Шобухов, надо съездить в Имишли для дачи свидетельских показаний по делу Люшко, знаете такого?

- Знаю, товарищ полковник, а как с транспортом?

- Придется воспользоваться своим транспортом.

Наряд у знамени: м-р Шобухов, далее фамилии не обозначены С полковником Шеиным мне пререкаться не выгодно. Разговор состоялся утром, а к обеду я должен быть в Имишли, и к вечеру вернуться обратно. Оседлал своего «вороного» «Ковровца» и в путь.

Приехал к назначенному времени, дал показания, приговора дожидаться не стал, поехал обратно. Дорога не короткая – всего-то 200 километров. На маршруте пролился хороший дождь. В Сальянах заехал в охотничий магазин. Покупатели в магазине смотрят на меня с интересом и загадочно улыбаются. Чего бы это, не пойму?

Вынос знамени к строю части. Впереди майор Шобухов Знаменщик – майор Кинзерский, от него вправо третий – капитан Сидоров, мой друг.

Стоит, слева направо, седьмой майор Оноприенко.

Сидят, слева направо, четвертый полковник Строн В.С., подполковник Коротынский, подполковник Апальков – командир, в конце ряда майор Шобухов Совершил покупку, подошел к мотоциклу, смотрю в зеркало, а из него на меня смотрит афроамериканец с белыми окружьями вокруг глаз.

Понял я улыбки людей в магазине, это встречные машины превратили мою «фотографию» в посмешище для окружающих. Нашел источник воды, привел себя в порядок.

Второй год я служу в поселке Пирсагат, в 82-х километрах от города Баку, пора познакомить читателя с этим городом поподробнее, тем более, что я обещал это сделать еще в 1958 году.

И так, город Баку – столица Азербайджанской республики (АзССР), крупнейший промышленный, научный и культурный центр, важный транспортный узел.

Впервые упоминается в пятом веке.

Население с пригородами более одного миллиона человек. Расположен на Апшеронском полуострове, на берегу Бакинской бухты Каспийского моря.

Город раскинулся амфитеатром на склоне плато, спускающимся к Бакинской бухте. Новая часть города с прямыми широкими улицами плотной застройки из камня, хорошо озелененные.

На верху плато, над районом Баилово, парк имени С.М. Кирова широкими красивыми аллеями, с субарктической растительностью. Пальмы в зимнее время обёртываются теплосберегательной тканью.

Много цветников с неисчислимым разнообразием цветов.

В конце главной аллеи летняя эстрада, на которой 14-ти летним, пробовал свой голос наш знаменитый певец Олег Газманов в форме юнги и исполнял песню на морскую тему. Он и сейчас поёт песни с такой же темой.

Помните: «А я девушек люблю…вдоль по линии прибоя…», или...» Ты морячка я моряк».

В городе много парков, скверов, садов. Имеются все виды городского транспорта. Исчезли с улиц ишаки, конные повозки.

Главный проспект г. Баку, проспект Нефтянников

Древняя часть города, так называемая крепость или Ичери-Шехер, с узкими кривыми улочками и тупиками, застроенными одноэтажными домами с плоскими крышами, с архитектурными памятниками старины: дворец Ширваншахов, башня Кызыл-Каласы, минарет, остатки крепостной стены. Эта часть города показана в фильме «Бриллиантовая рука».

По дороге, с площади «Азнефть» до аэропорта – нефтепромыслы, а старая часть нефтепромыслов – «тайга» не убранных, старых нефтяных вышек.

Огромный аэропорт.

В городе находится академия наук АзССР, много учебных заведений, музеев.

В музее Низами я бывал несколько раз.

В город ездили на маршрутном автобусе номер

105. В сторону города поездки были более-менее комфортные, а из города с площади Азнефть, чуть опоздаешь, будешь стоять до поселка Аляты. Весь автобус набивался азербайджанками, в своих, мягко говоря, не свежих «туманах» - платья, с головы до земли, одетых по несколько штук на себя, сидящих на сиденьях, на полу, жующих, орущих всю дорогу.

Зачем ездили в город? А куда же еще?

В нашем военторговском магазине ассортимент товаров не тот, что в городе Баку. Ездили и по служебным вопросам, и в отпуска с железнодорожного вокзала, и из аэропорта; за подарками к праздникам, к семейным торжествам. На Новый год с моим другом Виталием Карсетским купили нам телевизор «Рубин», искали «Горизонт», но их уже все разобрали, они у населения пользовались большим спросом. С Карсетскими мы дружили семьями длительное время. Наша дружба не прерывалась даже, когда Виталия перевели в Аляты.

У нас договор – праздники отмечали по очереди, то у нас, то у них, ну а семейные праздники само собой, у виновника торжества. Жену Виталия звали Ольга, удивительно спокойная женщина, там, где нужно, казалось бы возмущаться, она спокойно произносила одну и ту же фразу: «Больно плевать». Была у них дочка Галина. На День Победы, приняв на грудь в честь праздника, устраивались в саду и мягко и душевно выводили: «Майскими короткими ночами, отгремев, закончились бои, где же вы теперь друзья-однополчане, боевые спутники мои».

Виталий Карсетский в моём саду за работой

Шобухов слева и Карсетский за новогодним столом Да, действительно, где мои однополчане, живы ли они? Виталий владел неплохим вокалом. Виталия перевели в Москву после окончания им академии заочно, и приезжал он к нам в Пирсагат в начале 80-х, уже полковником. На радостях встречи посидели, вспомнили дни нашей дружбы.

Нина Шобухова с сыном Андреем, Шобухов, Оля Карсетская, Карсетский, Люба Шаповалова Нина продолжала заниматься своим портновским делом – пошивом женской одежды. У нее образовался круг заказчиц, и прежняя швейная машинка ее не устраивала, задерживалось выполнение заказов, но она молчала. Видя, как она мучается, я решил облегчить ей работу. Взял в кассе взаимопомощи взаймы денег, выпросил у командира ГАЗ-69 на 7 марта, объяснил зачем, и поехал в Баку, сказав жене, что еду в командировку. В Баку в специализированном магазине, я успел купить последнюю Подольскую ножную швейную машину. Привез домой, занесли с водителем коробку в хату.

Нина спрашивает удивленно:

- Вена, что это такое?

- А это, дорогая моя, агрегат, чтоб ты больше не мучилась при шитье платьев, который называется:

«Подольская швейная ножная машина» - это тебе подарок к празднику от твоих мужчин.

- Спасибо, Вена, я и мечтать не смела о таком подарке.

Ее работа по выполнению заказов, заметно пополняла нам семейный бюджет. Оговорюсь, она не просто выполняла заказы, но и рекомендовала женщинам какое лучше выбрать платье для пошива, имея много журналов с модами.

У меня и сейчас стоит эта швейная подольская машина, как память о незаурядном мастерстве моей жены.

Эта швейная машина была не единственным подарком. Были и другие. Об одном из них рассказ.

Также на 8 марта, я поехал в Баку 7 числа на своём «Днепре» ювелирный магазин. Взял с собой писаря сержанта Сакалюка для охраны мотоцикла, пока хожу в магазин. Возле музея Мизами хорошая стоянка для автотранспорта. Оставил сержанта поднялся на вверх в магазин, который был ещё закрыт. Народу много, желающих купить подарки, и все мужского сословия.

Прорвался я к витрине: ассортимент широкий. Долго я выбирал подарок, тот не нравится, другой нравится, но валюты маловато, выбрал после длительных раздумий перстень, не дешёвый, с камнем – александрит, вделанным в кольцо не сплошным овалом, а как –бы в лапках паука. Переживаю: понравится? Продавщица одобрила мой выбор. Приехал домой и сразу на работу, в штаб. Жена из окна дома управления видела, что я приехал, и не дожидаясь, когда я буду дома, спешит ко мне на службу. Выхожу из штаба она ждёт у входа, «Вена показывай, что привёз» - говорит не терпеливо. «Вот он тебе подарок, может не понравится?» Раскрывает коробочку и не смотря на присутствие посторонних, крепко обняла меня и жарко поцеловала. Стоит жить на свете ради таких моментов. Этот перстень, и всех имеющихся у ней украшений, был самый лучший. Она одевала его только в торжественных случаях.

Коль скоро мы коснулись бытовой темы, продолжим ее.

Отопление квартир осуществлялось дровами и каменным углем.

Уголь и дрова покупали за наличный расчет через финансовую часть с топливного склада части.

Протапливали массивную кирпичную, покрытую кафельными плитками печь, которая стояла в детской комнате.

После окончания топки в жерле печи на колосниках образовывалось столько шлака, от сгоревшего каменного угля, что надо было прилагать большие усилия, чтобы очистить колосник от него. Это занятие надоедало и требовало много времени.

В городке парикмахер, он же фотограф, Сурен Багдасаров, предприимчивый армянин, стал привозить из Еревана легкие металлические солярочные печки, которые работали на принципе капельного смешивания солярки с водой. Купил солярочную печку за 100 рублей.

Чтобы поставить ее нужно было вынести кирпичную печь. С этой задачей шесть бойцов справились с трудом.

Установил, настроил солярочную печку, хорошо греет.

Но не долги были радости. Однажды ночью (печку оставил не выключенной) меня разбудил мой незримый хранитель, слышу, в квартире гул стоит, я сразу догадался – гудит печка. У нее нарушился режим горения, и она готова взорваться от перегрева. Перекрыл систему подачи топлива, источник пожара был заглушен.

Если бы меня не поднял мой хранитель, последствия были бы ужасные, финский домик горит 15 минут.

Вывод: лучше очищать колосники от шлака, чем греться у головешек своей квартиры или еще ужаснее – заживо превратиться в шашлык. Штатная печь вернулась на свое место.

За одно расскажу и о втором случае. Кладовочка, находящаяся в коридоре между комнатами была отдана во владение Саше, он там занимался и радиоделом, и фотографией, и еще другими фантазиями. Провел много электрических проводов с хлорвиниловой изоляцией.

Все шло хорошо, но однажды ночью, опять же, мой незримый хранитель не дремлет, спасибо ему, проснулся и слышу в квартире треск, и чувствую едкий запах горевших электрических проводов от короткого замыкания. Бегом в кладовку, она уже полна дыма, включил защиту на предохранительном щитке (автомат не сработал вовремя), оборвал провода, проветрил квартиру.

После работы провел в мастерскую Саше новую проводку со всеми правилами безопасности, не оставлять же сына без его увлечений.

Нам в этом случае крупно повезло, все были дома.

А если бы это произошло в рабочее время, когда никого нет дома? Результат очевиден – погорельцы. И не мы одни. В доме через стенку жила семья старшины сверхсрочной службы Пшеничного. Его жена Зоя в судьбе моего сына Саши приняла самое непосредственное участие.

Летом, в свободное время по субботам и воскресеньям, выезжали на Каспийское море на «Ковровце» втроем, Саша, я, Нина. Море от нашего городка на удалении 11 километров. Море изменчиво по своему характеру из-за частых и сильных штормов. Этот регион – Апшеронский полуостров, море, знаменательны тем, что из 365 дней в году только 100 дней не штормовые. Поэтому после каждого шторма на море, наш пляж не узнаваем: на берегу много разбитых ящиков с «тюлькина флота», годных для приготовления шашлыка. Там, где в прошлый приезд была глубина у берега, теперь подводные барханы из песка, и чтобы поплавать нужно идти далеко в море. Вода теплая, но мутная, особенно после шторма, кроме того, частые нашествия нефтяных пятен. Но мы любили и такое море, другого не было. Море все-таки лучше, чем Мильская равнина. На ней днем от жары дышать трудно, а ночью комары-кровопийцы спать не дают.

Таким местом, где жара достигает 450, является в Азербайджане город Кюрдамир, с его окрестностями.

Там дислоцировался наш радиотехнический батальон.

По долгу службы приходилось бывать там и кормить кровопийц. А как же постоянные жители, не спят что ли совсем? Спят. Они устраиваю над кроватями постоянные марлевые колпаки.

Снова мои воспоминания спешат. Отвлекся я.

На окраине городка, по инициативе бригадного инженера по фортификации, выкопали большой котлован для плавательного бассейна, но он остался пустым, как памятник непродуманного до конца предприятия. Чтобы его заполнить водой, надо было на целый месяц лишить жителей городка воды. За то из него получился хороший стрелковый тир, в котором я учил стрелять своих наследников из Т03-8.

В зимние месяцы наши женщины собирались группой и ездили на рынок в город Сальяны, что в 50 километрах от нашего Пирсагата, продавать поношенную одежду и обувь, а также неиспользованные предметы обмундирования. Особенно пользовалось большим спросом у пастухов теплое офицерское белье по 25 рублей за пару, покупали не торгуясь, просили привозить еще. Также хорошо продавались яловые сапоги, мы их в условиях Азербайджана не носили. Детская одежда, неместного производства, уходила, что называется «с ходу».

От городка до трассы Баку-Астара пять километров пешком, а дальше до Сальяны на попутных машинах. Обратно, тем же порядком. Уговор был строгий — не разделяться. Этой торговлей вынуждены были заниматься для пополнения семейного бюджета.

Не все же время трудиться на службе и в быту.

Имеем же мы право отдыхать? Выезжали в отпуска в Кинель, в Белорецк. Запомнился год 1968. Из Пирсагата выехали – лето, жара, а Урал нас встретил не ласково.

Вначале Урал холодил нас в Магнитогорске, заезжали к брату Виктору навестить его семью, а от них в Белорецк, уже по новой железной дороге через Абзаковский перевал, через реку Белую, и вот она, родная станция «8 - й километр».

–  –  –

В Белорецке ничуть не теплее, он на 90 километров севернее Магнитогорска. Несмотря на холодную погоду, все же решили покататься на лодке по нашему Белорецкому пруду, ведь для меня он не чужой.

О том, как было холодно свидетельствует фотография.

Фотографировал мой друг Фрат. В этом отпуске у меня была последняя встреча с моей живой мамой. После лодочной прогулки и ужина играли в карты, в «Акулину», мама любила эту игру, да она другие игры в карты и не знала.

Из Белорецка заезжали в совхоз.

В квартире моей мамы. 1968 г.

Слева направо. Нижний ряд: Леночка племянница, Саша сынок, жена Фрата (у них детей не было), моя мама Клавдия Николаевна, Шобухов.

Малыши – дети сестры Зины.

Верхний ряд: сестра Октябрина, Нина, Серёжа, муж сестры Зины, сестра Шура. Фото Фрата Расскажу о наших гостях. Рассказывая о них, я вынужден забежать вперед, чтобы получилось цельное впечатление у читателя о них, а не вразброс, по частям.

За 17 лет нашей жизни в Пирсагате у нас побывали в гостях почти все мои родственники, почему почти? Не приезжали братья, Константин и Михаил, не приезжала мама, она уже старенькая была.

Слева направо: мои сестра Зина, племянница Лена и мама

Приезжали родственники жены, а тесть с тещей почти каждый год.

Расставить их прибытие во времени, память не позволяет, но что они были у нас, вспоминаю всех.

Первыми нашими гостями были моя сестра Валя с мужем Петром Петровичем. Первый раз они приехали в марте 1968 года вместе с дочкой Тоней, моей племянницей. После приезжали вдвоем, чуть ли не каждый год.

У нас стол для гостей был всегда богатым, помню, Петрович пропустит внутрь рюмку другую и хвалит Нинину кухню: «Хорош борщик! Нина, а добавка есть?».

Конечно есть.

В 1973 году Тоня приезжала одна и при выезде на море познакомилась с бойцом из ракетного дивизиона, Вячеславом Герасимовым. Полюбили они друг друга.

Состоялся законный брак. В 1978 году приехали уже с четырехлетним сыном, Валентином, звали они его Валиком.

Вячеслав, он же Славик, заядлый рыбак. Привез с собой рыболовные снасти, в том числе и для подводной ловли.

Выезжали на море на отдых, и на подводную рыбалку. К этому времени у меня уже был мотоцикл «МТ-9 «Днепр».

Наше море не отличается прозрачностью своих вод в лучшую сторону, поэтому удача Славика не баловала, он предлагает:

- Дядя Вена, давай поедем на ночную рыбалку, на это же место, спиннинг у меня есть.

Приготовились, поехали: я, мой Андрей, Тоня, Славик – беспокойный рыбак. Мы с Тоней купаемся, а рыбаки трудились на своем поприще. Поймали две неприятности вместо рыбы. Поехали домой, обнаружилась потеря Тониных часиков, ручных, вернулись обратно, не доезжая до моря, Андрюша увидел эти часики в свете фары, лежащие на дорожной песчаной колее, от радости поднял такой крик, что даже прибрежные дюны проснулись, и заодно привлек внимание рыбнадзоров.

Началась гонка преследования. У меня на борту женщина, девятилетний ребенок, нас двое мужчин.

Рыбнадзоры тоже на трехколесном мотоцикле, но их три мордоворота. Я не имел права остановиться, потому что у меня на борту женщина, а преследователей трое, охочих до русских баб, а в степи ночь. Я выиграл 11-ти километровую гонку до шлагбаума части. Перед ним я остановился, чтобы выяснить отношения с преследователями. Разошлись мирно.

Сын Тони, Валик отслужил свой срок в Украинской Армии, а в настоящее время Валентин Вячеславович проживает в Днепропетровске.

Рядовой Валентин Герасимов принимает присягу на верность Родине

Последний раз Тоня со своим мужем приезжали в 1982 году. Ремонтируя мою машину, не могли разобрать один узел. О покупке этой машины расскажу позже.

Говорю:

- Славик, оставим его в покое до следующего раза.

- Нет, дядя Вена, люди собирали, и мы тоже разберемся в этом узле.

И сам себе смешно приговаривал: «Думай, голова, шляпу куплю».

Хороший был мужик, но рано ушел из жизни – не берег своего здоровья.

Мой брат Виктор первый свой приезд ознаменовал внезапностью прибытия.

31 декабря 1969 года я приехал с Алятского кладбища, хоронили подполковника Смирнова, на проходной дежурный сообщает, что меня ждет в Баку, в комендатуре, брат Виктор и просит за ним приехать «...и лучше выдумать не мог…» Как приехать 31 декабря, когда перед новогодней ночью вся жизнь замирает.

Водитель 105 маршрута уже шашлыки жарит, а по округу строжайший приказ – никакого движения военного транспорта и командир машину не дает. Сижу на проходной в ожидании чуда. Чудо нарисовалось из Хыдырлы, в виде горбатого «Запорожца» с полупьяным водителем. Я к этому чуду.

- «Земляк», в Баку поедем? Там в комендатуре меня брат ждет.

- Капитан, за это надо платить 20 рублей.

- Поехали.

Через 40 километров в поселке Дуваны этот «земляк» опрокинул в свою глотку еще стакан бормотухи «Агдам». На площади Азнефть, убегая от милиции, проскочил поворот в крепость, в комендатуру, и погнал на нагорную часть города, по встречным маршрутам, выписывая зигзаги по пустынному предновогоднему городу. Приехали в комендатуру, брат с женой Ирой уже выходили из дверей, в надежде найти транспорт на площади, а я им навстречу — радости полные карманы.

Дорога обратно без приключений.

Приехали домой, мой «земляк» стал напрашиваться в гости.

- Слушай Мамед, ты и так нагнал страха со своим «Запорожцем», да еще лезешь в мой дом. Вот тебе 21 рубль, вместо 20 и отваливай.

Привезли мне на второй день из Юхаринской роты трехлитровый баллон спирта, там же мой друг Петр Стрелков, он всегда выручит.

Развел я спирт. Нина приготовила хороший стол, пригласили на праздник Андрюшину нянечку, тетю Дусю. Выставил на стол баллон с двумя литрами разведенного спирта, думая, что хватит еще и на завтра.

Встречу с братом и Новый год отпраздновали весело. Виктор плясал с тетей Дусей.

Тетя Дуся ушла домой, брат начал «клевать»

носом. Уговорил я его лечь в постель, правда, с большим трудом, но согласился. Спирту в баллоне осталось почти литр. Сидим разговариваем:

- Нина, пойду, посмотрю, как там мой брат отдыхает. – Захожу в детскую комнату, а он одевает брюки.

- Виктор, чего ты вскочил? Отдыхай. Завтра вы же собираетесь ехать в город.

- … нашел дурака, там в баллоне остался спирт.

Ну, что с ним поделаешь? Он будет пить до тех пор, пока не увидит пустую посуду на столе. Так всегда.

Но сколько бы вечером не употреблял, на работу утром никогда не опаздывал. И все-таки эта страсть сгубила его, позже, конечно.

В 1973 году, возвращаясь из Кинеля, с нами поехала погостить у нас до приезда ее родителей двоюродная сестра Нины, Алла Юлова, дочка Петра Яковлевича.

На следующий год приехали ее родители летом.

Петр Яковлевич, дядя Нины, и его жена, Анна. Приехали отдохнуть, позагорать, в море поплавать, в Кинеле-то только озеро, да и то вода в нем сомнительного качества.

Но жадность до солнца, до моря испортила им отдых.

Отвез их на своем МТ-9 в Аляты на оборудованную водную станцию при военном городке.

Предупредил, чтоб долго на солнце с открытым телом не лежали, сгорите, я за вами приеду к 17.00.

Куда там! Как бы не так! Такую даль ехать, да не погреться. Бесплатно, столько моря и солнца, да не позагорать!

Привез домой, надо Анне вылезать из люльки (сесть-то она смогла), а не может. Стали ей помогать – орет, за что ее не возьмешь, сгорела основательно.

Хорошо хоть солнечный удар не схлопотала.

Завели домой, стонет:

- Нина, лечи меня, а то я сейчас умру!

Нина лечила обгоревшую от солнца ее кожу кефиром. Вылечила. Но поездки на море не повторились.

Жадность наказуема. Но с Петром Яковлевичем на рыбалку на разливы ездили. Пойманного судака он принимал за щуку.

Сестра Октябрина приезжала два раза. Первый раз в 1967 году, зимой, второй раз в 1978 году с дочкой Леночкой, она на фото отсутствует. Бегали по берегу со своим двоюродным братом Андреем.

1978 г. Море. Слева Нина, далее сестра Октябрина и автор Приезд Шуры, моей старшей сестры, о ней много мною написано, ознаменовался большой закупкой ею ситца в маленьком магазинчике поселка Хыдырлы, за забором. Она закупил ситца по разным ценам от 50 копеек и до 1 рубля 20 копеек за метр, на общую сумму 400 рублей.

- Шура, подожди здесь, - говорю ей, - я сейчас пригоню мотоцикл и весь твой товар отвезу домой.

- Не надо никакого мотоцикла, - говорит продавец,

- я такого покупателя готов отвезти хоть в Баку, не то что в ваш городок.

–  –  –

Не дадут спокойно выпить крышечку спирта. Автор Сестренка Зина приезжала вместе с подругой, очень рассудительной и спокойной женщиной. Она то и дело останавливала излишние эмоциональные порывы своей подруги. В Баку они совершили хорошие покупки, были очень довольны. С возвращением их домой возникла проблема: зима в Азербайджане преподносит сюрпризы. Так и в этот год. Выпал снег, через сутки он начал таять, а потом мороз. На дорогах гололед, 105-й маршрут не работает. А у моих гостей билеты на самолет на обратный рейс ночью. Много мне стоило труда уговорить командира дать мне машину ГАЗ-69, чтобы отвезти Зину с подругой в аэропорт – это 100 километров по гололедной дороге. Попрощались мы в аэропорту и с того времени я уже ее не видел. Уехала она с семьей из

Белорецка в Иркутскую область, как говорят в народе:

«понесла нелегкая». Там она живет в настоящее время, но очень больная.

В летнее время приезжала племянница Марина, в 1979 году. Она удивлялась способностям нашего Тобика, перехватывать нашу компанию, нагруженную на мотоцикл, за клубом. Знак Тобику и он прыгает на люльку и едет дальше спокойно, с чувством хозяина, чтобы на море всей оравой барахтаться в воде. Первым не выдерживает песик и прячется под мотоциклом от своих компаньонов. Марина, хоть и взрослая девушка, но она наравне с малышней играла и забавлялась с нашим маленьким другом, а после его побега, играла с детьми, довольствуясь и компанией и морем.

Приглашала на свою свадьбу, я обещал приехать, но обещать легко, выполнять трудно – служба не позволила выполнить обещание.

Самый старший мой племянник, Евгений, приезжал два раза, второй раз приезжал вместе с женой Татьяной.

Его брат Борис приехал, как раз на праздник, на День Победы. Я возвращался из поселка Аляты, куда мы отвозили Знамя в штаб части, а он с семьей, женой и дочкой встретили наш автобус на КПП.

Обнялись, расцеловались, представил он свое семейство, а дочка, ей было три или четыре годика, трогая мои медали на кителе, допрашивает меня:

- Батяня, а как ты здесь оказался?

- Я всегда здесь, - отвечаю ребенку, - никуда не уезжаю.

- Нет, батяня, - продолжает девочка, - когда мы вчера уезжали, ты был дома, а теперь здесь. Почему?

- Дядя Вена, «батяня» у нее дедушка, твой брат, а мой отец Виктор, из-за большого сходства между вами, она приняла тебя за своего дедушку.

Все мои гости покупали и отвозили домой, что хотели, или отправляли по железной дороге:

холодильники, газовые плиты, ткани, одежду, ковры.

Ковры и в Азербайджане особенно было не раскупиться, в продаже не найдешь, но у меня были связи, в поселке Аляты. При промтоварном магазине был «тайный склад», заведующий магазином мой знакомый, Азиз.

Приходишь к нему:

- Здравствуй, Азиз, можно взглянуть, что у тебя есть.

- Здравствуй, майор, - и смотрит на моего спутника.

- Это со мной, мой родственник (или родственница), хочет купить вещь.

Он знает, что нам надо, я же спросил, что у него есть. Заходим в склад: вот оно – богатство цветов, узоров, размеров на любой вкус и за любую цену, само собой разумеется, с доплатой.

Сестра Валя с Петровичем пользовались услугой Азиза больше других, не для себя, а для родственников Петровича. Последний раз купили необыкновенной красоты ковер, мне даже жалко было им его уступать, для какого-то дальнего родственника Петра. И что же? Этот родственник устроил им скандал, сестра жаловалась.

Законы республики запрещали вывоз дефицитных товаров за ее пределы, но на контейнерных площадках и в багажных отделениях действовал другой закон – закон золотого тельца. Используя этот закон, я беспрепятственно отправил племяннику Сергею в Белорецк мотоцикл «ИЖ-ЮК-Южпитер» с контейнерной площадки железнодорожной станции Сальяны. Еще сыграла не последнюю роль в вопросах отправки моя форма и знакомство с местными чиновниками.

Наш штаб менял место дислокации по воле вышестоящего командования: Пирсагат-Аляты-Пирсагат.

На праздничные мероприятия, которые проводились в Пирсагате, за Знаменем части ездили в Аляты, где оно стояло у входа в штаб под неусыпной и бдительной охраной караула.

Для заступления в наряд, дежурным по части я ездил на своем «Ковровце» и однажды его у меня угнали.

Я к участковому:

Товарищ капитан, у меня угнали с территории военного городка мотоцикл «Ковровец».

Сообщил время и приметы.

И хоть территория военного городка не подведомственна участковому, он ответил:

Капитан, не переживай, никуда твой мотоцикл не денется.

И точно, через пару дней приходит его помощник, сержант, едем с ним в участок, около него стоит мой «козлик», но уже коричневый, а не голубой. Спрашиваю сержанта: «Чем обязан?».

Показывает рукой, молча:

«Ничего не надо». Поблагодарил я его: «Спасибо, сержант».

В связи с покупкой другого, нового, мотоцикла МТ-9, продал я своего «Ковровца», пусть служит другому хозяину.

Нину приняли на работу 18 января 1968 года, на должность бухгалтера домоуправления. При рассмотрении ее заявления, заместитель командира бригады по тылу, полковник Строн В.С., высказывал сомнения, справится ли она с этой должностью. Кто начальник строевой части, я или Строн? Я!

Нина приступила к работе. Одновременно она училась в вечерней школе, чтобы получить среднее образование.

Выпускники Хыдырлинской вечерней школы 1970 года.

Слева: первая – преподаватель математики Вайзман, вторая – Нина, четвертая – преподаватель истории Вера Андреевна Антонова, восьмой – директор вечерней школы В процессе учебы я ей много помогал по всем предметам, особенно по русскому языку и литературе.

Окончила десять классов успешно.

Нина работала на этой должности с перерывом в связи с рождением ребенка, до 1983 года. За добросовестную работу поощрялась командованием бригады: шестнадцатью благодарностями, грамотами, двумя ценными подарками и денежной премией.

Возвращаемся на службу, а о быте и семье продолжим повествование позже.

Судили судом офицерской чести одного офицера за систематическое пьянство и не выход на службу. Надо заметить, что суд чести для офицера применяла в качестве наказания, как крайняя мера, когда дисциплинарные меры воспитания: беседы, выговоры, предупреждения о неполном служебном соответствии исчерпаны.

По упомянутому офицеру суд принял решение:

ходатайствовать о досрочном увольнении из Вооруженных сил СССР.

Решение принято, а теперь надо писать представление на его увольнение по ходатайству суда чести, которое должно быть убедительным для принятия решения на увольнение Главнокомандующим Войсками ПВО.

А кому готовить представления? Мне. Майор Шалин в отпуске, а как подготовить такой важный документ на подпись командиру, не знаю.

Еду в отдел кадров корпуса за помощью. Там ничего дельного не подсказали. Пришлось думать самому. Кстати, наш начальник штаба однажды сказал мне: «Не надо думать, Шобухов, что в штабе корпуса работают офицеры умнее Вас, думайте сами».

Включил мыслительный аппарат, перевел не мало листов на черновики, наконец-то обозначился на мой взгляд достойный вариант.

На всякий случай, прежде чем переносить на форменный бланк, доложил этот вариант полковнику Шеину:

- Молодец, капитан, все правильно, - похвалил меня, - отдавай печатать и мне на подпись.

Эта похвала для меня прозвучала, как путевка в мою дальнейшую службу в штабе. Вскоре полковника Шеина перевели от нас с повышением. Я с ним встретился в санатории в 1974 году в Пятигорске. После увольнения он жил в Киеве. Президент Украины, Ющенко, присвоил ему генеральское звание. Умер Шеин в 2012 году, в возрасте 88 лет. Земля ему пухом.

Вместо Шеина командиром нашей бригады назначен полковник Анисимов, бывший кавалерист.

Первый командир бригады был капитан первого ранга, а у нас он полковник Сухоруков. Я тогда служил на Кюмюр-Кее.

Это после хрущевского резания кораблей военноморского флота морские офицеры направлялись служить в несвойственные их профессии войска. Так Сухоруков — моряк стал командовать радиотехничекой бригадой, а теперь вот — кавалерист командует нашей бригадой.

Прибыл с молодой женой, она едва ли не каждый день сидела у него в кабинете. Приходишь на доклад и не знаешь докладывать или нет командиру в присутствии постороннего человека. При следовании в командировки по батальонам он возил ее постоянно с собой. Я сам ездил с ним в этой компании. Ничего хорошего в этом нет.

При его командовании у меня три эпизода в службе. Служба шла своим чередом, но названные эпизоды запомнились.

Приняли на сверхсрочную службу сержанта запаса на должность начальника радиостанции в роту Пушкино. Отдали приказом, о зачислении в списки личного состава части, на все виды довольствия; получил он обмундирование и поехал из Пирсагата на своем мотоцикле в Пушкино на службу. Не доехал он до места службы и до дома, попал по дороге в аварию и погиб. А командиру что делать? Чрезвычайное происшествие с гибелью человека нам не нужно. Спрашивает у меня что делать?

Приказ-то подписан, а человек не приступив к своей должности погиб.

Отвечаю:

- Товарищ полковник, отменить пункт приказа, как не реализованный.

- Нет, капитан, так нельзя, надо чтоб его совсем в списках части не значилось. Даю Вам два дня сроку переписать всю книгу приказов заново.

Это почти столистовая тетрадь приказов, подписанных ранее. Приступили мои помощники к работе. Работали по очереди день и ночь. Каждый переписанный приказ тщательно сверялся с ранее написанным.

Выполнили приказ командира в срок. Несу переписанные вновь приказы на подпись командиру.

Полистал, посмотрел, спрашивает:

- Ничего не пропустили, капитан.

- Нет, товарищ полковник, я все проверил.

- Хорошо, я принесу тетрадь, как только подпишу все приказы.

Семью этого сверхрочника не оставили без внимания. Похороны были организованы за счет части.

Вины нашего командования в этом случае не было.

Проводил свой очередной отпуск при части, никуда не выезжал. Приехала комиссия из округа. Мне передают просьбу командира, чтоб я прибыл в штаб и представил свою службу, то есть строевую часть. Я отказался, заявил, что там есть начальник ОСК, майор Шалин, когда он бывал в отпуске и мне было трудно, я не просил помощи. Может быть я был неправ, но этот мой «подвиг» полковник Анисимов запомнил.

Сбежал солдат из части, а это чрезвычайное происшествие, чтобы его не было, надо найти беглеца.

Выяснили куда он может направиться и послали меня с сержантом на перехват. Приехали в Баку, дали ориентировку в комендатуру, в железнодорожную милицию на вокзале, походили в окрестностях вокзала — нету беглеца. Поехали на станцию Баладжары, обшарили по составам, встали на середину переходного моста, с него хорошо просматриваются пустые платформы и безкрышные пульманы. Не нашли беглеца. Вернулся к командиру с пустым докладом. А начальник политотдела, подполковник Скрябин, он тоже был в поиске, нашел его в тех же Баладжарах, в чем я сомневаюсь, не видел я его в Баладжарах. Скорее всего он нашел его в другом месте по наводке своего водителя. Водители командования, мы знали об этом, были у них информаторами среди солдатской среды. Тот же водитель Скрябина за время службы дважды побывал в отпуске. За какие подвиги?

Находясь на партактиве в Баку, во время обеденного перерыва обедали за одним столом:

командир, начальник штаба и я. Пользуясь таким случаем, не каждый день обедаешь с командиром, обращаюсь к Анисимову:

Товарищ полковник, я уже выходил капитанский срок, а на РИЦе есть вакансия. Прошу Вас перевести меня туда, на майорскую должность.

Шобухов, надо было в свое время проявить понимание начальства. Так и сказал.

Вопрос? Не понял я начальство, когда не пришел представить службу, или когда не нашел дезертира. Он больше ничего не добавил. Короче говоря — отказ.

Появилась еще одна прямая, законная возможность назначить меня на должность начальника ОСК. Майора Шалина назначили на РИЦ с повышением и, освободившаяся должность, по праву моя. Но не тутто было! В результате кадровой комбинации отдела кадров корпуса на должность начальника ОСК бригады назначили майора Семенова из города Батуми, чуваш.

Бюрократ отменный. Придет к нам в строевую часть, встанет посреди тесного кабинета и долго стоит, молча крутя в руках очки или грызет их за дужки.

В своем кабинете, я не помню случая, чтоб он принял просителя, у него было одно: «Сакройте дверь, я санят» - это не ошибка в написании — это была его такая речь. Весь его стол завален кипами бумаг, в которых и покоились нерешенные им вопросы.

Он даже для меня:

«Я санят, потом».

О моих верных помощниках в период моей службы на должности старшего помощника начальника ОСК 1966 года по 1971 год. О первых трех помощниках было сказано выше. Сержанты Гутор, Абдухамидов уволены по окончанию срока службы. Тарасова вышла замуж. Вместо них отбирались мною из пополнения солдаты с хорошим почерком, грамотные и дисциплинированные. Это рядовые: Деревянко, Селезнев, Янчев, Пучко, Сакалюк, военнослужащая женщина: Карпенко Валентина.

Все служили и работали добросовестно, каждый ездил в отпуск по поощрению, увольнялись сержантами.

Каждый в короткий срок овладевал профессией машинописи.

Валя Карпенко ждала своего любимого, хотя и делал ей предложение командир учебного взвода связи, но она ждала своего лейтенанта, Василия Малкова, который после окончания авиационно-технического училища приехал в Пирсагат и они зарегистрировали свой брак.

Старший сержант Малкова (Карпенко) Валентина

–  –  –

Была свадьба. Валентина и Василий приглашали командира, полковника Войтенко на свою свадьбу, он отказался, а мне поставил задачу, чтобы на свадьбе был порядок.

Свадьба Валентины. В центре молодые – Василий, Валентина.

Слева капитан Шобухов Свадьбу сыграли в нашем писарском коллективе.

Свадьба прошла на высшем уровне. Проводили молодых в заранее подготовленную мною квартиру... «и вот невесту молодую ведем на брачную постель, огни погасли и ночную лампаду зажигает Лель».

На свадьбе Малковых. Слева – Селезнев, подруги Вали, капитан Шобухов держит поздравительную речь Читатель видит отчет о той свадьбе. С Валентиной я долго имел переписку, но почему-то она у нас прекратилась, жаль.

О полковнике Войтенко в моей повести будет рассказ позже.

Писарь, рядовой Янчев, одессит, болгарин, скромный, как девица, молчаливый, никогда до армии не видел печатающую машинку, так овладел искусством печатания, что его нещадно, во внеурочное время стали эксплуатировать политработники политотдела, во вред моей службы — строевой части, причем безо всякого разрешения с моей стороны. О таком самовольстве я вынужден был пожаловаться командиру.

В 1968 году, летом, завожу с женой разговор относительно второго ребенка. Резкое несогласие. После долгих разговоров пришли к единому мнению — иметь второго ребенка. Я мечтал о девочке.

В феврале 1969 года я взял отпуск и поехал а Ленинград за приданным для ожидаемого ребенка.

Старшина роты обслуживания Анатолий Бояр (царство ему небесное) дал мне рекомендательное письмо к своим родственникам, жившим на Выборгской стороне, с просьбой принять меня на несколько дней и оказать помощь в намечаемой покупке.

Прилетел на самолете после обеда, на такси приехал по указанному адресу.

Хотя родственница старшины, двоюродная сестра, Анна, жили с мужем в однокомнатной квартире, приняли меня хорошо. Поужинали, утром они ушли на работу, а я пошел смотреть Ленинград. Шесть часов кряду обходил музей Эрмитаж. Что там видел? Да всё: картины, убранство, восковые фигуры царей, в том числе Петра Первого, его дубину в оригинале, которая гуляла по спинам воровских и нерадивых вельмож.

К концу экскурсии настолько устал, что последние залы обходил скорым шагом. Перед выходной дверью, на первом этаже, гигантская мраморная статуя греческого бога Зевса-громовержца в оригинале, доставлена из Греции. А в стороне от статуи, в этом же зале лежит под стеклом в саркофаге забальзамированное черное тело гунского вождя.

Шобухов в Ленинграде, 1969 г.

Шобухов на Сенатской площади.

За спиной Александрийский столп, 1969 г.

Служительница жалуется:

Ночью не особенно приятно быть в компании с этим чертом, что поделаешь — работа, - я посочувствовал ей.

Походил по городу до вечера, и чтоб не досаждать ужином хозяев квартиры, зашел в приморский недорогой ресторан, заказал блюдо, ленинградского пива, покушал, послушал музыку и на квартиру.

По приходу домой получил от Анны нагоняй за свой «подвиг». Я своим поведением обидел ее, как гостеприимную хозяйку. Еще попросила, пока я у них, таких «подвигов» не повторять.

Одновременно объявила:

Завтра, Вениамин Иванович, вечером идем с Вами на званую вечеринку к нашим друзьям, а утром, после вечеринки идем в магазины за приданным для Вашего будущего ребенка.

Анна, на вечеринку я должен приносить чтонибудь с собой?

Ничего не надо, у нас это не принято.

Вечеринка вечером, значит у меня целый день в моем распоряжении и могу продолжать знакомство с Ленинградом, что я и делал.

Хозяева квартиры, в которой состоялась вечеринка или званый ужин, премилые, гостеприимные люди. С такими людьми легко общаться, находить интересные темы.

Познакомила нас Анна:

Николай, этой мой гость, Вениамин Иванович, он прибыл к нам из Баку от Анатолия.

Молодые люди, жившие в квартире, услышав, что я из Баку, проявили явный интерес ко мне. Стали сходиться гости, в основном молодежь, не старше 30 лет.

Хозяин приглашает к столу, стол сервирован, не так, как у Гулиева в Имишли, но и не бедно. После угощений и тостов завязалась дружеская беседа. Я рассказывал и отвечал на вопросы про Баку, Азербайджан, про наш Пирсагат тоже, а они мне про Ленинград. Заиграла музыка, Николай пригласил потанцевать.

Из разговоров я понял, что они подобные вечера проводят в качестве отдыха и не только на этой квартире.

Прекрасный был вечер. Я еще раз убедился в гостеприимстве ленинградцев. О них, о ленинградцах, будет еще рассказ.

Утром мы с Анной поехали в магазины за покупками. Купил с её помощью детского приданного, с учетом роста ребенка, две большие сумки по ценам 1969 года на 200 рублей.

Вернулся домой, женщины, близко знакомые с нашей семьей и жены моих друзей толпой пришли смотреть на мои покупки, просмотрев, поохав от удивления, поставили мне оценку «отлично».

Вениамин Иванович, как же ты, мужчина, смог так все правильно подобрать?

Это не я, уважаемые, это двоюродная сестра старшины роты обслуживания Анатолия Бояр, Анна, подобрала весь этот ассортимент, спасибо ей, я только выступал в роли банкира.

И сколько же пришлось банкиру выложить за это богатство?

Всего 200 рублей.

Только и всего-то за это чудо!?

Да, в условиях Баку, это было действительно чудо.

В бакинских магазинах тоже было такое «чудо», но его впору было из-за низкого качества, одевать только на детей аборигенов.

После того, как отпала необходимость в этой одежде, Нина частично раздала нуждающимся женщинам, а остальное продала на рынке в Сальянах.

В марте 1969 года пришло время везти Нину в роддом в город Баку. Позвонил доктору, майору Оноприенко Федору Евдокимовичу, доложил обстановку — надо срочно везти Нину. Отвезли мы ее, приняли в больнице на Баилово. Осталось ждать очередного наследника, не в больнице, дома.

Ожидая, или не особенно, братика или сестричку, наш первоцвет Сашок, в честь столь знаменательного события в его жизни, преподнес мне подарок.

Возвратились мы с Федором Евдокимовичем из Баку, это был субботний день и школьники работали на субботнике по очистке территории стадиона, там же вместе со своими друзьями работал и Саша. Он уже заканчивал четвертый класс, ему в апреле исполнялось 10 лет.

Иду домой, говорю сыну:

Саша, как закончится субботник сразу же домой, я сейчас приготовлю еду и мы будем с тобой обедать. Дома я расскажу тебе про маму. Понял, сынок?

Понял, папа.

Кончился субботник, нет Саши, иду на стадион, там ни души, одни кучки собранного мусора. Обошел кругом — нет мальчишки. «Ну, - думаю, — на «локаторку» убежали играть, - было у них такое место на аэродроме — наиграются — придет». На улице ночь наступает, а ребенка все нет. Обошел все места, где может находиться мальчишка. Спрашиваю его друзей, где может находиться Саша — не знают.

Через дом от нас жила семья дебильного старшины Вакуленко. Почему так неласково?

«Дебильного»? То, что они сделали с моим сыном, подругому их семью назвать нельзя.

Всю ночь, до рассвета я искал ребенка, поднял на ноги дежурного по части, майора Глотова, пошли с ним в спортзал, там было много спортивных матов, мало ли чего может быть, заигрались и уснул? Нет там его.

Дважды проверил будку-гараж. Нет мальчишки.

Поднял старшину Вакуленко:

Старшина, у вас мой Саша, они вместе были на субботнике с твоим Витькой?

Нет, товарищ капитан, у нас его нет.

Вижу, что он врет, но у меня нет права ломиться у его дом с обыском.

Командира бригады поднимать не стал, решил дожидаться до утра. Уже начало светать, где-то около шести часов, после очередного обхода возвращаюсь домой, а мой беглец объявился.

Спрашиваю:

Саша, где ты пропадал?

Я спал в гараже.

Почему ты спал в гараже, а не дома? Я дважды проверял гараж, тебя там не было и попасть ты туда не мог. Ключа у тебя нет. - Стоит на своем.

Где ты был? - Повторяю вопрос.

Папа, я был в гараже.

Терпение мое кончилось. Нервы на пределе, а тут еще наглая ложь, я взбешен, снял с себя портупею и...не знаю, чем бы это кончилось, но на его счастье прибежала на крик соседка, Зоя, вырвала у меня портупею и я обессиленный сел на пол и сам расплакался от нанесенных сыну побоев, и от обиды за такое наглое поведение после стольких забот о ребенке: езда со мной на охоту, на рыбалку, на море, учеба в школе, покупки подарков, ролики, чтение книжек и что еще надо?

Любовь матери и после всего названного, чужие дядя, тетя стали дороже отца с матерью, мамы, которая поехала «покупать» ему брата или сестричку, и от наглой лжи, которая могла кончиться для него трагически.

Терпеть не могу, когда лгут, а тут тебе в глаза врет собственный сын.

Все успокоились. Соседка спрашивает:

Саша, где ты был?

Витька Вакуленко, - он старше моего сына, после субботника сказал мне, чтобы я не ходил домой, отец тебя побьет.

И что?

Я пошел с ним в его дом. Его отец и мать, также сказали, и спрятали меня.

Саша, тебя папа наказывал раньше, как сейчас?

Нет, не наказывал.

Зачем же ты так поступил и поверил Вакуленкам?

Молчит.

Вы думаете сын сделал для себя выводы?

Ошибаетесь! Ложь и подчинение воли чужих людей остались спутниками его жизни.

Какие же эти люди, читатель, Вакуленки, как не дебилы? Нет, - они просто сволочи!

В понедельник надо звонить в Баку, в роддом. А как? Не просто из войсковой части, да еще из Пирсагата дозвониться в эту больницу. Но на такое трудное дело есть добрейшая женщина — телефонистка: «Закат-36».

«Закат» - позывной командного пункта и штаба корпуса, а 36 ее рабочий номер. Она могла дозвониться, если надо, хоть до самого генсека. Мы ее очень уважали за ее доброту и отзывчивость, она оперативных дежурных знала по голосам. Я о ней узнал когда был ОД КП РТБ.

Звоню на «Закат»:

Закат-36, - отвечает. Мне повезло, так как было ее дежурство на станции.

Уважаемая Марина Николаевна, прошу Вас соединить меня с роддомом в Баку, на Баилово, там моя жена уже должна родить.

Дозвонилась она, из больницы ответ: «Ваша жена еще не родила». Проходит день, второй, из роддома тот же ответ.

Мои сослуживцы спрашивают:

Вениамин Иванович, с кем тебя поздравлять?

Да ни с кем. Жена передумала рожать. смеются.

Через неделю звоню из рабочего кабинета. На проводе наша уважаемая «Закат-36».

На мой вопрос из роддома ответ:

Поздравляем Вас, Ваша жена родила мальчика.

Как мальчика, - возмутился я во весь голос, а где девочка?

На мое возмущение, мои помощники разразились громким смехом, на другом конце провода тоже смех, смеется и «Закат-36», но тоже поздравила с сыном.

Спасибо, Марина Николаевна.

Из больницы назначают время приезда за роженицей.

Поехали мы со старшиной Компаниевым, у него тоже жена на выписке, на общественном транспорте, маршрут 105-й.

Выходит Нина и жена старшины с малышами на руках, в сопровождении медсестры, она сообщает, что у Нины была большая потеря крови, ей нужно есть много черного горького шоколада.

История повторилась, помните замечания врача Ванандской больницы: «Ваша жена не готовила себя к рождению ребенка».

Оставлял жену в больнице в красном шерстяном платье, а вышла одетая в какую-то поношенную древнегреческую хламиду. Бог с ним с платьем, живы мать и дитя — радуйся и ты жизни.

Остановили такси. По дороге, не далеко от больницы, в специализированном магазине купил два килограмма черного несладкого шоколада. Такси нам попалось старенькое, худосочное, боялись за малышей и рожениц (погода выпала ветреная и прохладная), как бы они не простыли. Все обошлось без последствий.

Нарекли Андреем. Было нам хлопот с ним в первые полгода, не спал по ночам, не болел, а вот не спал и капризничал. Ночи с Ниной делили пополам. А о дальнейшей жизни этого крикуна конечно же будет рассказано, для этого и взялся автор за перо.

Небольшая ремарка. Это мое личное мнение и мои наблюдения: дети должны появляться на свет от обоюдного желания и взаимной любви творцов новых жизней. Может я ошибаюсь.

По окончании декретного отпуска Нина вышла на работу, но и в этом случае не обошлось без конфликтов.

Временно принятая на работу, на период декретного отпуска основного работника, гражданка Михальцова, стала оспаривать, что это место работы ее, хотя при оформлении на работу ей было разъяснено, что она в соответствии статьи КЗОТа принимается временно, о чем было записано в приказе и в ее трудовой книжке.

Мало того, она вызвала из округа представителя профсоюза на помощь. Этот представитель, старикан, с порога попер на меня, но быстро выпустил пар после того, как я ткнул его нос в соответствующую статью КЗОТа, дал прочитать приказ о приеме на работу гражданки Михальцовой и запись в ее трудовой книжке.

Но он все-таки решил сходить к командиру. Полковник

Анисимов спрашивает меня:

Товарищ капитан, я подписываю приказ об увольнении Михальцовой, но закон мною не нарушается?

Товарищ полковник, Вы действуете в строгом соответствии Кодекса Законов о труде.

Конфликт исчерпан.

Жизнь заставляла Нину работать. А с кем оставлять малыша? Нашли нянечку, тетю Дусю, за соответствующее вознаграждение. Отдаю должное ее памяти, она добросовестно выполняла свои обязанности, это казенные слова, а вот слова, идущие от сердца, тетя Дуся с любовью и с чисто материнским чувством занималась с нашим Андрюшей. Детей у нее своих не было. Она у нас была, как член семьи.

На праздник Нового Года в школе ученикам давали задание, кому и в каком новогоднем костюме прийти на елку. Нашему Саше досталось быть ежиком.

Вот и думайте папа, мама, как сделать из сына ежика.

Придумали. Взял у сержанта сверхсрочника Стурова ленту из фольги с бумажной основой, были такие ленты на техническом складе, разрезали ее на квадратики, сложили их по диагонали пополам, получились треугольники, по сгибу частично разрезали от угла, загнули, образовавшиеся концы, образовалась опора, а противоположный угол — иголка.

Саша в Новогоднем костюме Нина сама сшила костюм, на спину костюма наклеили «иголки» и ежик готов. В школе учителя даже не ожидали, что мы придумаем, как сделать ежовый костюм. Жаль, что фотограф не сделал снимок со спины.

Выпускники 4-го класса. В центре учительница Людмила Петровна Шалина. Внизу в середине Саша, справа от него – друг Юра Тутов Четвертый класс Саша закончил с хорошими оценками. Перевели в пятый класс. В пятом классе успеваемость пошла на убыль. Причина — ослабление с нашей стороны в послеобеденное время. Я на службе, мать на работе, а сын со своими друзьями на улице, вместо того, чтобы выполнять домашнее задание.

Приходит мать с работы, а его или нет, или делает вид, что занимается.

Спрашивает сына:

Саша, ты выучил уроки?

Да, мама, выучил.

Мама проверяет его путем опроса по предметам:

Рассказывай задание.

Дай, мама, учебник я повторю.

Все понятно. Лыко, мочало, начинай сначала. За какой предмет мать не возьмется, ответ один: «Дай повторю». Это не его изобретение: «Дай повторю», а его друга из старшего класса Кичапина, который, как смола прилип к Саше, а последний на поводу у него, как теленок, только что без ошейника. Сам Кичапин был отличником, а друга своего тянул на дно. И настолько был наглый, что мы с Ниной еще не ушли на работу, а он уже крутится возле нашего дома. Были с Сашей и воспитательные беседы, и получал подзатыльники от матери, но все повторялось снова.

Попался однажды мне этот Кичапин под горячую руку — перестал караулить наш дом, но зато мне пришлось приносить свои извинения его родителям. Не делать этого, мое положение на службе не позволяло. В очередной раз ради Саши пришлось унизить свое личное достоинство. Отца Кичапина перевели служить в Баку.

Исчез Сашин «друг».

Был и еще один друг у Саши, Юра Тутов, они из одного класса. С Юрой они занимались автоделом. В бригадном гараже стояла легковая полуразобранная машина. Вот они ее и собирали. С ними занимались водители гаража, помогали им чем могли, конечно, из списанных запчастей.

Подходят наши автолюбители к начальнику автослужбы бригады, майору Таращанскому.

Дядя Володя, мы собрали машину, но нам не хватает двигателя к ней, помогите нам, пожалуйста?

Посмеялся дядя Володя над просьбой и двигателя им, конечно, не дал. На том и закончилось автодело.

В пятом классе, классная руководительница, Белашева, организовала из своего класса отряд «Юный десант». Куда они десантировались не знаю, но мой юный десантник часто десантировался на объект под названием «успеваемость» мимо, а посему недосчитывался баллов при приземлении.

Юный десантник Саша

Коль скоро с автомобилем дело не вышло, не сидеть же детям с их неиссякаемой энергией без дела.

Особенно наш Саша, он будет заниматься чем угодно, и занимался, лишь бы не карпеть над школьной программой. Решил сын заниматься плотницким делом.

Папа, можно я сделаю для наших курочек вольер?

Делай, если у тебя получится.

Получится, папа.

Собрал, сколотил он вольер, но только весь запас имеющихся у меня гвоздей, вколотил в это сооружение.

Это временное занятие, надо чем-то заняться более серьезным и надолго.

Обращается с вопросом:

Папа, я хочу собрать радиоприемник, поможешь мне?

Помогу обязательно.

Собрали мы элементарный длинноволновый радиоприемник. Такими приемниками пользовались подпольщики во время немецкой оккупации. Что это за агрегат? Обыкновенная катушка, на нее наматывался медный изолированный провод с определенным количеством витков, подсоединялись настроечные конденсаторы, с одного конца вывод на длинную антенну (чем длиннее и выше, тем лучше слышимость), с другого конца наушники, питание не надо. Настраивайся и слушай московское радио на длинной волне. А где же взять материал для этого приемника? Конечно у сержанта Стурова, он же Сашин друг. Я подсказывал сыну, он с удовольствием строил этот приемник. Вывели антенну на конек крыши, надел Саша наушники, начал вращать настройку и вдруг его глаза загорелись огнем и радостью первооткрывателя, это не автодело, не куриный вольер, ребенок слышит музыку, «сделанную» им самим.

От этого простейшего устройства была проложена дорога к диплому радиоинженера. Но об этом после.

Пора возвращаться на службу.

Молодое пополнение для нашего Бакинского округа прибывало на сборный пункт железнодорожной станции Баладжары.

Пополнение поступало из всех существующих в то время округов, от Закарпатского до Дальневосточного.

Наш представитель выезжал в Баладжары и привозил команду. Привозит наш представитель партию новобранцев из Закарпатского округа. Отдает мне в строевую часть именной список. Читаю его. Вот уж действительно прав С.Михалков: «Каких фамилий только нет — Пятеркин, Двойкин, Супов...» так и в этом именном списке первые три фамилии: Хам, Мулла, Дубина, вызвали сдержанный смех у моих писарей.

Зачисляются прибывшие в списки личного состава части с присвоением воинского звания «рядовой»

и на все виды довольствия, денежного, вещевого, продовольственного. Каждая служба получает выписки, а позднее копии приказа. Начинается карантин, который длится один месяц. По окончании карантина прием присяги и распределение по нашим батальонам.

Водители остаются на два месяца на переподготовку.

Распределением занимается лично командир бригады. Я готовлю справку для него сколько требуется направлять солдат-новичков в каждый батальон, и справку с ходатайствами начальников служб об оставлении отобранных ими солдат для прохождения службы при управлении бригады. С моей стороны такие просьбы тоже были. В распределении принимают участие начальник полиотдела и начальник медицинской службы.

У командира есть сведения по наиболее «выдающимся» солдатам, но распределение идет не на бумаге, а вживую — заходит солдат, докладывает:

Рядовой Иванов.

Вопросы к Иванову. - спрашивает командир.

Задаются вопросы: какими болезнями болел, были ли приводы в милицию, наличие судимости, есть ли родственники за границей, чем занимался до призыва, какие увлечения. Вопросы задавались с целью для выяснения иного, что не успели узнать о каждом солдате во время прохождения карантина. Время на каждого солдата не более двух минут. Всего надо распределить до 300 человек. Командир решения принимает быстро, я еле успеваю записывать за ним в списки по батальонам.

После распределения вызов сопровождающих из батальонов и начинается служба солдатская.

Мои помощники делают записи в военных билетах, в учетно-послужных карточках дату приема военной присяги, готовят проект приказа о результатах распределения, выписки из него для батальонов, для служб, с прибытием сопровождающих выписывают ВПД и предписания.

Были и возвращения призывников в военкоматы по причинам: наличие судимости и болезней.

Выше я озвучил три оригинальные фамилии, вначале нам было смешно, а потом, когда мы начали интересоваться откуда корни таких фамилий, выяснилось, что это бывшие детдомовцы, фамилии им в детских домах, по мере поступления в эти учреждения, присваивались по их прозвищам.

В начале карантина рядовой Мулла обратился с просьбой к командиру об изменении своей фамилии, Мулла, на Серебрякова. Это уже моя работа. Не буду описывать весь объем этой работы, он был не малый, самое главное результат: пришло решение суда об изменении фамилии Мулла на Серебрякова. Я радовался за него не меньше, чем сам Серебряков. Вызвали его к нам в строевую часть, поздравили, солдат с волнением в голосе благодарил нас. Приказом по части на основании решения суда внесли изменения в военный билет, УПК.

А что же Хам? Этот солдат не стал искать свою отцовскую фамилию.

Возможно, вот по этой причине:

люди в пылу гнева, ссоры, обзывают один другого, или в одну строну: «Ну, ты и хам!», не подозревая даже, что оказывают этому человеку большую честь, называя его именем библейского предка Хама — сына праведного Ноя, у которого было еще два сына — Сим и Ареф.

Может поэтому рядовой Хам не стал изменять свою фамилию, поскольку она у него древнейшая.

В конце семидесятых годов в процессе распределения солдат по батальонам строго соблюдалось правило, чтобы в одной «точке» не сосредотачивать большое количество этноса. То есть, чтоб на «точке» их было не более двух человек, особенно чеченцев. Был вскрыт случай, не у нас, а в Кюрдамирском ОБАТО, когда в казарме днем командовали офицеры, а ночью «руководил» чеченский штаб.

Вернемся к моей семье. Саша продолжал заниматься радиоделом. Появилось новое увлечение — фотографирование.

На этом поприще у него большие успехи, потому, что во-первых: его учил этой науке майор Мисюня, живший от нас через дорогу, во-вторых:

у самого Саши обнаружился талант. Мы его раскроем в нашей повести в дальнейшем повествовании. Увлекся филателией, я ему в этом занятии оказывал большую помощь. И сейчас в его архиве (он хранится у меня) находится альбом, полон всяких интересных марок по разделам: фауна, герои, спорт, космос, флора, транспорт и много других. Про Сашу, тех его лет можно сказать словами из детского стихотворения: «...авто, мото, вело, фото, кино, радио, монтер». Помните рассказ о возможном пожаре с его увлечениями. Все эти увлечения хорошо, но одно, если бы они не мешали учебе. А они мешали, двоечником не был, хотя иногда проскакивало, но и пятерки, начиная с пятого класса и до выпуска, редко появлялись в дневнике.

Учась в пятом классе, как раз перед Новым Годом, обрадовал нас с матерью двойкой. Был наказан. Каким образом? Нет, не физически. Мы ему не разрешили идти на Новогоднюю елку. Слез было много. Но уроков для себя из этого наказания не извлек.

Чтоб жизнь ему не казалась медом в его обязанность входило нянчить своего младшего брата. Он ходил с ним на прогулки, катал в коляске, не переставая при этом бегать с коляской, в которой сидел Андрюша, на перегонки со своими товарищами и одновременно играя в войнушку.

На фото Саше 11 лет, братику — 1 годик.

Продолжаем тему. Братику дали кусочек батона.

Не доволен: «Хочу буканьку». Дали ему «буканьку» батон он и вцепился своими зубками в него. Возле штакетника показывает свою самостоятельность, а на руке у отца испытывает свою смелость: «Легко ли сидеть на ладони у папы, когда мне всего один годик, да еще поднятым кверху, а я вот могу».

Андрюша: хочу буканьку

Но потруднее испытания выпали на его долю через год.

Представили нам с Ниной отпуск летом 1970 года.

Поехали мы отдыхать к сестре Вале, в Илларионово, она просила приезжать. Отдых, я повторяюсь, не в полном смысле этого слова: на однокомнатный домишко нас четверо и семья сестры, четыре человека. Во дворике нет никакой постройки, где можно было бы ночью спать. Но зато много чистого воздуха, и днем, и ночью, но на улице; в километре от поселка — дубовая роща; в часе езды на электричке — река Днепр и город Днепропетровск. Я там сфотографировался у памятника.

Поехали на Днепр, на пляж, купаться в знаменитой реке, известной с древнейших времен.

Слева – сестра Валя, Нина, няня Саша с братиком Андрюшей, на кухне

А еще помните песню Фрадкина: «Ой Днепро, Днепро, ты широк, могуч и вода твоя, как слеза». Вот мы и решили пополоскать свои грешные тела в его светлых водах. Днепр встретил нас неласково. День стоял невыносимо жаркий, белый песок на пляже накалился настолько сильно, что невозможно было спокойно дойти из под навеса до среза воды — только бегом, как на стометровой дистанции, поплавав в Днепре, обратно та же стометровка.

И вдруг и эта идиллия закончилась, подул резкий холодный ветер, а отдыхающие в пляжной форме, за ветром тучи, и забушевала гроза с дождем и градом. Чем она сильнее бушевала, тем быстрее понижалась температура воздуха. Отдыхающие набились под навесы, благо они были, и не стесняясь плотнее прижимались друг к другу, у близко стоящих, слышно было, как стучат зубы, а общий звук — ды-ды-ды звучал явственно.

А шквал непогоды, как налетел внезапно, так внезапно и закончил свою черную работу и низкая температура воздуха держалась еще долго.

За себя не боялись, что простудимся — сивухой согреемся, а вот за детей боялись. Надели на Андрея, все, что можно одеть, завернули в мою рубашку, Нина повязала платок на голову, а Саша был в той одежде, в которой приехал.

Саша с Андреем на прогулке

Я уже большой. Андрюше 1 год Попробуйте усидеть, а я вот могу.

Андрей на руке отца Приехали домой, женщины решили согреть его в корыте и отмыть от дождевой грязи. Согрели воды, поставили ведро на пол, а малыш побежал и опрокинул его с горячей водой на себя. Крику и слез было много. Но его тетя Валя и мама быстро смазали все тельце растительным маслом, одели чистое белье и теплый костюмчик, платок на голову и предстал наш Андрюша в этом виде перед объективом фотоаппарата дяди Пети.

Успокоили его после столь тяжких для него приключений, двоюродная сестренка Тоня и папа.

Посещали дубовую рощу. Дубы в ней, в роще, росли вековые, а судя по толщине стволов, может и старше. Они были не одинокие, в роще росли и другие деревья, незнакомых мне пород. Но Ваш покорный слуга взбирался только на дубы, выбирая самые высокие, как когда-то в детстве на Урале лазали на березы, испытывая при этом ощущения радости, свободы, взбираясь все выше и выше, и глядя сверху на окрестные поля и селения, захватывало дух от виденного простора и красоты.

На небольшую высоту залазили со мной Саша и мальчик, тоже родственник Тони.

На память о наших походах в рощу сохранились в моем архиве фотографии, работы Петровича.

Помогали сестре и Петровичу с уборкой картофеля и засыпкой его в погреб. Ходили с Валей в соседнее село, к какой-то ведуньи, у которой она покупала травы для лечения своих болезней, а их у нее было не мало, только она не очень жаловалась, сносила молча.

Обратный наш путь в Пирсагат был трудный. В Днепропетровске на проходящий поезд номер 31, КиевБаку, свободных мест не было. Сезон. Этот поезд фактически считался фирменным. Его уже в Киеве занимали до отказа мои «земляки» - бакинцы. Они везли из Киева массу всяких товаров и промышленных, и сельскохозяйственных. Сливочное масло перевозили упаковками.

Взяли мы билеты на поезд, следующий только до Ростова. Попрощались, вот в окне вагона нас сфотографировал Петр Петрович.

В Ростове посадка на поезд Ростов-Баку. Он всех забирал. Само собой к нашему приезду свободными остались места только в общий вагон под номером 13.

Подали поезд. Счастливчики в купейные и плацкартные вагоны, а бедолаги, вроде нас, в резиновый тринадцатый.

Протиснулись к посадочной двери вагона, ждем, когда ее откроют.

Саше ставлю задачу:

Сынок, как только откроют дверь, ныряй сразу в проем и занимай в вагоне вторую полку, а кто полезет до тебя кричи: «Занято!», - мы следом за тобой.

Дверь открыли, Саша, как уж, мимо ног проводника, и в вагон.

Проводник:

Мальчик, куда лезешь без билета? Назад.

Вот билеты, у меня, - говорю проводнику и показываю их над головой. Саша занял вторую полку во втором купе и ждет нас. Молодец, обеспечил спальное место себе и своему братику. В общем вагоне мы ехали до станции Кавказская, там вышло много пассажиров.

Проводник нам говорит:

Есть свободные места в купейном вагоне, называет номер вагона, - можете перейти туда, нечего мучиться здесь с малышом. Идите к бригадиру поезда, он все оформит на месте.

Повторять мне не надо. Оставшиеся 1000 километров мы ехали, как белые люди. А дальше от Баку до Пирсагата, наш родной 105-й маршрут.

В мае 1971 года получаю телеграмму от сестры Октябрины с сообщением о смерти моей мамы. Отпуск по семейным обстоятельствам представили немедленно.

Дал телеграмму с просьбой подождать с похоронами. Как бы я не спешил, но дорога от Баку до Белорецка диктует свои условия. Опоздал на похороны, но мои родные решили на одну ночь не закапывать могилу, с тем, чтобы я мог еще раз увидеть мою маму, хотя бы и в гробу.

Моя мама Клавдия Николаевна в могиле, в гробу. Май 1971 г.

Попросил я у покойницы прощения за все мои грехи перед ней, бросил последний кусок земли в могилу. Вот на фото видно, как покойница меня ожидала для прощания. Брат Виктор стоит в могиле, он открыл крышку гроба, а потом закрыл ее и посыпалась земля на мамину домовину.

Помянули со мной мои родные маму, побыл еще пару дней, встретился со своим другом Фратом и уехал на службу. Посетил свой родной город только через 40 лет.

Наш жилой городок — это Пирсагат, а штаб бригады и политотдел дислоцировались в поселке Аляты по соседству с 438 военным госпиталем и штабом 15 корпуса ПВО до 1980 года, это в 12 километрах от нашего городка. Следовали на службу и обратно на своем автобусе: утром в 07.30, со службы в 17.00.

В 17.00 для моей службы рабочий день заканчивался редко. Вам уже известна работа нашего отделения. Обедали в военторговской столовой. К чему это о наших поездках? А вот!

Саша принес два рыжих котенка, откормили их, они хорошо прижились. В доме не жили. Если занесешь его в квартиру — мяукает и царапается. Появилась мышь под подоконником на кухне, заношу котенка, посадил его на подоконник, как раз над мышью, а он вместо того, чтобы достать мышь, орет от страха, что он оказался в комнате. Мышонок первый почуял опасность, кинулся к двери (она была приоткрыта), котик за ним.

Началась гонка. Мышь на крыльце забилась в щель под домом, а кончик хвоста на улице. Для котика этого кончика хватило, он своими когтями вцепился в него и началось перетягивание каната. Котик тянет и издает воинственные звуки, мышь же пищит и цепляется за доску. Силы оказались неравны, котик достал свою добычу и бегом в только ему известную столовую.

Собираюсь на службу, одеваю на крылечке сапоги, мои котики на страже. Почему котики? Потому что они еще не коты, но уже и не котята. Так чего они ждут?

Натянул сапоги, мои рыжики, как по команде (никто их не учил), прыгают мне на плечи и я иду с этой экзотической ношей к автобусу. Дохожу до перекрестка, это сотня метров, мои пассажиры спрыгивают с плеч, и с чувством выполненного долга, задрав хвосты бегом возвращаются домой.

И так каждый день. Но всему есть конец.

Саша приносит лохматого, темно-коричневого щенка и спрашивает:

Мама, можно эта маленькая собачка останется у меня?

Пусть живет, может сторож хороший будет, только во дворе. А как ты его назовешь?

Тобиком, мама.

Этот щенок оправдал желание хозяйки, действительно стал хорошим сторожем и не только. Он стал подрастать и мои котики, почуяв конкуренцию, снялись и исчезли внезапно.

Глава вторая

В 1970 году у нас новый командир бригады, полковник Войтенко. Он почему-то негативно отнесся к своему предшественнику и приказал немедленно заменить наружные документы за подписями Анисимова.

Само по себе это и нужно делать, но приказано это было с какой-то неприязнью, как будто в приказании сквозило не сказанное: «Чтоб духу его здесь не было».

Наше дело выполнять приказ и главное в срок. С полковником Войтенко у меня, «строевика» сложились неплохие отношения.

На РИЦе образовалась вакансия, после увольнения майора Коровина в июле 1971 года. Я набрался храбрости и попросил командира бригады перевести меня на эту вакантную должность.

Товарищ полковник, прошу Вас, переведите меня на РИЦ, там есть вакантная должность. Я в капитанах перехаживаю один год, а старшим лейтенантом ходил семь лет.

Хорошо, капитан Шобухов, я подумаю, посоветуюсь с начальником штаба, с начальником РИЦ и сообщу Вам.

Хорошо, что хоть не отказал, как Анисимов. За меня вступили в ходатайство начальник штаба, полковник Фролов, начальник РИЦ, подполковник Муханов.

Назначение состоялось. С августа 1971 года я старший помощник заместителя оперативного дежурного.

В октябре того же года мне присвоили очередное воинское звание «майор».

На читке приказов начальник штаба, полковник Фролов объявляет выписку из приказа ГК ВПВО страны номер 0923 от 18.10.1971 года о присвоении мне очередного воинского звания «майор». Полковник

Войтенко:

Капитан Шобухов, поздравляю Вас с присвоением очередного воинского звания «майор».

Желаю Вам успехов в дальнейшей службе и надеюсь, что Вы будете достойны этого звания. - и вручает мне погоны.

Служу Советскому Союзу.

Читка приказов кончилась. Мои коллеги:

Вениамин Иванович, а когда обмывать будем?

Обязательно будем, всему свое время.

Майор — это уже категория старшего офицерского состава, добавка к окладу и другое снабжение по вещевой службе.

Положено по традициям звездочку обмыть в стакане с водкой, осушить этот стакан и достать звезду майора.

На пир по случаю такого для меня праздника, пригласил всех начальников служб, офицеров РИЦ, начальника штаба, который не преминул извиниться:

Извините, я буду один, моя супруга приболела.

Командир не принял моего приглашения на пир.

У читателя, присвоение мне звания, майор, может вызвать улыбку: «Подумаешь, майор, если бы генералмайор. Это — да!». Но для меня это было, считай награда, за мой воинский труд.

Дежурство на РИЦ в три смены: одни сутки дежурство, после смены выходной, но далеко не всякий раз, третий день занятия по подготовке к дежурству и занятия согласно плана боевой и политической подготовки, а так же выполнение общественных нагрузок. Каких?

С получением звания «майор», меня избрали председателем суда чести офицерского состава, по партийной линии: член бюро парторганизации управления бригады, член партийной комиссии при политотделе бригады, были и другие уже не вспоминается.

В чем заключалась моя служба в качестве старшего помощника начальника РИЦ? Но, вначале, что такое РИЦ? Я выше писал о нем, но сейчас подробнее.

Разведывательно-информационный центр находился в одном помещении с командным пунктом корпуса.

Разведывательно — это ведение непрерывной воздушной разведки радиолокационными станциями подчиненных подразделений нашей бригады; и информационный — это представление информации, а точнее доклада о воздушных целях ОД КП корпуса и на командный пункт округа.

Для сокращения моя должность по оперативной работе называлась — направленец. Во время дежурства под моим контролем находились три южных самых ответственных батальона, которые вели воздушную разведку непосредственно на государственной границе.

За их работу, с меня, как направленца, и был спрос.

Направленец, при заступлении на дежурство, принимал доклады от ОД КП РТБ о состоянии боевой техники и ее готовности к работе. Наличие неисправных станций, время их введения в строй, готовность к работе средств связи и другие вопросы, касающиеся боевого дежурства.

Изучив обстановку в подразделениях своего направления докладывал ее заместителю ОД КП по РИЦ. В ходе дежурства принимал доклады об обнаруженных целях, немедленно следует доклад дежурному по РИЦ, планшетисты принимают информацию о цели и отображают ее на вертикальном планшете.

Присваивается цели номер и она отображается на планшетах истребительной авиации и зенитно-ракетных войск. Направленец, контролирует непрерывность информации о цели от подразделения обнаружившего цель. Ставит задачи на обнаружение новых целей.

Всю работу перечислять нет смысла — она разносторонняя. В цепи этой работы, хоть мы не занимаемся перехватом воздушных целей — это делает авиация, не стреляли по ним — это делают зенитноракетные войска — главное звено, мы — радиотехнические войска от оператора РЛС в роте, в батальоне, до ОД по РИЦ. Авиация разведку не ведет и без радиотехнического обеспечения в воздух не поднимается. ЗРВ обнаруживают цели, в пределах своих возможностей по нашей информации.

Обеды нам привозили из военторговской столовой по нашим заявкам. Отдых во время дежурства — два часа в ночное время.

Оставим пока дежурства и службу, никуда они не денутся. В начале 1972 года я купил мотоцикл МТ-9Днепр. Мощная машина, на три места, а умещалось намного больше. Вот на моем транспорте в день смены с дежурства мы выезжали. Мы — это автор, Михаил Ровнов, Дмитриенко, на рыбалку на море, на главный канал, на разливы, или на охоту в ближайшие окрестности, в надежде добыть зайца.

На большую охоту на дичь, с субботы на воскресенье мы выезжали организованным порядком во главе с нашим председателем охотничьего общества, подполковником Попелюшко Иваном Петровичем, замечательный офицер, он был заместителем оперативного дежурного командного пункта по РИЦ.

Выезжали на дичь в Шорсулинский заповедник, в Сальянском районе, где зимовала перелетная птица — утки всех пород, гуси, фламинго, журавли. Охота в заповеднике по лицензиям, покупали их у егерей на контрольном посту.

Охота есть охота. Едешь, чтобы расслабиться, отдохнуть от служебных забот, от дежурств. Каждый брал с собой продукты и конечно спиртное, без него охоты не бывает.

Спиртное разное: спирт, коньяк, «Водка польска вуборова», «Коленвал», кто во что горазд.

Я напомнил о зимовках. В Азербайджане такой зимы нет, как в России. Республика находится в зоне сухих и влажных субтропиков. Здесь и зимуют наши перелетные. Пока постоишь на вечерней зорьке покормишь комаров. А перелетной дичи полное раздолье, корма ей хватает. Нам, охотникам, дичи тоже хватает.

С наступлением темноты сходимся на свой бивак — наша крытая машина. Кто пришел, увешанный пернатыми, а кто и с пустыми удавками. На охоте все равны: пустой ты или полный — за стол садятся все дружно. Выкладывается и выставляется у кого, что есть.

По единой, по единой и пошли разговоры, у каждого свои удачи, или неудачи. О своих охотничьих способностях я уже писал.

На вечерней зорьке, уже в сумерках, около меня на зеркало воды опустилась стайка крупной кряквы, обнаружив меня они с громким кряканьем снялись с воды и на взлет, крупный селезень, не полетел вместе со всеми, а взлетел «свечкой», а это уже верная добыча для охотника, потому что в «свечке» у птицы горизонтальная скорость равна нулю. В такой же «свечке» я добыл куропатку на Кюмер-Кее. Мною добытый селезень был около двух килограмм. Дома жена и дети восторгались цветом его оперения.

Отвлеклись немного. Наши охотники откушали, наговорились и спать, в том же кузове. Утром на зорьку.

Сушим у костра мокрые кальсоны.

Не снимать же их Шобухов с Сашей (справа) Готовка завтрака. Второй слева – Дмитриенко, глаза трет – Попелюшко, крайний справа Шобухов Побасенки. Шобухов заливает какого судака он поймал.

Попелюшко слева: «Иваныч, кончай врать-то».

Дмитриенко справа: «Не может быть»

Ловись рыбка. Саша закинул закидушку Отзоревали, выезжаем из заповедника к каналу, собираем топливо, разжигаем костер, сушимся после неудачной попытки достать из воды подстреленную дичь. А после просушки надо позавтракать, как репинские охотники на привале. На наши выезды брал с собой своего Сашу. Для мальчишки — это целое событие, да к тому же он рыбак. Брал с собой снасти рыболовные и пока охотники сушились и освежали себе мозги после вчерашнего ужина, он занимался ужением рыбы.

После завтрака, сушки, рыбалки, можно собираться домой. А как проехать в Шорсулах мимо чайханы? Да никак! Только в начале в чайхану, в которой хозяин угостит вкусным, ароматным чаем. Очень полезный напиток после нашего ужина и завтрака.

Каждому посетителю персонально маленький чайник, горкой мелко наколотый сахар в вазочке, без ограничения. Сашок налегал больше на сахар, чем на чай.

Однажды произошел драматический случай.

Стоим вдвоем с майором Дмитриенко в двадцати метрах один от другого. А где стоим? Конечно, в воде, лишнее движение и вода в охотничьих болотных сапогах.

Свечерело. Пора возвращаться на стан. Дмитриенко снялся первым с места и тихонько выходит из воды. Я за ним следом на том же расстоянии. Как не передвигался осторожно, но зацепил ногой подводную кочку и начал падать, а пальцы держал на спусковом крючке ружья, стараясь удержать равновесие, нажал на спуск и мой заряд, заряженный пятеркой 1 пришелся в спину Дмитриенко; его бушлат покрылся множеством отверстий. Хозяин бушлата на мое счастье не пострадал.

На базе спрашивают:

Дмитриенко, почему у тебя решето на бушлате?

Да вот, решили проверить с Ивановичем прочность моего бушлата под «пятерку».

Ну и как, проверили?

Как видите.

Попросил я у Дмитриенко прощения за свою оплошность. На том и закончился конфликт.

На мой МТ-9 было много «нахлебников», желающие поехать и на дневные и на ночные рыбалки.

1 «Пятерка» - мелкая дробь на дичь.

Этих выездов было так много удачных и не совсем, что о них можно писать отдельную книгу.

Не будем этого делать, а расскажу лучше об одном выезде.

Начальник службы физической подготовки и спорта, майор Петр Глотов был заядлый рыбак, больше склонный к браконьерскому способу ловли. У него друг, тоже Петр, лейтенант медицинской службы, двухгодичник — неисправимый рыбак. В общем — два сапога пара.

Заявляются они ко мне домой и держат речь:

Иваныч, - говорит Глотов, - я знаю, что у тебя есть сетка, а мотоцикл вон в будке стоит, просим тебя съездить на ночь, на разлив, на рыбалку с твоей сеткой.

Лодка надувная (камера) у нас есть, а вот транспорта и сетки нет. Не хватает малого.

Сетку я вам дам, а дальше, как хотите. А потом это же браконьерство. У меня, если рыбнадзоры поймают, конфискуют мотоцикл.

Но мы же ночью, пару заходов сделаем и домой.

Надо пояснить читателю, что значит «разлив».

В месте слияния оросительного и главного каналов, при высокой воде в последнем, образуется озеро, мы называли разливом, огражденное искусственным валом. Назначение этого разлива, место нереста рыбы. Удочкой ловить не запрещалось.

Уговорили они меня:

Ладно, поедем, но только на месте сделать два захода.

Согласны.

Поехали, погрузили спущенную камеру, другие снасти и с наступлением темноты вперед на ловлю, на разлив.

До поворота на разлив по трассе 10 километров, от поворота по полевой дороге пять километров до разлива, на этом участке и на разливе рыбнадзоры — хозяева. Приехали. Время накачивания камеры сорок минут. Пошли мои рыболовы на ловлю, на первый заход, а я устроился подремать. Часа через два возвращаются.

Есть улов. Следующий заход. Долго не возвращались.

Подгребают. Отличный улов, еще лучше первого и рыба хорошая. Выгрузили и еще собираются сделать заход, аппетит-то приходит во время еды.

Ша, ребята! Уговор дороже денег! Да и жадность наказуема, что забыли про время, необходимое для спуска камеры и до асфальта быстро не поедешь, как начнет светать.

Нам крупно повезло, до трассы, по полю я держал скорость, как позволяла дорога, вот и трасса. Здесь уже нас ловить не будут. Ко мне домой приехали — начало светать. Что же наловили мои браконьеры? Судаки, сазаны, кутумы, вобла, сомы, лещи.

Разложили на три равные части, с учетом ассортимента. Поставили меня спиной к этим кучкам.

Вопрос мне:

Кому? - я не вижу на какую часть они показывают.

Глотову. - вторым я назвал второго Петра, ну а последняя часть — моя.

Вы думаете, они успокоились на этой рыбалке?

Нет! Выпросили сетку на прокат. Я предупредил: «Если у вас сетку отнимут, то отдадите за нее мне 13 рублей».

Мое предупреждение оказалось пророческим. Отдал мне второй Петр эту сумму. Не надо было им жадничать. А почему тринадцать? Я за эти деньги покупал ее в Алятах.

Пусть рыба нерестится, а рыбаки браконьерничают у нас на горизонте обозначаются более важные дела.

В 1972 году из Сангачальского учебного полка перелетел в Иран курсант. Перелет совершил на учебном самолете Л-29.

Этот перелет границы произошел на моем направлении, дежурные РЛС его не обнаружили, потому что он умно наметил маршрут перелета границы, учитывая особенности рельефа горной местности.

Перелет на чужую сторону, в другое государство — это измена Родине, а для нашей бригады чрезвычайное происшествие, так как дежурные РЛС его не обнаружили.

Начались поиски виноватых. Наш командир бригады, полковник Войтенко доказал комиссии, что на время и места перелета, дежурившие РЛС не смогли его обнаружить, в силу своих технических возможностей и наличия на экранах РЛС «местников» 2.

А кто же обнаружил и доложил о перелете?

Пограничники, они видели визуально.

Производится следственный эксперимент. Это на моем дежурстве. Включили необходимые РЛС, полковник Войтенко не отходит от моего направления ни на шаг. Принимаю доклад от Имишлинского 2 «Местники» - засветка на экранах РЛС от местных предметов.

оперативного дежурного об обнаружении проверочного самолета, в том месте, где перелетал курсант через госграницу.

Только я разинул рот, чтоб доложить об обнаружении цели, как он взял у меня телефонную трубку и передает приказ командиру батальона: «Данные не передавать, вы цели не обнаружили».

Вся надежда у комиссии была на этот батальон, но она отпала. Кто пойдет против своего командира?

Комбат Имишли? Я? Нет уж, увольте. Полковник был из числа тех командиров, которые идут к намеченной цели напролом, а его цель - обменять полковничью папаху на генеральскую и одеть брюки с красными лампасами. Но он не забывал и о своих подчиненных офицерах. Мы в моей повести не скоро расстанемся с ним.

Вот так и немецкого летного туриста во времена Горбачева наши РЛС «не видели». Ради своей карьеры делали так, как мой командир.

В том же году в очередной раз прилетели к нам тесть с тещей. Они свободные люди, пенсионеры, ничем не обремененные. Накопят денег, берут билеты на самолет от Курумоча до Баку и летят к нам. К кому же им еще лететь? Конечно, к своим детям и внукам, а их, внуков, было двое. Саше уже тринадцать лет, Андрейке — три года. Выросли.

Представляют мне отпуск в июле, Нина тоже взяла отпуск. Решил я еще раз слетать в Ленинград — это не совхоз, не Кинель, не Белорецк, и даже не Баку.

Пусть посмотрит на цивилизацию, на красоту европейского города.

Поставили задачу дедушке и бабушке, чтобы они берегли своих внуков.

Дал мне адрес своего брата в Ленинграде, наш особист, капитан Рудольф Смирнов, были у нас еще два адреса. Но мы остановились на Смирновском. Он оказался очень даже подходящим и до настоящего времени помню адрес: Проспек Стачек, дом 6. Но по порядку.

Купили билеты на самолет, взяли рекомендательные письма по адресам, подарки, и на самолет, а расчете побыть в Ленинграде 10 дней, я опять повторюсь: жизнь опрокидывает наши расчеты.

Прилетели. Едем на такси по первому адресу.

Хозяева встретили приветливо, но квартира нам не понравилась, она как в фильме «12 стульев»: большая зала, разделенная перегородками на квартиры с «хорошей» звуковой изоляцией. Один день мы пожили в ней и под благовидным предлогом расстались с хозяевами.

Поехали по второму адресу, передали письмо капитана Бабенко, брата хозяйки этой квартиры, и подарок — красные помидоры, которых в Ленинграде не было.

Квартира понравилась, но я по честному сказал:

Уважаемые, у нас есть еще адрес, если он нас не устроит, мы с Вашего разрешения вернемся к Вам.

Возражений не было, наоборот — не хотели отпускать. Наверное Бабенко в своем письме много лестного написал обо мне.

Едем на трамвае по третьему адресу. Проспект Стачек, дом шестиэтажный, квартира на последнем этаже, трехкомнатная, свободная, кухня с мусоропроводом. Как и говорил Рудольф, его брат Виктор, капитан морского буксира, подолгу не бывает дома, а его жена редко в летнее время появляется в квартире — живет на даче, за наше пребывание у них, мы ее видели только один раз. Постоянных жильцов в квартире трое: мать Рудольфа и Виктора — Анна Петровна и молодая пара. Нам отвели комнату, лучшего и желать не надо. Нина быстро нашла общий язык с Анной Петровной по хозяйственным вопросам — молодые люди приветливы и общительны. Нина умела хорошо и вкусно готовить пищу. Больше скажу, по вопросам кухни, какая лучше, для меня не было другого мнения — кухня моей жены была лучшая.

В первом этаже этого дома находился продуктовый магазин, с полуфабрикатами в большом ассортименте. Дома не надо заниматься предварительной подготовкой продуктов, покупай и доводи его на своей кухне до готовности. Перечислять, что было в этом магазине, все равно сыт не будешь, скажу коротко — такого богатства я до той поры не видел. А где мне было видеть? Нигде. Даю справку: для прокормления населения Ленинграда каждые сутки в город поступало три железнодорожных эшелона живого скота.

Поселились мы к ним за день до Дня ВоенноМорского флота. Приехал с работы Виктор и повез нас смотреть праздничный фейерверк на Неве, это же его, Виктора, праздник. Фейерверк был красочный, и хотя он начался в 22.00 Пушкинская «полупрозрачная ночи тень»

смазывала эффект зрелища.

На дворе уже июль, но «белые ночи» не спешили уходить.

Следующая наша «вылазка» - это стадион, на котором выступали герои фильма «Приключения неуловимых». Знаменитая четверка показывала свое мастерство на лошадях. Хорошее, красивое, впечатлительное выступление.

Были и другие номера программы.

Зрителей полон стадион, но внутренние помещения, не удовлетворяют нуждам человека и в эти помещения, по окончании представления, что во внутренние, что в наружные, нуждающиеся выстраивались в колонны. Это уже было другое впечатление.

Поехали в Эрмитаж. Ходили долго, он же огромен. Конечно, устали, но глядя на Нину, я не увидел на ее лице удивления, восхищения от увиденного, какоето, можно сказать равнодушие. Может очень устала.

Были в Иссакиевском соборе. Все стены в нем отделаны фреской на религиозные темы с не повторяющимися сюжетами, а разрисованные потолки на ту же тему просто чудо. Думаешь: «Каким надо обладать художественным мастерством, чтобы создать такие шедевры на потолке, да еще на большой высоте?». Этот собор построил знаменитый французский архитектор Монферран. В описываемое время собор не выполнял роль, положенную ему по церковным канонам. Видимо как бы в доказательство тому, что Земля вращается вокруг своей оси, а не стоит неподвижно, согласно Закона Божьего, в соборе был установлен маятник Максквелла, который наглядно показывал вращение Земли вокруг своей оси.

Пискаревское кладбище. Мы поехали на него, чтобы отдать дань уважения погребенным на нем ленинградцам и воинам Красной Армии, погибших при защите города. Я обошел братские и персональные захоронения с надгробными плитами, с фамилиями, покоящихся в них бойцов, в надежде найти своих дядей, Семена и Илью. Они не вернулись с войны. При входе на кладбище, мемориальная доска с надписью, что на этом кладбище похоронено 650 тысяч советских граждан, умерших от голода и погибших от бомбежек. Эта эпитафия немой укор нашему вождю и учителю И.В.Сталину.

–  –  –

Были на Сенатской площади, надо же показать Нине Александрийский столп, который воздвиг тот же Монферран. На набережной Невы я сфотографировал Нину, а она отказалась фотографировать меня, ссылаясь на неумение.

1972 г. Пискаревкое кладбище. В середине – Нина 1972 г. Шобухов в середине Пискаревского кладбища

–  –  –

По Неве совершали прогулки на катере на воздушных подушках в городской черте и далеко за пределами с выходом в Финский залив.

В Русском музее смотрели величественные полотна великих русских мастеров. Картина Брюлова «Последний день Помпеи», которую А.С.Пушкин со свойственным ему талантом оценил: «И был последний день Помпеи, для русской кисти первым днем».

Я подолгу стоял у полотна Айвазовского «Девятый вал», люблю живопись, любовь к ней воспитал в нас наш педучилищный художник, Василий Петрович, любуясь мощью моря, изображенного на полотне. Как умеет великий мастер изобразить эту мощь!

Встанешь близко к полотну — видишь простое смешение красок, отступишь назад — этот мощный вал воды обрушится на тебя и поглотит. Изумительно!

Нина, смотри какая великолепная картина!

Ну, и что, картина, как картина.

В Кинельской школе, где училась Нина, Василия Петровича не было, жаль.

Незаметно пролетели десять дней, пора домой. Не надо спешить! Приехал в авиакассу купить билет на самолет на второй день. Билетов нет. Можно купить завтра и то только на десять дней вперед.

Приехали пораньше к кассе до ее открытия, народу тьма: занял очередь.

Открываются двери и пассажиры хлынули в помещение, давя друг друга, как за хлебом в Белорецке в 1947 году.

Вот где лафа щипачам, деньги-то у пассажиров есть, а потом это ворье специально создают давку, для облегчения своей работы. Очередь все-таки восстановилась. Я почти у цели, как подходит, вернее ее подводит Нина, дочь нашего начальника тыла, полковника Строн В.С.

И просит:

Вениамин Иванович, возьмите мне, пожалуйста, билет домой, до Баку.

Зина, какой может быть разговор, давай деньги и паспорт, а то очередь уже подходит.

Ей повезло, она стояла в самом конце очереди и вполне возможно, что ей на этот рейс не досталось бы билета. А в Ленинграде она гостила у своей сестры.

Теперь у нас еще десять дней впереди. Решили еще походить по магазинам, время свободного хоть отбавляй.

Понравилась мне в магазине «Одежда», женская норковая шуба:

Нина, давай купим тебе такую шубу, раздухарился я, не рассчитывая на оставшиеся деньги, так захотелось сделать жене дорогой подарок.

Ага, купим, - охладила она мой пыл, - а на что будем жить еще десять дней, а на что будешь покупать подарки детям и родителям?

Не подумал, так хотелось сделать тебе приятное.

Вместо шубы купили хорошую мясорубку с набором насадок и подарки.

Петергоф. Быть в Ленинграде и не видеть Петергофа с его великолепными фонтанами? Едем в Петергоф. Вот они, фонтаны! Их много, но самый величественный — это каскад фонтанов, состоящий из разных мифических фигур, венчающийся могучей фигурой Самсона, которая олицетворяет победу добра над злом: Самсон разрывает пасть дракона и из нее вырывается дух его, мощным фонтаном воды. Все фигуры каскада покрыты золотом и под лучами солнца — великолепие смешения блеска золота и искрящегося серебра струй фонтанов.

Под фонтаном сюрпризов обязательно постоять и как бы ты не увертывался он шутливо подарит на твою голову свои сверкающие струи.

Были в домике императора Петра Первого, в комнате, в которой состоялся суд над его сыном Алексеем, предателем своей Родины и великих дел отца.

Тяжко на сердце у родителя, когда его родное чадо не оправдывает надежд.

Были и в Царском селе, походили по лицею, в котором учился и воспитывался наш великий русский поэт А.С.Пушкин.

В этом городе, Пушкине, музей карет Российских государей и государственных деятелей высокого ранга.

Посетили большой пруд, на котором стоит памятник «Чесменская колонна», об этой колонне А.С.Пушкин:

«...окружен волнами, над твердой, мшистою скалой вознесся памятник, ширяяся крылами, над ним сидит орел младой».

К сожалению, многие, назовем их одним словом — экспонаты, были или на реставрации, или в стадии восстановления после нашествия коричневой чумы.

Быть в Ленинграде и ничего не сказать о Невском проспекте — несправедливо. Этот Проспект - главная улица города, протяженностью четыре километра от Адмиралтейства до Александро-Невской лавры.

Проектировал этот проспект Петр Великий, а заложен он был в 1730 году, с первым названием Гончарная.

Названия менялись, окончательное название, Невкий проспект, утвердилось в 1781 году, были снова переименования, каждая власть хочет утвердить себя, но блокадный Ленинград вернул историческое название.

Проспект поражает своими размерами, о протяженности вы уже знаете, а ширина его от 25 до 60 метров.

Невский проспект — любимое место отдыха жителей города.

А Петропавловская крепость? Были и там.

Смотрели казематы, камеры, в которых содержались непокорные противники самодержавия. Узников охраняли у камер по двое часовых одновременно, от разных охранных служб, чтобы узник не имел возможности вступить в контакт с охраной, то есть получалось, что часовые, как бы сами себя охраняли от соблазнов. Об этом «рассказывали» восковые фигуры часовых «дежурившие» у камер.

Заходили в собор Петра и Павла, в котором покоятся в каменных гробницах прахи русских царей.

Медный всадник! Я его обошел вокруг несколько раз, восторгаясь величественной скульптурой преобразователя России, который вырвал Россию из тьмы средневековья, и этот рывок запечатлел в бронзе мастер Этьен Фальконе. Надпись на постаменте всадника: «Петру Великому — Екатерина Вторая» 1782 год.

Летний сад с его знаменитой оградой решеткой:

это не просто решетка в клеточку. Это произведение искусства, выполненного из чугуна, с художественным вкусом, с изображениями животных, людей, сюжетов.

Просто — это чудо! В саду летний дворец Петра Первого с его личными мастерскими, инструментом, приборами по астролябии. А.С.Пушкин: «На троне вечный был работник», потому что он в своей мастерской занимался творческими работами наравне с государственными делами.

А за решетку летнего сада в годы нашей разрухи после двух войн — первой мировой и гражданской, американский миллионер предлагал 20 паровозов.

Решетка осталась на месте. Будете, теперь уже в СанктПетербурге, полюбуйтесь ею.

Правильное приняло решение наше правительство 06.09.1991 года о возвращении городу его первоначального названия. Город заложил в 1703 году великий преобразователь России и дал ему имя СанктПетербург. С этим названием его строили крепостные крестьяне, украшали лучшие мастера, зодчие долгие, долгие годы.

Пора возвращаться домой в не столь знаменитый Пирсагат, родители и дети заждались. Наш вылет в понедельник. В воскресенье мы решили с Ниной в благодарность нашим хозяевам за наше проживание, устроить маленький пир. Закупили продуктов, магазинто внизу, на первом этаже. Нина начала готовить, а я отправился купить спиртное. Держи корзину шире! Нет его, нет оно есть, но его нет. В городе строго выполняли Закон: по воскресеньям спиртное не продавалось, даже шампанское. Откуда мне было знать об этом? У нас дома всегда пожалуйста, когда хочешь и сколько хочешь этого добра. Пришлось довольствоваться малым — это «Рислинг», покупай его хоть ящик.

Заканчивая повествования о нашем путешествии в Ленинград, скажу, что я остался доволен собой, побывав в этом городе, видел творения великих зодчих и мастеров живописи и еще раз убедился в гостеприимстве ленинградцев.

В бакинском аэропорту полковник Строн встречал свою дочь Зинаиду, за одно и нас: летели-то в одном самолете.

Здравия желаю, товарищ полковник, Здравствуйте, Вениамин Иванович, здравствуйте, Нина, а как вы здесь оказались?

Да, вот, товарищ полковник, по случаю оказались в одном самолете с Вашей дочерью.

Шутит он, папа, - и рассказала о нашей встрече в авиакассе в Ленинграде, - если бы не эта встреча, я не знаю, когда бы я прилетела.



Pages:   || 2 | 3 | 4 |
Похожие работы:

«ЛИТЕРАТУРНЫЙ ЖУРНАЛ Издается с января 1966 года САРАТОВ 7-8 (451) СОДЕРЖАНИЕ ПОЭЗИЯ И ПРОЗА Владимир Ханан. «Думал «позже», а вот оно вроде.» и др. стихи Анатолий Бузулукский. Пальчиков. Роман Владимир Гандельсман. Песни короля лир. Стихи Алексей Порвин. «Воронье гнездо во вс...»

«Пояснительная записка Общая характеристика учебного курса С давних пор известно, какие огромные возможности для воспитания души и тела заложены в синтезе музыки и пластики, интеграции различных видов художественной деятельности. Об этом знали еще в Древней Греции, где с формиро...»

«Развитие творческих способностей и мелкой моторики рук детей в процессе художественного труда Ульянова С.В., воспитатель логопедической группы МБДОУ № 9 «Чебурашка», Южно-Сахалинск, Россия Аннотация. В статье рассматриваетс...»

«108 УДК 82.091 Д. А. Чугунов ОПТИКА ВИДЕНИЯ В РОМАНЕ ДАНИЭЛЯ КЕЛЬМАНА «ПОСЛЕДНИЙ ПРЕДЕЛ» Рассматривается вопрос текстовой доминанты применительно к «Последнему пределу» — одному из известнейших романов современного немецкого писателя Д. Кельма...»

«Пояснительная записка.Цели: с целями и задачами, определёнными Уставом ОУ, разработана рабочая программа для детей 4 7 лет комбинированной направленности, которая определяет содержание и организацию образовательного процесса детей четвёртого – седьмого года жизни. Программа строится на принципе личностно-ори...»

«ДИФФЕРЕНЦИАЛЬНО ДИАГНОСТИЧЕСКИЙ ОПРОСНИК (ДДО; Е.А.КЛИМОВ) Шкалы: типы профессий человек-человек, человек-техника, человекзнаковая система, человек-художественный образ, человек-природа Назначение теста НАЗНАЧЕНИЕ ТЕСТА Методика предназначена для отбора на р...»

«Н. В. Казурова ТРАДИЦИОННАЯ СИМВОЛИКА ОБРАЗОВ ЖИВОТНЫх В НОВОМ ИРАНСКОМ КИНЕМАТОГРАФЕ Антропоморфные и зооморфные образы сегодня можно найти в сказках, поговорках, крылатых выражениях, х...»

«ВЕРХОВНА РАДА УКРАЇНИ ІНФОРМАЦІЙНЕ УПРАВЛІННЯ ВЕРХОВНА РАДА УКРАЇНИ У Д ЗЕРКАЛІ ЗМІ: За повідомленнями друкованих та інтернет-ЗМІ, телебачення і радіомовлення 29 червня 2011 р., середа ДРУКОВАНІ ВИДАННЯ Юлия Тимошенко: «Из тюрьмы меня услышит весь мир» Вадим Довнар, Вечерние Вести Как рассказал депутат Верховной Рады от фракции «БЮТ–Батькi...»

«& /Г м б а-чч Шохалил Ш оё^убов зам о навий УЗБЕКИСТОН МИНИАТЮРАСИ СОВРЕМЕННАЯ МИНИАТЮРА УЗБЕКИСТАНА CONTEMPORARY MINIATURE PAINTINGS OF UZBEKISTAN ТОШКЕНТ О ZBEKISTON МУКуАДДИМА ПРЕДИСЛОВИЕ PREFACE ЗЛМОНАВИЙ УЗБЕК ИСТОН МИНИАТЮРАСИ-СОВРЕМЕННАЯ МИНИАТЮР...»

«ЖУРНАЛ ФРОНТИРНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ (2016, №2) «ПОСЛЕДНЕЕ ЛЕТО НА ВОЛГЕ» Ф.Н. ГОРЕНШТЕЙНА: ОПЫТ АНАЛИЗА ПРОИЗВЕДЕНИЯ В КОНТЕКСТЕ ФРОНТИРНОЙ ПАРАДИГМЫ Завьялова Е.Е. Завьялова Елена Евгеньевна, Астраханский государственный университет, 414056, Астрахань, Россия, ул. Татищева, 20а. Эл. почта: zavyalovaelena@mail.ru Материалом для исследов...»

«И.В. Быкова УДК 821.161.1–32”18” ПОЗИЦИЯ ПОВЕСТВОВАТЕЛЯ В СВЕТСКИХ ПОВЕСТЯХ Н.А. ДУРОВОЙ Статья посвящена анализу позиции повествователя в светских повестях Н.А. Дуровой. Писательница на страницах своих пр...»

«Лев Николаевич ТОЛСТОЙ Полное собрание сочинений. Том 53. Дневники и записные книжки 1895–1899 Государственное издательство «Художественная литература», 1953 Электронное издание осуществлено в рамках краудсорсингового проекта «Весь Толстой в один клик»Организаторы: Государственный музей Л. Н. Толстого...»

«к комплекту «Русский язык» для 3 класса начальной школы 2 е издание, доработанное Москва «Просвещение» 2006 УДК 372.8:811.161.1 ББК 74.268.1Рус К19 Канакина В. П. К19 Русский язык : метод. пособие к комплекту «Русский язык» для 3 кл. нач. шк. / В...»

«Спектакль по роману,,Мастера и Маргарита” был поставлен и в русском театре им. А. Грибоедова в Тбилиси, и в грузинском театре на Бродвее в США (режиссер П. Цикуришвили). Интерес грузинского читателя к...»

«Настоящее издание – это переиздание оригинала, переработанное для использования в цифровом, а также в печатном виде, издаваемое в единичных экземплярах на условиях Print-On-Demand (печать по требованию в единичных экземплярах). Но это не факсимильное издание, а публикация книги в...»

«Открытое акционерное общество энергетики и электрификации «Производственно-энергетическая компания Колымы» 685030, г. Магадан, ул. Пролетарская, д. 84, корпус 2 ПРОТОКОЛ № 1 ВНЕОЧЕРЕДНОГО ОБЩЕГО СОБРАНИЯ АКЦИОНЕРОВ ОТКРЫТ...»

«АНДРЕЙ ПЛАТОНОВ в воспоминаниях друзей и коллег Предлагаемые вниманию читателей мемуары имеют свою предысторию. В 1989 году на Центральной студии документальных фильмов снимался фильм «Не умирай никогда», посвященный Андрею Платонову. В первоначальном замысле основой кинорассказа должны были стать с...»

«Василий Головачев Консервный нож http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=123252 Василий Головачев. Консервный нож: Эксмо; Москва; 1999 ISBN 5-04-001119-9 Аннотация Возможен ли контакт с представителями иной цивилизации, иного разума, и когда он произойдет? Никто не способен с определенностью ответить на этот вопрос. Ясно одно: те, кто п...»

«Международный литературнохудожественный журнал Главный редактор Борис Марковский Зам. главного редактора Евгений Степанов (Москва) Зав. отделом прозы Елена Мордовина (Киев ) тел. (038) 067–83–007–11...»

«Юсуф Хас Хажиб. Благодатное знание Юсуф Хас Хажиб БЛАГОДАТНОЕ ЗНАНИЕ (Фрагменты поэмы) Повествуется о том, что сам Айтолды и есть Счастье Однажды, один, был в раздумье элик, И, позван, вошел Айтолды в тот же миг. Вошел Айтолды и стоял, ликом светел, Элик ему сесть повелел и приветил. Садясь, протянул он ступни...»

«Роговнева Юлия Васильевна КОММУНИКАТИВНО-ФУНКЦИОНАЛЬНЫЙ АНАЛИЗ РЕПРОДУКТИВНЫХ ТЕКСТОВ-ОПИСАНИЙ ПРЕДМЕТА, СОЗДАННЫХ ПРИ ПРЯМОМ НАБЛЮДЕНИИ Положения коммуникативно-функционального подхода были сформулированы в основном на материале художественных текстов. В наше...»

«Во тьме душа потеряна моя, и в этой бездне мрака нет просвета. я мучаюсь, страдая и скорбя, мой голос в тишине. и нет ответа. из глубины темнеющих зеркал Глядят в глаза пугающие лица. О, если б ктото мог мне рассказать, Как с темнотой неведомой сразиться, зажечь огонь и сбросить свои путы, и одолеть прокл...»

«Проза ЗАХАР ПРИЛЕПИН Обитель Фрагмент романа Говорили, что в молодости прадед был шумливый и злой. В наших краях есть хорошее слово, определяющее такой характер: взгальный. До самой старости у него имелась странность: если мимо нашего дома шла отбившаяся от стада корова с колокольцем на шее, прадед иной раз мог забыть любое дел...»

«Пацора Ирина Викторовна К ВОПРОСУ ОБ ИЗУЧЕНИИ ХУДОЖЕСТВЕННОГО НАРРАТИВА КАК КОММУНИКАТИВНОГО ЯВЛЕНИЯ В КОГНИТИВНО-ДИСКУРСИВНОМ АСПЕКТЕ В настоящей статье предпринимается попытка провести аналитический обзор исследований нарратива с позиций когнитивно-...»

«УДК 821.111-312.9(73) ББК 84(7Сое)-44 С16 Серия «Мастера фэнтези» Michael J. Sullivan THE RIYRIA REVELATIONS RISE OF EMPIRE (Nyphron Rising and The Emerald Storm) Перевод с английского М. Прокопьевой Художник В. Н...»








 
2017 www.pdf.knigi-x.ru - «Бесплатная электронная библиотека - разные матриалы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.